Четыре десятилетия он не сходит с отечественного эстрадного олимпа.
Концерты, выступления на телевидении, записи новых альбомов.
И как следствие этого — материальный достаток.
Да еще и жена — красавица и умница…
Абсолютный баловень судьбы!
Но, оказывается, не всегда Лев Лещенко чувствовал себя уверенно и спокойно.
С таких вот не самых приятных воспоминаний начался разговор в новом доме артиста.
«В начале 90-х вдруг, в одночасье, такие артисты, как Кобзон, Магомаев, Лещенко,
оказались не востребованными ни на радио, ни на телевидении, — вспоминает Лев Валерьянович.
— Появился пресловутый формат, обращенный в основном к молодежной аудитории.
В эфир хлынула лавина шансона, блатняка, рок-н-ролла в лучшем случае.
Я сюда не вписался.
Хотя на мои концерты народ продолжал ходить, но залы уже заполнялись плохо, платили за выступления копейки,
да и деньги в тот период девальвировались с каждым днем.
В общем, почву из-под ног выбило».
В таком же положении оказались и коллеги по цеху. И далеко не все смогли переломить ситуацию."
Он понимал, что скорее всего, придется уйти со сцены.
В 50 лет строить жизнь заново.
Жена говорила: «Бросай эстраду. Ничего хорошего здесь уже не будет. Людям нет дела до твоих песен.
Вся страна занята тем, что зарабатывает на кусок хлеба».
Он старался не показывать Ирине своих переживаний, но на самом деле находился в полуразобранном состоянии.
Он уже был готов идти преподавать или начать какой-то бизнес.
Однажды на юбилее Геннадия Хазанова вместе с другом Владимиром Винокуром сыграл шуточную сценку,
где предстал в новом амплуа: из Льва Валерьяновича превратился в Левчика.
А Винокур, соответственно, стал Вовчиком.
«Аркадий Хайт придумал для нас эту миниатюру. В то время на эстраде постоянно появлялись новые лица.
А все «старое» по российской традиции категорически отвергалось.
Совершенно неожиданно с «Вовчиком и Левчиком» пошел новый виток успеха.
Они записали несколько шуточных дуэтов.
Их с удовольствием стали приглашать выступить везде и всюду.
Лещенко испытывал двойственное отношение к своему «Левчику».
С одной стороны, понимал его легковесность — он же все-таки серьезный певец.
А с другой — было интересно поработать вместе с Вовой, попробовать себя еще и в шуточном жанре.
Честно говоря, они хорошо поэксплуатировали эти образы.
А потом решили — хватит.
До сих пор им предлагают повторить программу или придумать что-то подобное, но друзья отказываемся.
И Винокур уже не Вовчик, и Лещенко давно уже не Левчик.
Сейчас, когда все переживания, связанные с «лихими 90-ми», в прошлом,
Льва Валерьяновича занимают совсем другие дела и проблемы.
Он продолжает выступать, дает по 8—10 концертов в месяц.
Свободный график концертов позволяет и прилично зарабатывать,
и руководить созданным им театром «Музыкальное агентство».
Катя Лель, Марина Хлебникова, Варвара начинали свою карьеру, сотрудничая с «Музыкальным агентством».
Сейчас театр проводит корпоративные вечеринки, организовывает концертные программы,
поддерживает молодых исполнителей.
Кроме этого у Лещенко есть еще и деревообрабатывающая фабрика во Владимире.
Умение стойко держать удары судьбы Лев Лещенко объясняет хорошей жизненной закалкой,
которую он получил еще в детстве.
«Взрослел-то в голоде и в холоде.
После войны и жмых ел, и по платформам подмосковным с приятелями бегал — вар какой-то искали.
Хотя у меня семья очень хорошая была, но не хватало же ничего!»
Он родился 1 февраля 1942 года.
Под Москвой еще продолжались жесточайшие бои.
Отец — военный, прошел Финскую кампанию, а в Великую Отечественную служил в спецвойсках
комиссариата внутренних дел.
Вместе с конвойными поездами, переправлявшими танки, пушки, мотался по фронтам, изредка, наездами, бывал дома.
«Когда пришла пора мне появиться на свет, мама испугалась, что не доберется до больницы — бомбежки,
холод страшный.
Поэтому рожала она дома, бабушки-соседки меня принимали.
Спустя два года мама умерла.
Сестра Юля постарше была, не требовала такого постоянного внимания.
А к Леве приехала бабушка — мамина мама.
Но что-то они с отцом не поделили. Конфликт какой-то произошел.
Может, потому, что бабушка была глубоко верующим человеком, а отец служил в НКВД…»
В то время семья переехала в военную часть под Москвой.
Отцу было некогда. И за маленьким Левой присматривал старшина Андрей Фисенко.
«Он приходил за мной в семь утра и до самого вечера я находился на его попечении.
Носил гимнастерку, сшитую по размеру, подпоясывался солдатским ремнем, на голове — пилотка.
