Buenos noches, господа,
Замолкли звуки Кумпарситы,
И под сиянием Эвиты,
Я ухожу к началу дня,
И провожают не меня,
В застывших позах музыканты...
Вот заиграло ла Фернандо,
И рукоплещет им толпа...
А я иду по переулкам,
Петляя в аргентинской мгле...
Буэнос-Айрес, я в тебе
Ищу себя по закоулкам...
И снова, возвращаясь в бар,
Я слышу переливы танго,
На столике - мате и манго,
Моей души роскошный бал.
А утром, чуть забрезжит свет,
Весь город вновь преобразится -
Днем- он велик,а в ночь - искрится...
Две ипостаси двух планет...
Башкиров Алексей
Астор Пьяццолла. Композитор, для которого танго – не эпизод в биографии, а воистину вся жизнь.
Пьяццолла – поэт танго. Танго для него – страсть… боль… счастье… мрак… и религия.
Оно – всё.
Словно бы под увеличительным стеклом, Пьяццолла отображает душу человека.
И Бог с удивлением смотрит на творение рук своих – творение столь же прекрасное, сколь и непредсказуемое.
Танго – цветок, влекущий к себе, искушающий и дающий надежду.
Танго – грех… и святость, свет… и тень.
И только серым не бывает танго. Потому, что усреднённость – не для него.
И уж тем более, усреднённость не для Пьяццоллы – творца, привыкшего штурмовать вершины.