“Камелия” как термин для особого класса муз появилось после прочтения романа
Дюма-младшего “Дама с камелиями” 1845 года.
Краткое содержание романа:
“Однажды рассказчик прочёл объявление о том, что в богатом доме состоится распродажа мебели
и предметов роскоши, которые остались от умершего владельца — куртизанки Маргариты Готье.
Герой появляется на аукционе и под влиянием внезапного побуждения за очень крупную сумму выкупает
книгу «Манон Леско», надписанную неким Арманом Дювалем.
Через несколько дней объявляется сам Арман — красивый молодой человек,
который только что вернулся из поездки.
Он умоляет перепродать ему книгу, и таким образом рассказчик узнаёт
историю Маргариты Готье, «дамы с камелиями»
Впервые Арман Дюваль увидел её в театре и влюбился с первого взгляда,
хотя Маргарита лишь смеялась над ним.
Под благовидным предлогом он зашёл в гости и был поражён тем, что умирающая от чахотки женщина
столько пьёт, принимает гостей до поздней ночи, ложится спать лишь под утро.
Из-за болезни сильные запахи были для неё непереносимы; аромат роз или гиацинтов вызывал головокружение,
поэтому она любила камелии, которые почти не пахнут.
Улучив момент, Арман признаётся в любви, и Маргарита соглашается стать его любовницей.
Она говорит: «Я уже давно ищу любовника молодого, покорного, беззаветно влюблённого, не требующего ничего,
кроме моей любви».
Однако со временем Маргарита проникается ответным чувством.
Она бросает своих покровителей и уединяется с Арманом в деревне.
Влюблённые Старийведут идиллическую жизнь, пока Арман не узнаёт, что привыкшая к роскоши Маргарита,
оказывается, тайно распродаёт своё имущество, чтобы расплатиться с долгами.
Об их финансовых тяготах узнаёт отец Армана Жорж Дюваль.
В отсутствие сына он приезжает к Маргарите и просит её спасти Армана от разорения,
ибо тот готов распродать для своей возлюбленной всё и остаться в нищете.
Маргарита порывает с Арманом и возвращается в Париж.
Она возобновляет старый образ жизни, что усугубляет болезнь, снова сходится с покровителями.
Арман же решает, что его просто бросили и жестоко мстит: находит новую возлюбленную по имени Олимпия
и постоянно появляется с ней на глазах у Маргариты.
Измученная Маргарита уезжает в Англию, Арман в ответ тоже отправляется путешествовать.
В дороге он узнаёт о смерти Маргариты, немедленно отправляется назад, но не успевает даже на аукцион…”
Сама эта история взята Дюма-сыном из собственной жизни и ту, что в романе
звали Маргаритой Готье в жизни звали — Мари дю Плесси.
Естественно и это имя не было настоящим, звали её проще — Альфонсина Плесси.
Родилась в 1824 году в семье фермера.
Переехав в Париж, изменила фамилию, добавив к ней частичку «дю»
(что должно было указывать на дворянское происхождение; впрочем, её бабушка по материнской линии
действительно была дворянкой) и имя.
Присматриваясь к большому городу, непродолжительное время работала модисткой.
А присмотревшись, уже в 16 лет Мари стала куртизанкой.
Так без разбора называли девушек, живших на содержании своих любовников.
Куртизанка (от фр. “courtisane”, т.е. “придворная”) чисто теоретически должно относиться к девушкам,
приближенным к королевскому двору.
Мари никогда не будет приближена к нему, хотя постоянно будет кружиться неподалёку.
Для таких дам общество изобрело другой термин — “femme demi-mondaine”, т.е “дама полусвета”
(в российском потреблении — “демимондка”).
Первым, кто взял её на содержание, был владелец ресторана, но как-то на улице её повстречал герцог де Гиш
(юная Мари умело выбирала места прогулок) и с тех пор жизнь её кардинально изменилась:
днём прогулки в экипаже, вечером опера или театр, а затем романтические встречи с мужчинами.
Щедрость герцога и прочих поклонников красоты Мари была так велика, что она легко могла
позволить себе тратить 100 000 франков в год (для сравнения,
годовая зарплата рядового служащего составляла 1500 франков).
Современники описывали Мари как «очень привлекательную молодую женщину с миниатюрной фигурой
и обворожительной улыбкой».
Не получившая в детстве никакого образования, Мари увлеклась литературой и поэзией,
училась музыке, приобрела изящные манеры и слыла одной из самых элегантных куртизанок Парижа.
Её салон посещали создатель известнейших романов своего времени “Парижские тайны”и “Вечный жид” Эжен Сю,
автор “Прихотей Марианны” Альфред де Мюссе и многие другие популярные литераторы того времени.
Её первая встреча с Александром Дюма-сыном состоялась в 1844 году, а связь длилась не более года.
Дюма закончил отношения по своей инициативе, написав в прощальном письме:
«Дорогая Мари, я не настолько богат, чтобы любить вас так, как мне хотелось бы, и не настолько беден,
чтобы быть любимым так, как хотелось бы вам.