В общем, сын полка.
На проходной, подражая взрослым, отдавал честь.
Дальше вместе с Андреем мы шли на зарядку, я старательно делал какие-то упражнения или просто сидел, ждал.
Потом он вел меня в столовую.
Я помню, как мне давали хлебный мякиш, миску с кашей, и я рубал наравне со всеми…
Валерьян Лещенко
Когда Леве исполнилось 5 лет, его отправили к родственникам на Украину.
Но через год он вернулся в Москву — в семье появилась мачеха.
«Отец сказал: «Познакомься, это мама Марина. Она будет жить с нами».
Матери я практически не помню, может, поэтому и своего сиротства до этого момента никогда не ощущал.
А тут что-то кольнуло в груди. Я уже шестилетний парень был, соображал немножко.
Странное чувство возникло: значит, теперь буду жить с мачехой, неродным человеком.
Но в штыки я Марину не принял. Наоборот, с первого дня называл мамой. Она меня любила.
У нас замечательные отношения сложились…
Семья была музыкальная, все пели.
Дед когда-то работал бухгалтером сахарного завода в Любимовке под Курском.
А до революции хозяином этого завода был граф Сабашников — самый крупный книгоиздатель России.
На своем заводе он организовал струнный квартет, в котором дед играл на скрипке.
Отец никогда не учился музыке, но мог на слух подобрать любую мелодию на гитаре, на пианино, на гармошке.
Я в старших классах пел в хоре, в самодеятельности».
Потом будут неудачные попытки поступить в ГИТИС, на отделение музыкальной комедии,
три года службы в армии и снова ГИТИС.
Учеба, первый брак.
Алла Абдалова училась тремя курсами старше.
«Прав был наш профессор, который говорил: «Не надо жениться на студентках, будущих актрисах. Жизни не будет».
И действительно, мало счастливых семей в актерской среде.
У нас с Аллой вроде все складывалось хорошо.
Сначала мы жили с моими родителями, потом построили кооперативную квартиру.
Аллу пригласили в ансамбль Утесова.
Но карьера у нее не очень получалась, как-то не на виду она там была.
А я поработал в Театре оперетты, потом ушел на радио — понемногу становился популярным певцом.
За границу начал ездить. Видеться мы стали реже. Зато ссориться — чаще.
Алла оказалась просто патологически ревнивой.
Я не безгрешен. У меня много друзей, знакомых. После концерта люблю посидеть в компании.
Но никогда я не давал повода подозревать меня в неверности.
Алла же устраивала сцены без всякого повода.
Мне достаточно было посмотреть в другую сторону, она уже скрипела зубами.
Последние два года брака мы целенаправленно шли к разводу.
Я понимал, что рано или поздно это случится».
Случилось, когда в 76-м году Лев поехал на гастроли в Сочи.
Как-то после концерта приятель сказал, что познакомился с двумя симпатичными девушками
и пригласил поужинать в ресторане.
При первой случайной встрече в лифте 22-летняя Ирина не произвела никакого впечатления.
«Девчонки возвращались с пляжа — неприбранные, без косметики. Я даже удивился: что мой друг в них нашел?
Когда же вечером мы встретились в ресторане, они уже были при всем параде: причипурились, приоделись.
Мы замечательно посидели, поговорили.
Уже на следующий день Ирине надо было возвращаться в Москву, а оттуда лететь в Будапешт.
Она училась там в университете, на последнем курсе.
Но что-то в этот вечер между нами произошло, какая-то искра пробежала.
И хотя у меня оставалось еще три-четыре свободных дня, я решил, что надо срочно рвать отсюда.
Бросил отдыхать и вслед за Ирой прилетел в Москву…
Домой заехал через несколько дней, чтобы забрать вещи. Алла уже все поняла.
Выставила мой чемодан в прихожую и сказала: «Живи, как тебе нравится».
Но Ирина улетела в Венгрию. Единственный телефон, по которому с ней можно было связаться,
— номер в общежитии.
«У меня ритуал был: если я не на гастролях, каждый вечер сажусь и начинаю дозваниваться.
Трубку всегда брала такая колоритная, судя по голосу, бабушка-вахтерша,
которая не знала ни одного слова ни по-русски, ни по-английски.
Тогда я выучил пару фраз по-венгерски: «Добрый вечер» и «Позовите Иру из 370-й комнаты».
В общем, за несколько месяцев прозвонил полмашины».
Ирина приезжала в Москву. И практически всегда эти поездки совпадали с гастролями.
Она летала в Новосибирск, где в течение четырех дней Лев Лещенко дал восемь сольных концертов во Дворце спорта,
а Ира в это время каталась на коньках.
Новый год они встретили в Ленинграде. Там после концертов провели пять счастливых дней.
Летом отдохнули в Сочи.
«И все это было полуофициально. Ведь тогда я еще был женат на Алле. Времени не было оформить развод».
Через два года, в 1978-м, Лев и Ирина расписались. С тех пор они вместе.
