Я искала его среди лилий и роз,
Я искала его среди лилий…
И донесся из мира видений и грез
Тихий шелест таинственных крылий…
И слетел он ко мне, – он в одежде своей
Из тумана и мглы непросветной
Лишь венец серебристый из лунных лучей
Освещал его образ приветный…
Чуть касаясь стопами полночных цветов
Мы летели под сумраком ночи;
Развевался за ним его темный покров,
И мерцали глубокие очи…
Мы скользили над зыбкой морскою волной,
Обнимаясь четой беззаботной, –
Отражался в воде его лик неземной,
Отражался в ней образ бесплотный.
Выше, выше, к созвездьям далеких светил
Мы неслись над зияющей бездной.
Он о вечном блаженстве со мной говорил,
Говорил мне о жизни надзвездной.
Но лишь первой улыбкой зари золотой
Занялись снеговые вершины –
Мы спустились на землю влюбленной четой
Над обрывом бездонной пучины.
И где бурные волны, дробясь об утес,
Бьются с ревом бесплодных усилий, –
Он пропал, он исчез… легкий ветер унес
Тихий шум его реющих крылий…
И безумной слыву я с тех пор, оттого,
Что незримого друга люблю я,
Что мне с ветром доносится шепот его,
Дуновенье его поцелуя…
Пусть непонятой буду я в мире земном,
Я готова страдать терпеливо,
Если рай нахожу я в безумье своем,
Если бредом своим я счастлива!
Ах, не плачьте!.. Не надо мне вздохов и слез…
Вы, тоскуя, как я, – не любили!...
Схороните меня среди лилий и роз,
Схороните меня среди лилий…
Он склонится, развеет таинственный сон
Среди лилий и роз погребенной,
И воскресну тогда я бесплотной, как он,
И сольюсь с ним душой окрыленной!
Мирра Лохвицкая
