Я знала - как тебе понравиться.
Я знала - нужно быть какой:
Как та веселая красавица,
Легко махнувшая рукой.
И ускользнувшая таинственно,
Маня загадочной душой...
Я знала - нужно быть единственной,
Неповторимой и... чужой.
И притягательно изменчиво,
И зная, что лишает сна,
Вот так всегда смеется женщина,
Когда в другого влюблена.
Как выпивать умеем соки мы
Из тех, кто покорён и тих.
И я была такой со многими,
Поскольку не любила их.
Но ты губил во мне красавицу
Смущением, как паранджой.
Я знала, как тебе понравиться,
Но не умела быть чужой.
Нет печальнее встречи напрасной.
После долгих хождений по кругу
Ничего, кроме "здравствуй" и "здравствуй",
Мы сказать не сумеем друг другу.
Нет гуманнее боли мгновенной:
Резануло и - больше не больно.
И пойдешь ты - загадка Вселенной -
По какой-нибудь улице Смольной.
Он долго говорил о Блоке,
К Петрарке возвращался вновь,
Когда уже свиданий сроки
Кричали: нужно про любовь!
И Тютчев мне врагом казался,
Когда цитируя его,
Мой друг печально улыбался,
Не добавляя ничего.
Возненавидев Мандельштама,
Себя пытаясь обмануть,
Ждала-ждала, что эта драма
Закончится когда-нибудь.
Ведь что-то, но должно случиться!
Когда он все же прочитал,
Что я души его царица
И мыслей вечный идеал,
Уже без боли и досады
Махнула весело рукой -
Что "мне тебя уже не надо",
Сказав цветаевской строкой.
Как оставить без ответа
Фразу, брошенную залпом:
"Ты пошла бы на край света,
Если б я тебя позвал бы?"
Как же объяснить, мой милый,
Чтобы не смотрел нахмурясь? -
Я туда уже ходила:
Постояла и вернулась.
Стихи Елены Исаевой
Картины Владимира Волегова
[500x355]