На вопрос, в чем же секрет их счастливого брака, Лев Валерьянович отвечает, что ни разу они не опускались
до скандалов и выяснения отношений.
Ну а кроме всего прочего он обеспечил супруге просто райскую жизнь.
Дал возможность не работать, а заниматься только тем, что ей нравится.
Хотя Ирина Лещенко окончила один из лучших университетов Европы, она предпочла карьере дом и семью.
«Ира человек увлекающийся. Поэтому ей никогда не скучно.
В перестроечные годы, когда ничего невозможно было купить, начала шить.
У нее получались классные вещи. Себе шила платья, мне — костюм, смокинг.
Валя Юдашкин при наших встречах все удивлялся: «Опять сама сшила?»
Одно время она изучала психологию, ездила на какие-то семинары, даже практиковала.
А когда мы затеяли строительство нового дома, целиком и полностью погрузилась в этот процесс».
Дом Льва Лещенко
У Льва Лещенко есть квартира в Москве на площади Гагарина и квартира в Сочи в ЖК «Волна»
на улице Пушкина («дом у Цирка», район Светлана).
Но, по признанию артиста, жить он предпочитает в загородном доме в Подмосковье.
В 90-е годы у Льва Лещенко был дом в поселке Крекшино.
Построенный по шведскому типу островерхий трехэтажный коттедж Лев Валерьянович покрасил в веселый желтый цвет.
Соседями стали Наташа Королева тогда еще с Игорем Николаевым, Леонид Агутин с Анжеликой Варум и,
конечно же, Владимир Винокур с семьей.
Последний и был инициатором переселения в Крекшино.
Дом Льва Лещенко в Крекшино был хоть и типовым, но уютным.
В подвале располагался небольшой тренажерный зал, а с кухни можно было попасть на летнюю террасу,
а оттуда во двор.
Правда, после строительства дома в 280 квадратов свободной земли осталось немного.
Лев Валерьянович мечтал о бассейне или теннисном корте, но площади не позволяли.
А потом еще и оползень приключился, и часть фундамента дома как бы «повисла» в воздухе.
Словом, пора было задуматься о новом месте жительства.
Новый дом Льва Лещенко стоит на берегу Клязьма.
Теперь в распоряжении артиста огромная территория, а бассейну нашлось место в доме,
так что плавать можно даже зимой.
Правда, сам дом пришлось несколько раз перестраивать.
По признанию самого Лещенко изначально их дом был образцом того, как нельзя строить в Подмосковье –
на многочисленных изгибах крыши собирался снег, а тонкие стены быстро промерзали.
Проект создавался для Средиземноморья, и для московского климата не очень подходил.
Но после застекления веранды и смены угла наклона крыши все встало на свои места.
Внутренняя отделка дома сочетает традиции классики, ампира и средиземноморского прованса.
Лев и Ирина Лещенко разделили сферы влияния.
Так, свои комнаты – кабинет, погреб и бильярдную обставлял Лев Валерьянович.
Ирина Павловна занималась кухней и спальней.
Предметы интерьера, мебель и даже отделочные материалы супруги привезли из Италии,
так они обошлись в три раза дешевле, чем если бы покупки делались в московских магазинах.
Лев Лещенко любит повторять, что дом – это и крепость, и мастерская, и «лежбище»,
где можно прийти в себя и восстановить душевное равновесие.
Он не любит пускать в свой дом журналистов, хотя иногда и приходится.
Но самое главное, о чем всегда говорит Лев Лещенко:
«Каким бы красивым ни был дом, если нет отношений, теплых, трепетных, доверительных,
никакой дворец не спасет».
Параллельно со строительством дома осваивался и прилегающий участок.
Лев Валерьянович в садово-огородные дела супруги не вмешивается, только иногда помогает косить газон.
«У Ириши легкая рука — что бы она ни посадила, будь то морковь или топинамбур, все расцветает пышным цветом.
В саду растут десятки сортов самых разных растений.
Я устаю от одних только названий, а жена поглощена процессом».
Особое место на участке занимают два мангала.
«Привычка готовить барбекю сохранилась у нас со времен жизни на старом месте в Крекшино, — рассказывает Ирина.
— Там мы много времени проводили на открытом воздухе, постоянно общались с нашими соседями и друзьями —
Володей Винокуром и его женой Тамарой, с семьей Наташи Королевой.
Здесь пока живем более замкнуто.
Но 21 мая, на мой день рождения, и 1 июля, на годовщину нашей свадьбы, народ у нас, как всегда, собирался.
И я угощала гостей огурчиками со своего нового огорода».
А Лев Валерьянович добавляет:
«На наших застольях все любят, когда Ириша произносит тосты — что-нибудь умное, с философским подтекстом.
И после ее слов я говорю: «А теперь мы выпьем…» — и наши друзья подхватывают хором: «За твою жену!»
— «Правильно. За мою жену!»
Ирина Лещенко в ток-шоу "Жена"
Источник: сайты инета
[показать]