В армии любят считать время. Год, сто дней, половина службы... И я, короче, тоже считал, и согласно расчетам середина службы пришлась на середину мая (точное число уже забыл). А то есть, товарищи, мы её перешагнули! Ура!.. Хотя кто мы? Я, Ваня, да Гамлет. Всем остальным ребятам нашего призыва ещё предстояло тащить две трети… Взрыв башни. Две трети!.. Ладно. Мы втроем, каждый для себя втихомолочку, свою половинку подметили и, уверен, приободрились. Да ещё и лето наступило!.. А лето это прекрасно. Оно и само по себе дарит радость, а вместе со всеми этими цифрами и расчетами радость зародилась самая обстоятельная и непоколебимая – я смотрю и вижу, что конец неизбежен, и впервые за все время я чувствую его близость по-настоящему!.. В общем, была где-то неделя, вот прямо где-то в это самое время, когда я эти чувства смаковал едва не до беспамятства. Более того, в один из этих дней случился момент, подаривший эмоцию такой силы, что слова, прозвучавшие тогда в голове, впечатались в память намертво и сохранились до сих пор. И, казалось бы, ну и расскажи, но об этом в следующий раз. Писать об этом сегодня почему-то нет настроения, напишу о другом.

Сегодня хочу побольше фактической информации. И, в каком-то смысле, закрыть вопрос описания моей армейской рутины.

Надеюсь, мой замес из героического пафоса и слезливых историй уже убедил вас – все мы там были супер-героями. А у супер-героев, как водится, должны быть свои сверхъестественные способности. Они, собственно и были. Кок, например, гнал на камбузе брагу, котельщики прямо на котлах жарили картошку, у меня же был свой собственный центр информационных технологий, но и не только… Короче, будет сегодня большой пост про пост.

Как я уже говорил, обитал я в отдельном здании. Это уже огромный плюс и возможности. Так как здание было отдельным, у него был кнопочный парольный замок и звонок на двери. И монитор, показывающий, кто стоит перед дверью. Пароль знали единицы и поэтому, короче, у меня был собственный маленький бастиончик, в который было весьма непросто ворваться без предупреждения, что по ночам да и вообще было крайне удобно. В целом это зданьице было одноэтажным, содержало в себе пятнадцатиметровый коридор и отходящие от него в разные стороны помещения. Первые две комнаты по левой стороне были моим постом. Там стояли компы, коплексы, приемники и прочее. Мое обиталище.  Дальше шла мастерская инженеров-антенщиков. Там днем, с 9 до 6, работали-отсиживались-тусили офицеры и старшины-контрактники. Это была типичная мастерская электронщиков, которая совмещала функции рабочего места и досугового центра.  Столы, огромные полки, заваленными инструментом и проводами, кожаные кресла, чашки с недопитым чаем, было там в целом уютненько и неформально. Далее коридор кончался и происходил туалет. Вот прям не справа, не слева, а прям посередине в конце коридора. То есть входная дверь и дверь в туалет находились напротив друг друга. Это иногда было очень ржачно. Сидишь такой на унитазе, тут звонок в дверь. А у входной двери было ещё маленькое окошечко и можно было наблюдать, что происходит внутри. Ну и, значит, звонит кто-нибудь и ждет, в окошко смотрит. Наступает художественная пауза, затем торжественно распахивается дверь туалета, и вот ты, такой весь бравый матрос в тапках, на ходу застегивая ремень, как на показе мод бодро отмеряешь широкими шагами пятнадцать метров по прямой, завершая все это в конце бравым воинским приветствием с докладом. Чума!.. Короче, ладно, по правой стороне был огромный, вечно закрытый склад и вечно пустующая комната для занятий с шестью партами, доской и обучающими плакатами и таблицами по нашей тематике. Формально, то есть, можно считать, что правой стороны не существовало.   

