Это цитата сообщения Нина_Симоненко Оригинальное сообщение
Вспоминая свою жизнь в Брюсселе
Прошло более четверти века с тех пор, как мы жили в Брюсселе, тем интереснее будет сравнивать сегодняшний город с прежним, оставшимся в воспоминаниях и фотографиях. Многое уже выветрилось из моей памяти за это время, тем лучше – осталось самое яркое, что легло на сердце приятным чувством, какое оставляет первая любовь.
Что запомнилось? Запомнилась сказка, чудо чудесное, сердце Брюсселя - Гран Пляс. Это центральная площадь, маленькая, уютная коробочка, покрытая блестящим старинным булыжником, стенки которой сплошь из пряничных домов, кружевных фасадов с лепниной, диковинными статуями древних ремесленников, лебедей, гербов и, бог знает, чем еще!
По-моему, за всю жизнь не рассмотреть всего, что там налепили затейники-архитекторы. Красота необыкновенная! Домики высокие, трех-четырехэтажные, сплошь средневековые, а внизу кипит жизнь сегодняшняя, сиюминутная, бурная, разноцветная, ароматная. На первых этажах и прямо на улице, у домов, маленькие пивные, кофейни, бары и ресторанчики призывно влекут своими яркими прилавками со свежими морепродуктами: зеленовато-серыми шершавыми мидиями, розовыми крупными креветками, жирными омарами, крупными рыбинами, лежащими в снегу на прилавках. Тут же стоят маленькие столы с крахмальными скатертями, зовут присесть и заказать что-нибудь свеженько-вкусненькое. Огромные вазы со срезанными свежими цветами, яркие вывески-ценники, юркие официанты в безупречно чистых фартуках, - все манит остаться на этом празднике жизни!
От Гран Пляс, как лучи, расходятся в разные стороны узенькие улочки. Одна, самая известная, почему-то называется Улицей маленьких мясников, хотя на ней больше всего морепродуктов, всегда свежих, выловленных ранним утром рыбаками и доставленных из Остенде. Как можно забыть этот праздник жизни, живота и пива, когда в Бельгии 120 разновидностей этого напитка, включая густое и сладкое вишневое и дамское малиновое. Для каждого напитка свой бокал и картонная подставка.
Безукоризненная чистота и аккуратность этих кафешек с безупречной посудой, скатертями и салфетками незабываема!
На другой улочке, выходящей с площади, царят бельгийские гобелены и брюссельские кружева. О, это царство самых известных брюссельских кружевниц и их драгоценных кружев: салфеток, воротничков, блузок и фартуков, скатертей и детских платьиц. Глаза разбегаются от обилия и красоты, трудно выбрать что-нибудь сразу, хочется многое, но и цена немалая. Кружевницы плетут свои кружева на коклюшках, некоторые прямо на виду у посетителей, и это само по себе красивое зрелище.
Бельгийские гобелены ведут свою родословную из средневековья, раньше они украшали огромные залы феодальных замков, теперь размеры гобеленов стали меньше, можно купить и совсем маленький на тонком золоченом или деревянном багете, с настоящим бордюром, все, как положено. На гобелене пасторальные пастушки или роскошные букеты, как на фламандских натюрмортах.
На третью улочку-луч приходишь полакомиться свежайшим бельгийским шоколадом, он хранится всего три дня из-за нежных взбитых сливок в начинке. Шоколадные конфеты так сладко и призывно пахнут, что слюнки текут уже на подходе к лавочке. Конфеты разной формы и начинки накладывают в маленькие золотые бумажные коробки продавцы в белоснежных перчатках и завязывают золотыми лентами с надписью «Леонидас». Забыть вкус этих изысканных лакомств невозможно.
Запомнилось мне, как по брюссельским улицам ездила красная машина-фургон с музыкальной шкатулкой. Ее знали все дети и ждали у ворот школы; едва заслышав знакомую мелодию, бежали навстречу, потому что машина развозила мороженое в хрустящих румяных рожках: фисташковое и сливочное, малиновое и шоколадное, лимонное и ванильное. Первый раз я услышала эту «музыкальную шкатулку» и вышла на балкон. Увидев это чудо, едва не прослезилась, таким умилительным было зрелище.
Запомнилось, что в Брюсселе у меня была всегда чистая обувь, ее совершенно негде было запачкать. Улицы либо закрыты плиткой и булыжником, либо засеяны травой. Земли не видно нигде. Дома на улицах плотно жмутся друг к другу, как зубы во рту, иногда стена одного является стеной другого. Их узкие фасады с треугольными готическими крышами глядят на улицу. Перед каждым домом маленький садик два шага в длину и три в ширину, перед садиком – тротуар, который каждая хозяйка утром обязательно должна вымыть с шампунем. Вообще все бельгийские хозяйки начинают свой день с этого. Если она живет в многоэтажном доме, обязательно должна вымыть с утра балкон и протереть перила. На каждом балконе цветник, какие цветы высаживать и какие занавески вешать, диктует мэрия, которая следит за соблюдением этих правил: никакой пестроты, цветастых гардин или тюля в домах, чьи окна выходят на улицу. Удивляться не приходится, потому что в 19 веке и в Москве окраска фасадов и крыш была строго регламентирована по цвету.
Мы жили в многоэтажном доме, я любила утром выйти на балкон и понаблюдать, как начинается день у бельгийцев в доме напротив. Дома наши стояли так близко, что видно было очень хорошо, с чего начинается утро в каждой квартире напротив, благо, что окна большие, до самого пола, занавески откинуты - смотри все, как на сцене. Конечно, любое утро начинается с уборки, моют балкон, на котором обязательно красивое кресло, вазон с цветами, скульптура писающего мальчика (а как же без него!), протираются перила, пылесосится пол в квартире. Консьерж обязательно пылесосит коврики в подъезде.
