"Эксперты в области обороны предлагают просто разрушить корабли.
Это решение, которое будет болезненным для работников верфей, является наименее дорогостоящим:
около 20 миллионов евро", — пишет французская газета Le Monde о двух вертолетоносцах «Мистраль»,
которые хочет, но не может поставить России Франция.
Вот дались всем эти несчастные "Мистрали"!
Как будто в российско-французских отношениях это самый важный, животрепещущий инцидент,
и ничего более серьёзного – и вместе с тем, более курьёзного – в них не было...
Это не так, и история взаимоотношений наших народов это убедительно доказывает.
Итак, вспомним историю, и для начала заглянем в "Ашан", где продаётся хлеб "Бородино",
названный так явно по аналогии со знаменитым "Бородинским".
Хлеб этот, откровенно говоря, хуже по качеству, чем источник вдохновения ашановских пекарей,
но дело не в этом...
"Ашан" – сеть французских супермаркетов.
Шевченко В. «Сквозь дым летучий...»
Не надо смеяться.
Дело в том, что Бородино для французов, да и для прочих европейцев – символ несомненной
военной победы над русским медведем.
Тот факт, что после Бородино и пожара Москвы начался разгром наполеоновских войск
и русские воины вошли в Париж – несущественная для цивилизованного народа мелочь.
Главное ведь не факты, а их толкование.
А уж в этом "цивилизованная" Европа преуспела.
Статуя Анны в Санлисе
Точно так же, как и с воздание мифа о грязных безграмотных русских варварах.
И никого не смущает, что Анна Ярославовна, королева Франции,
в отличие от своего супруга Генриха Первого, была грамотной и владела четырьмя языками.
Римский папа Николай II писал ей:
"Слух о ваших добродетелях, восхитительная дева, дошел до наших ушей.
И с великою радостью слышим мы, что вы выполняете свои обязанности в этом
очень христианском государстве с похвальным рвением и замечательным умом".
И это в XI веке!
Не смущает европейцев и очевидный факт – пока "грязные" русские регулярно мылись в банях
(которые Ватиканом были попросту запрещены),
те же французы и в столь воспеваемом ими веке Наполеоновских войн, уж простите за прозу жизни,
туалетов не имели и выливали нечистоты прямо из окон на улицы Парижа - "культурной столицы мира".
Но я не об этом.
Битва при Бородино. Уильям ХИТ
Дело в том, что историю русско-французских отношений эпохи наполеоновских войн
можно проиллюстрировать рассказом всего о пяти словах.
Не будем трогать самые неприглядные страницы этой истории и слова вроде
"французская болезнь" (господа гусары, молчать!!!), ограничимся пятью словами.
Слова эти – "Бородино", "шваль", "шаромыжник", "шантрапа" и "бистро". "
Бородино", как уже было сказано выше, символизирует для "наших французских партнёров" военную победу.
Не пиррову – такое признание было бы слишком болезненным уколом для самолюбия цивилизованного народа,
а "несомненную победу высокоразвитых европейцев над рюськими варварами".
(Кстати, "варварами" – с ударением на первом слоге, а "бистро" – на последнем; смотрите, не перепутайте!)
Бородино. Таня Рудакова
Для нас же Бородино – пример несломленности духа русского народа, который сломал хребет
наполеоновским войскам, поломал планы и положил начало конца императора, покорившего всю Европу.
Европу, которая безропотно и добропорядочно, как и столетие спустя,
сдалась на милость очередного "объединителя".
И, как и под Гитлером, успешно поставлявшей завоевателю не только пропитание и амуницию,
но и пушечное мясо – большинство солдат Наполеона были вовсе не французами.
Не то, что "русские Иваны".
Эти дикари, даже уступив Москву, – не просто столицу, а сакральное место для каждого русского! –
не прекратили бороться.
И, в отличие от "цивилизованной Европы", отстаивали свою свободу всеми доступными методами,
превратив тылы и пути снабжения армии завоевателей, в цель многочисленных партизанских отрядов.
Явлению, немыслимому для Европы что в XIX, что в ХХ веках.
Дикари, как есть дикари.
Любой цивилизованный европеец уже поднёс бы победителю на блюдечке с голубой каёмочкой
ключи от столицы, подобострастно заглядывая ему в глаза и подметая хвостом мостовую...
Вместо этого русские погнали завоевателей, уже позировавших на фоне Москвы,
назад – погнали теми же дорогами, которыми они пришли, где всё подчистую было съедено
во время наступления, не давая сделать ни одного шага в сторону.