И поэтому давайте забудем оба: вы — имя, которое вам было, должно быть, почти безразлично;
я — счастье, которое мне больше недоступно.
Бесполезно рассказывать вам, как мне грустно, потому что вы и сами знаете, как я вас люблю.
Итак, прощайте.
Вы слишком благородны, чтобы не понять причин, побудивших меня написать вам это письмо, и слишком умны,
чтобы не простить меня.
С тысячью лучших воспоминаний».
Последним любовником Мари стал композитор Ференц Лист, отзывавшийся о ней как о женщине
исключительной доброты.
И все же Лист также не стал связывать свою жизнь с прекрасной куртизанкой.
Я знаю, мне недолго осталось жить. Увезите меня куда угодно!" - в отчаяние просила его Мари.
Но по окончании гастролей он уехал один.
После жалел об этом и признавался, что это была первая женщина, которую он любил.
21 февраля 1846 года Мари вышла замуж в Лондоне за одного из своих поклонников — графа Эдуара Перрего.
Брак не считался действительным во Франции, так как не был утверждён французским консулом,
но Мари до самой смерти называла себя графиней…
Эта история — история о женщине-музе даёт широкий всплеск общественного интереса
естественно очередной виток подражательства.
“Камелии”, как станут называть муз в 50-60-ых годах 19-го века,станут именем нарицательным.
Писанный по живым, можно сказать “горячим следам и слезам”, роман будет обладать такой
завораживающей силой, что будучи переложен в пьесу для театральной постановки несколько лет
будет запрещён к показу.
Театральное начальство, не понимающее ни природы женщины, ни музы,
но руководствуясь морализаторскими наклонностями раз за разом проваливали премьеру “Дамы с камелиями”.
Автору и актёрам пришлось прибегнуть к общественному мнению, дабы пьеса, наконец, пробилась к зрителям.
А единожды пробившись она уже никогда более не сходила с театральных,
а в будущем с кинематографических подмостков.
"Дама с камелиями” сумела сделать подобный курбет в умах сначала парижан,
а затем и всех остальных жителей Европы.
“Оказывается у камелий (дам лёгкого поведения) тоже есть душа и эта душа способна на сильную
и самоотверженную любовь!
Оказывается продажность камелий это совсем не главное в их облике?!” — вот главные слова,
которые летели из уст в уста после просмотра пьесы.
Мир снова стал удивительным и мерцающим.
Это на некоторое время всколыхнуло Париж, о феномене камелий заговорили везде и всюду.
Но общественное мнение не слишком склонно к длительной героизации кого бы то ни было.
Причём, у камелий тут же появились подражательницы, гораздо более шумные, несравнимо более развязанные,
куда как более требовательные.
И понеслось-закрутилось.
Скоро настоящих камелий не стало и видно.
Их забыли ровно с той скоростью, с какой (помощью Дюма-сына) они мелькнули на небосводе ночного Парижа.
Подтянулась и тяжёлая артиллерия из дам-блюстительнц общественных нравов
Их задранные кверху указующие персты, были как жерла дальнобойных орудий,
а воздух сотрясали словесные залпы:
“Порок! Распутство! Безнравственность!”
Но от их словесных залпов пёстрым мотылькам, порхающим в сиянии ресторанных люстр,
становилось ещё радостнее и веселее.
Однако лёгкость и красота недолговечны, служение богине красоты Афродите требует неисчислимых жертв.
И чем более старится камелия — тем больше их приходится приносить.
Самый большой подарок судьбы для гетеры-камелии это ранняя смерть, желательно до того возраста,
когда морщины станет скрывать уже решительно невозможно.
Если очень повезёт, то её застрелит (и застрелится сам) какой-нибудь молодой красавец.
В менее приятном случае она иссохнет от какой-либо никому неизвестной,
экзотической и скоропалительной болезни.
И “под занавес” получит всё и сразу: аристократическую бледность и болезненность,
стенания и прощальные подарки обожателей и еле различимый завистливый шепот
из круга дам “приличного общества”.
Мари Дюплесси умерла в 1847 году, ей было всего 23 года.
Её могила на Монмартрском кладбище была буквально засыпана камелиями.
После её смерти назначили аукцион по распродаже её вещей.
Чарльз Диккенс присутствовавший на аукционе писал:.
"Там собрались все парижские знаменитости, было много великосветских дам…
Глядя на всеобщую печаль и восхищение, можно подумать, что умер национальный герой или Жанна д'Арк.
А когда Эжен Сю купил молитвенник куртизанки, восторгу публики не было конца".
Раскуплено было всё, даже поношенные вещи, так был безупречен её вкус и так она была популярна.
Приехавший Дюма тоже купил книгу " Манон Леско", принадлежавшую его любимой.
А затем написал свой знаменитый роман .
В его произведении Мари выведена под именем Маргариты Готье, а в опере Верди « Травиата» - Виолетты.
В реальности её история была не так романтична, но не менее драматична.
Судьба отпустила Мари короткую жизнь, но её помнят до сих пор
и на её могиле и сейчас стоят её любимые камелии.
[550x409]