Теперь переходим непосредственно к супер-способностям. Прежде всего, у меня были компы. На других постах они, конечно, тоже были, но нигде их не было столько, сколько у меня, нигде не было так безопасно как у меня, да и никто не рубил в компах так, как я. Почти сразу пошла подпольная деятельность. Уже в феврале я обшарил все жесткие диски и нашел кучу всякого любопытного. Было очевидно, старшие призывы не теряли время даром. Например, где-то на изолированном, запертом в клетке комплексе были закопаны FruityLoopsи MacromediaFlash. Не могу сказать, что сильно ими пользовался и даже с первым дело совсем не пошло, но всё-таки с Flash’ем я позабавлялся, и свою первую анимацию сделал именно в армии. Так же нашел огромный архив из текстовых файлов со всякими книжками и кое-что оттуда почитал. Нашел и эмулятор GameBoyAdvanceс играми к нему. В этом деле открыл для себя несколько очаровательных миров и периодически в них прятался.

Ближе к апрелю/маю я осмелел и начал присматриваться к usb-портам и cd-rom’ам. Они были опечатаны и пришлось совершать ювелирные и аккуратные бесстыдства с отклеиванием и приклеиванием обратно так называемых печатей – бумажка с должностью, фамилией, печатью и подписью ответственного лица. Отовсюду сразу посыпались просьбы скинуть фотки, сделать копию диска и пр. И, конечно, никому не отказывал, поддерживал ребяток – мой пост фактически был единственным вариантом, как привести домой фотки в электронном виде (особенно для каких-нибудь котельщиков или гаражистов). И вот через меня пошли бесконечные фото-архивы. Что-то мне нравилось, на некоторых фотках оказывался и я, а значит, это нужно было сохранить. Так помимо просто копирования, компы стали использоваться как хранилища фоток, видео и прочего медиа-контента. При этом я был очень изящен – переименовывал, разбивал на куски, менял расширения, подстраивал даты изменения, короче, по мере талантов маскировал все под системные файлы. Старался действовать чисто и ведь однажды это даже окупилось. Как-то один умник из офицеров хотел взять меня за задницу, сел и начал искать, но ничего не нашел – он оказался недостаточно умник =). 

Так же в качестве любопытной истории упомяну здесь телефон Flye300. Этот телефон сначала появился у кого-то из дембелей. Впервые мне его дали в мае, об этом я писал. Перед уходом дембель телефон продал одному из остающихся. Этот новый хозяин, уже где-то в июле, пошел в увольнение, изрядно там перебрал и стал звонить своим сослуживцам, говорить дерзкие вещи, в том числе и в адрес одной из акул. На утро дурман прошел и пришлось извиняться. Телефон Flye300 обрел нового хозяина в лице акулы. Но акуле он был не нужен, у него уже был свой, и спустя неделю, может две, на телефон нашелся новый покупатель. Этот новый покупатель уже тогда был несколько презираем, но через месяцок-другой замарался ещё основательней и, я не знаю деталей, но телефон оказался в руках у одного из авторитетов его подразделения… Дальше уже не помню, что было, но ржака в том, что каждый новый хозяин проклятого телефона Fly e300 приходил ко мне с просьбой скинуть с него фотки =)))

В целом вся эта движуха только прогрессировала. Кульминацией стал опечатанный сидиром, работавший по вышеуказанному принципу. К концу лета я схитрил себе пачку из ещё не наклеенных печатей, а компы были завалены спрятанными фотками так основательно, что кое-что в конце я не смог найти сам (и в частности майские фотки с поста – они есть только в таком, распечатанном, черно-белом виде). А, вот ещё вспомниось... Был один комплекс, он был заперт в ящик. По замыслу с ним следовало взаимодействовать только через монитор и клавиатуру, но я-то видел, что это обычный комп и обычная Винда. Короче, я освоил чудо-трюк: на тоненькую, но жесткую антеннку привязывалась флешка и через технологическое отверстие в заду у этого ящика, на ощупь, флешка втыкалась в порт и вуаля!.. Любопытно, что к этому трюку меня подтолкнула задача, поставленная одним из командиров-разведчиков. Нужно было что-то всю ночь переписывать из его внутренней базы данных или как-то так. Я же все решил радикально и за пол часа. В печатном виде 20 страниц легли на стол, и мы с ним сделали вид, что никто ничего не понял. Хотя потом ещё не раз я кривлялся, а он нежно так увещевал: «Катапультов, ну ты же адекватный парень... Ты же всё понимаешь,,, ну, давай... Давай, я знаю, у тебя получится...»