И некогда гордая, помпезно наступавшая армия рассыпалась, оставляя по пути деморализованных,
голодных и ободранных шевалье, превратившись из благородных "всадников"
("кавалер", он же "кабальеро", он же "шевалье" – дворянский титул во Франции)
в русском в презрительное наименование для всякого рода оборванцев,
морально и физически опустившихся людей – "шваль".
Шваль, ой, простите — гордые шевалье, давили на жалость, униженно выпрашивая милостыню
у вчерашних врагов.
Выглядело это приблизительно так: "месье, же не манж па си жур... подайте Христа ради бывшему
герою бывшей Бородинской битвы...
Пожалуйста, мон шер ами, не оставьте сиротинушку без куска хлеба, дорогой друг!".
Вот это "шер ами" – "дорогой друг" – и трансформировалось для русского уха в "шаромыжник"...
Русские люди незлобивы и незлопамятны по своей природе, кроме того они жалостливы и более склонны прощать,
чем карать – этим и воспользовались вчерашние вояки, пожелав не возвращаться в родную
цивилизованную Францию, а остаться в стране, с которой воевали и которой успели принести много горя...
В стране, где невероятно большие пространства, невероятно отходчивые и гостеприимные люди.
И где удивительно тепло относятся к европейцам – несмотря на то, что те раз в столетие собираются
вместе и идут "нести свет цивилизации русским варварам".
А заодно, чего уж там, грабить, убивать, насиловать и пытаться оторвать как можно больше чужой территории.
"Шаромыжников" пытались приспособить к полезной деятельности, привлекая к работе учителями танцев,
пения или гувернёрами в семьи помещиков и купцов.
Критериями для такой работы были, кроме знания французского, тогдашнего международного языка,
музыкальный слух, танцевальные способности и голос.
О тех, кто не подпадал под эти критерии, говорили – "к пению не способен" - "шантр а па", иначе говоря.
И вот это "шантрапа" и стало обозначать ни на что не годного человека, отребье...
Тем временем, старательно обгаженные европейской прессой до и после Отечественной войны 1812 года
русские солдаты вошли в Париж.
Парижане прилежно, как и положено добропорядочным европейцам, старались угодить победителям.
Это нормальное состояние и европейской журналистики, и собственно французов.
Отношение которых к пришельцам можно выразить семью заголовками статей, о
публикованных в газете "Мёркур дю Пари" с 28 февраля по 20 марта 1815 года.
Они отражают самое необычное для русского изменение общественного мнения,
которое когда-либо наблюдалось в прессе.
С.Н. Трошин. Вступление Русской армии в Париж
Впрочем, вернемся к вступлению русской армии в Париж.
Потом Домье и другие остроумные художники "великолепной Франции" будут изображать на карикатурах,
как звероподобные казаки едят сальные свечи и пьют лампадное масло.
А пока русские были в Париже...
"Эй, мусью, давай нам покушать и выпивки, да БЫСТРО-БЫСТРО-БЫСТРО!" – и словечко "бистро",
с ударением на последний слог, стало обозначать заведение общепита, быструю закусочную,
в покорённой Франции, а после и во всём мире – став родоначальником всех быстрых закусочных –
в том числе, кстати, и МакДоналдсов.
И вернулось в русский язык как иностранное.
К слову, когда русская армия покинула "столицу европейской культуры",
в Париже не осталось ни одного неоплаченного счета.
Ну вот, а вы всё насчёт "Мистралей" изволите беспокоиться.
Смешно, право.
Ведь каждый получил от этой сделки именно то, что хотел.
Россия – технологии постройки современных крупнотоннажных габаритных военных судов и доков,
Франция – выгодный контракт и деньги.
Теперь деньги придется вернуть с процентами, а бесценный опыт останется в России,
а "Мистрали" – во Франции.
Всё честно.
А казус с "Мистралями" останется в истории точно таким же курьёзом, как и упомянутые выше случаи.
И, возможно, заменит пришедшую из английского языка неуклюжую кальку "выстрелить себе в ногу"*.
Почему нет? - "выстрелить себе в ногу" – выражение ведет свою историю из XIX века,
когда американские ковбои (и не только они и не только в Америке) носили в кобуре револьверы
со взведенным курком, что позволяло быстро выстрелить.
Но выигрыш в скорости приводил к большому проценту производственного травматизма – или стрелок
преждевременно жал на спусковой крючок или курок срывался из-за сотрясения.
В результате пуля попадала в ногу стрелка-неудачника.
P.S. Есть и множество иных курьёзов - от салата оливье (salade russe) до малосольный (malossol).
Но это совсем другая история.
Михаил Онуфриенко
http://naspravdi.info/interesnoe/652