В другом окне наблюдаешь, как вывозят на коляске какую-нибудь почтенную старую даму к завтраку, видишь, как ей наливают чай или кофе, отрывают йогурт. Вообще-то почтенных пожилых дам и стариков в Брюсселе больше, чем детей, которых на улицах практически не увидишь. Они есть, конечно, но по улицам не бродят. Там вообще по улицам никто не бродит, кроме туристов, все ездят на машинах. Водители очень вежливы, пешеходы настолько уверены, что их обязательно пропустят, что даже не смотрят по сторонам, когда подходят к дороге. К этому так трудно было привыкнуть после Москвы.
Запомнилась аккуратность и чистота бельгийской столицы, она поражала. Говорят, что сейчас это уже не так. Жаль. Да, там тоже были вандалы и хулиганы, они могли разбить фонарь, начертить что-то на бордюре (заборов вокруг домов нет, только невысокие каменные бордюры). Если это случалось, коммунальные службы немедленно занимались исправлением, и к вечеру чистота и порядок уже бывали восстановлены. Мы застали ураган в бельгийской столице, он сломал и повалил много деревьев, даже сорвал черепицу с некоторых домов, но к вечеру, все сваленные деревья уже были распилены и увезены, опилки подметены, газоны вычищены, черепица восстановлена.
Поражала и чистота и аккуратность строек. Всё закрыто целлофаном, выезжающие со стройки машины моют колеса, если одна часть дома уже возведена, ее сразу же благоустраивают и обживают, вплоть до плюща и мха на фасаде. Если посажен газон, а рядом стройка, его обязательно прикроют.
Бельгийцы законопослушны: соблюдают правила дорожного движения, аккуратно паркуются, не нарушают покой друг друга громкой музыкой, шумом. Это прекрасное качество имеет и обратную сторону – доносительство. (А может, поэтому и законопослушны?) Сидят перед своими окнами бабушки и сообщают, «куда следует» о неправильных парковщиках и других нарушениях, имея за это свою денежную компенсацию. Поставил человек поздно ночью свою машину на чужое место, ему консьерж прокалывает все четыре колеса да еще пишет сообщение об этом в лифте, чтобы все знали. Сурово, но эффективно, и никто не заикается о правах человека.
В городе очень много старинных соборов, памятников королям и герцогам, они сохраняются веками, никто их не сносит, да и памятники эти выглядят шедеврами искусства.
Запомнилось мне и все, что связано с НАТО. Во-первых, меня почему-то изумлял рейсовый городской автобус, у которого конечным пунктом было НАТО, по-французски, OTAN. Вот так можно было сесть на него и доехать до штаб-квартиры НАТО почти на окраине города. Муж как корр. ТАСС часто там бывал по работе, иногда мне удавалось ехать с ним и ожидать в машине у решетчатого забора, вывязывая очередную кофточку и посматривая на ворота. Ага, вот выехал Гельмут Коль, за ним госпожа Тэтчер, значит, совещание закончилось, скоро появится и мой муж.
Я поспешила сказать, что многое забылось, проясняются все новые и новые подробности жизни: поездки по городу и его окрестностям, в разные города Бельгии: Брюгге, Антверпен, Мехелен, Ватерлоо, Динан, Вильворде, Лувен, в феодальные замки, парки, сады, музеи. Разве обо все расскажешь в одном посте!
Все это было замечательно, но…
Вспомнилось и острое чувство тоски по дому, по родным и друзьям, которое там меня мучило. Знаете, как я соскучилась по родному языку! В Москве я первое время после возвращения ходила в магазины, садилась в автобус, чтобы только с кем-то заговорить и услышать ответ на родном языке! Никогда не соглашусь с горьковским Лукой («где тепло, там и родина»), никогда. Не верьте придуманному счастью длительных загранкомандировок. Это мука в красивой обертке. Это брошенные старые родители. Это оставленные дети-студенты. Это медленное забвение друзей. Это жертвенность женщин, теряющих любимую работу. Это чужая страна не с твоими правилами.
«Здесь всё мне чужое, квартира и сад, чужой на углу магазин.
Чужая машина «Фольксваген-пассат» чужой пожирает бензин.
Я, в общем-то, не был ни разу богат, в долгах задыхался, бывало,
но что-то припомню такое навряд, чтоб так своего не хватало!
Нерусскую водку я в глотку загнал, взглянул на гарсона в тоске.
Меня хоть за что-то б он на фиг послал на русском родном языке!
Вот вспомнишь своих-то: проси-не проси – всё скажут тебе при народе.
А тут, паразиты: мерси да мерси! А с виду такие же, вроде.
Чужие подруги, чужие друзья. Ах, как это всё надоело!
И только жена бесконечно своя. Но это ведь тоже не дело!»
(Стихотворение-шутка Анатолия Пшеничного)
В подъезде брюссельского дома №24.
Вспоминала Нина Симоненко
Серия сообщений "Города, милые сердцу":
Часть 1 - Красота острова Корфу.
Часть 2 - Ночная тишина бельгийского Брюгге.
...
Часть 14 - Феодальный замок Лаво-Сент-Анн в бельгийской провинции
Часть 15 - Атомиум - символ Брюсселя
Часть 16 - Вспоминая свою жизнь в Брюсселе