Короче, я хранил данные, читал книжки, печатал письма, играл в игры, слушал присланную музыку, а ещё через приемники иностранные радиостанции, много было всякого баловства, но мне кажется, под конец уже все офицеры и старшины это знали. Как и в той истории с офицером и комплексом, никто ничего не мог доказать, но по косвенным признакам все угадывали. А то есть знали и прощали. Потому что, если чё, я был каефовым и полезным кентом. Сколько я всякого делал, сложно и суммировать. Рисовал на картах какие-то траектории, перелопачивал базы данных, делал какую-то аналитику, статистику, писал инструкции. А ещё переводил для офицеров американские обзорные статьи на военную тематику. Причем дохрена переводил, а потому об этом по-подробней.

Там было всякое по ситуации в регионе. Статьи были из открытых источников, и мои переводы в основном были направлены на поддержание осведомленности офицерского состава, но иногда случались и поводы для реальной гордости. Сколько-то раз, например, бывало, я получал статейку, переводил её, отдавал командирам, и они, сопоставив то, что я перевел с тем, что мы видели в эфире, информацию уточняли и докладывали в центр. Типа, учения проходили на 900 километров южнее заявленного и на неделю позже, самолет Авакс, упомянутый в статье, участия не принимал, а был замечен в переходе между Гуамом и Окинавой… Изначально я попал на эту деятельность по собственному желанию. Где-то в апреле, когда было тухло и скучно, я попросил Ваню, мое корефана, сказать, что я тоже могу делать переводы (Ваня был лингвистом по образованию и его как раз брали с расчетом на такие переводы). Он передал, мне дали попробовать, остались довольны. Когда ушел старший призыв, все переводы упали на нас двоих, и тут я уже взвыл, но было поздно. Однажды сразу после 2-й вахты мне дали текст и сказали, что нужно срочно. После ужина я вернулся на пост и начал переводить. Конечно, через часок меня начало рубить. Засыпая над строчками, я поднимал голову и возвращался к одному и тому же предложению. Адище вообще – ты страдаешь и понимаешь, что страдания не кончатся, пока ты не закончишь, но сдвинуться с места ты не можешь.  Короче, не знаю как, вероятно через дичайшие потуги, но к  23.30 я закончил, а в 1.30 был разбужен на 4-ю вахту.

Но я отклонился от темы. Возвращаемся к супер-способностям и значит, пора поговорить об уже упомянутой мастерской инженеров. Она закрывалась, ключи были у избранных, но был и один резервный ключ. На всякий случай. Ключ этот висел в специальном опечатанном ящичке прикрепленном к стене на моем посту. Предполагалось следующее. Если ты офицер и тебе нужно в мастерскую, ты срывал пластилиновую печать, брал ключ и шел в мастерскую. Когда уходил, клал ключ обратно и опечатывал ящик своей печатью (у офицеров была своя именная печать). Но иногда этот ключ так часто брался за день разными людьми, что все ленились опечатывать, рассчитывая, что кто-то крайний сделает это в конце дня. Но крайний не знал, что он крайний… =)

Короче, иногда, ночью и на выходных, на свой страх и риск, я прорывался в мастерскую и, конечно же, речь в первую очередь о халявном чае, кофе и всяких прочих брошенных тут печенюшках. С тех пор чашка кофе с тремя ложками сахара навевает на меня ностальгию и чувственные переживания. Помимо халявного пожрать, в мастерской и просто было весело. Почему-то иногда туда приносили телевизор, и тогда я смотрел ночной эфир трех камчатских каналов. Несколько раз я заставал там частные компы и всякую современную прессу. С любопытством читал и узнавал, что жизнь оказывается не остановилась и в мире что-то происходит.

Да, не совсем к месту, но скажу об этом отдельным пунктом, пока не забыл.

Интернета в компах не было. Нигде и никогда. Дома у контрактников, конечно, был, но нас там не было. 

