Луна, будто жертвенный факел светила,
А море лениво лизало каменья…
В шатре возлежали Самсон и Далила
И жаркой любви смаковали мгновенья.
Она его кудри ерошила сонно…
Любовная нега язык развязала
И тайну невиданной силы Самсона
Красивая филистимлянка узнала.
Звучала негромкая песня свирели
И ласковый бубен ей вторил лениво.
Заснул утомлённый Самсон на постели…
А злая судьба вынимала огниво…
И искра расплаты за слабость сверкнула
В руках у Далилы коротким кинжалом.
Далила по длинным кудрям полоснула
И сбросила их на ковёр опахалом.
Повержен Самсон. Брошен в келью под храмом.
Трусливо и подло захвачен врагами…
Но не случилось бы это, когда б он
Держал хорошенько язык за зубами.
Юрий Герлович
Скажи мне, любимый, с рожденья доныне
В чем силы свои ты черпаешь?
– В полыни, любимая, в горькой полыни,
Чей вкус ты, наверное, знаешь.
– Признайся, любимый, что сердце неволит?
Я вижу тебя удрученным.
– Ты ставишь фигуры на белое поле,
Мой конь атакует на черном.
– Последний вопрос. Я хотела бы знать,
Чем силу могла бы твою обуздать.
– Когда к вам под крышу забьется птенец,
Подрежь ему крылья, и делу конец.
Слова – не металл, но страшнее кинжала
Ложь той, что любимым тебя называла.
Мариана Ковачек
Говорят, что красотка Далила
Безоглядно Самсона любила,
И была на любовь удала…
Но, увы, предала.
Потому что и в Газах и в Лимах
Предают непреложно любимых.
И понять их, конечно, несложно:
Нелюбимых предать невозможно.
Говорят, что однажды Далила
Нозорея травой опоила,
А затем и остригла-обрила,
И – поникла Самсонова сила.
Та великая, грозная сила,
Что врагов, будто клевер косила.
Потому что, Далила была
И в коварстве весьма удала.
Это также осмыслить несложно:
Без коварства предать невозможно.
Вот такой удивительный случай,
Богатырь обессилен могучий…
Так по опыту древнему вышло:
Слабых стричь – даже не было смысла.
Но коль сила разбойна, упряма, -
Рядом с ней встанет хитрая дама,
И тогда – поищите Самсона
Безволосым у врат Аскалона.
Михаил Беркович
Колыбельная Далилы
Летят неумолимые часы.
Я ноши тяжелей не знала сроду:
Соблазн любви и преданность народу
Мной брошены сегодня на весы.
Да будет светлым твой последний сон,
Спи сладко, мой любовник златокудрый.
Едва забрезжит на востоке утро,
Я расплету семь кос твоих, Самсон.
Пробудит золотой пчелиный рой
В медовых прядях первый луч случайный.
Прошу, не поверяй Далиле тайну.
Молю, молчи, мой солнечный герой!
Должна я буду стражников позвать,
Как только твой секрет известен станет.
Ты одинок в чужом, враждебном стане.
Я так хочу тебя поцеловать,
Но разбудить боюсь.
Увы, пора.
Мне нужно оставаться непреклонной,
А ты слова любви бормочешь сонно.
И бритва так безжалостно остра.
Вины моей прогорклое вино.
Вселился в душу демон вечной ночи.
Мне в каждом сне твои слепые очи
Лобзать до самой смерти суждено.
Людмила Чеботарева