Вернемся к мастерской и всё-таки, хочется ещё чуть-чуть о жрачке. Помню, однажды мичман Пам-парамушкин оставил здесь целую коробку вафель. Огромную, килограмма на четыре. Ему её дали в паёк, он не сильно ей дорожил и потому оставил в мастерской. Типа, народ сожрет, но контрактный народ не сильно любил еду из пайка. А вот срочники вафельки любили… Короче, началось с того, что мы замечательно пили кофей по ночам маленьким кружком разведчиков, а закончилось звонками в дверь среди бела дня котельщиками, которые прослышали, что тут «есть вафельки»… Блин, под конец я отбивался как мог, но скрыть пропажу трех кило вафель было невозможно. Мичман Пам-парамушкин, хоть и не сильно, но из принципа несколько расстроился. Зажав меня в угол и мутузя куда попадет, он шипел: «Катапультов, собака! Где вафли!?.. Кто вафли сожрал, я спрашиваю?!..» «Что-что? Какие вафли, товарищ мичман?..» – искренне негодовал я… «Ну, ладно. Выйду из отпуска – поговорим ещё…» Однако мичман Пам-парамушкин не знал – я и сам улетаю через неделю… =)

Чёрт побери, есть такая тема, что к концу сообщения совсем кончаются силы... Ну а на самом деле, может быть даже уже и хватит. Получилось несколько фрагментарно, но в целом пойдет. Резюмируем так:

Я попытался описать свою жизнь на посту. Всё, что там было, но вышло как-то очень системно. На самом деле всё вышеозвученное было вперемешку и одновременно.

Например,

вторая (6 часов): перевожу - слежу за эфиром - перевожу - эфир - закончил переводить, читаю Тихий Дон Шолохова - эфир
четвертая (7 часов): пишу письмо - эфир - письмо - эфир - рубит сон - поиграл на компе в GameBoy - эфир - рубит - эфир - уснул - проснулся - эфир - закончил письмо
вторая (6 часов): эфир - по координатам строю траектории переходов - эфир - коротенький перевод - Тихий Дон Шолохова - коротенькой письмо - эфир
четвертая (7 часов): скидываю фотки с телефона - читаю пришедшие письма - эфир - рубит - сплю - эфир
вторая (6 часов, суббота): эфир - в 17.00 на пол часа был отпущен на баню - прорвался в мастерскую, лакал приторное кофе, релакс - эфир - замечен Авакс - эфир - эфир - эфир
четвертая (7 часов): Тихий Дон Шолохова - эфир - Тихий Дон Шолохова - копирую диск с музлом для кента - Тихий Дон Шолохова - эфир - на перекур пришёл Сашка, удав, пили чай - рубит - эфир - сплю - эфир 
вторая (6 часов, воскресение): перевожу - эфир - перевожу - эфир - перевожу - эфир - Шолохов - поиграл в компик
четвертая (7 часов): пишу письмо, пытаюсь вспомнить, что было в пришедшем письме позавчера ночью - эфир - письмо - эфир - на перекур пришёл Санёк, корефан, сидели на крыше, пили чай - эфир - рубит - эфир - письмо - рубит - эфир - уснул - эфир

Короче, было как-то так... И не могу всё-таки ещё раз не отметить, что в перерывах между вахтами были иногда нормальный иногда не очень сон, построения, учебные тревоги (я был в "группе быстрого реагирования"), вечерние картофаны, срочные переводы, какая-нибудь дичь, типа, буйного, пьяного завхоза, которого нужно забрать из котельной и отвести домой, какие-то терки, какие-то наезды и сдерживание напруги, какие-то "попонятиям" базары и прочие переполненные внутренней энергией прекрасные сослуживцы.

Сегодня я описывал все несколько среднестатистически и безвременно, но однако...

Шел июнь. И вот где-то сейчас уже прошла эйфория начала лета. Снова вернулась реальность, в которой конец хоть и близок, но всё-таки не ближе пяти месяцев. Вокруг всё так же накаляюще. Нас всё так же сорок, и нам всё так же хлопотно. Спасительный весенний призыв появится только недели через полторы и то ещё месяц будет на курсе молодого бойца. Усталость.