- Этого не может… быть. – Наконец проговорила Лилайна, уставившись невидящим взглядом в пол. – Просто не может… Моя мать… - Она не договорила. – Моя…

Лэджер положил ей руку на плечо и она, тяжело вздохнув, замолчала. Они понимали друг друга без слов… Девушка невольно прикрыла ладонью то, где нашел свое временное прибежище их малыш, внук женщины-полиморфки. Лилайна боялась за его судьбу; за то, каким он станет; получится ли у них с Лэджером вырастить настоящего человека; будет ли он послушным и справедливым, или же он будет дерзким и своенравным; на кого он будет похож… и еще сотни вопросов кружились у девушки в голове и не давали покоя. Наконец она подняла на кузнеца покрасневшие от наворачивающихся слёз глаза и сказала:

- Пусть так. Но я любила, люблю и буду любить ту женщину, которая подарила мне жизнь, и того мужчину, который стал мне отцом.

- Мудрые слова, дочь Балвина Семигора. Истинно так. – Кивнул пророк. – Вопросы крови – самые сложные вопросы в мире… Самые сложные, но вовсе неважные. Это так. – Настоящий кузнец уловил на лице Хачнарта легкую улыбку. – Кем бы мы не были, королями или их рабами, мы вольны сами выбирать свою судьбу… Каждый из нас волен… Вы понимаете меня, я вижу это. Распорядившись своей судьбой, вы оказались здесь, рядом со мной… Впервые смертные находятся под этими каменными сводами и смотрят на меня, внимая. – Пророк сделал паузу. – Ты не представляешь, кузнец, каким счастьем наполнено мое сердце сейчас!.. Может, эмоции от долгих лет стали менее выражены, но вот сердце… Оно по-прежнему переживает всю свежесть чувств. Я и не предполагал, что увижу тебя когда-либо… Но ты здесь! Здесь, чтобы спасти наше дитя… Вандуларк... Он нуждается в твоей помощи… И ты поможешь ему. Я знаю. Ты поможешь ему, а я помогу тебе. Я дам тебе то, ради чего ты бы хотел жить… Это и будет твоей наградой в случае победы и оберегания Вандуларка. Поверь, я не постою за ценой. – Хачнарт шагнул в сторону, спустившись ниже. – А теперь скажи, что бы ты хотел узнать прямо сейчас? Я отвечу на любой твой вопрос… На один вопрос. Говори.

Лэджер поднял глаза на немного удивленную Лилайну. Безмолвно он спрашивал у нее, что, по ее мнению, нужно спросить, но девушка лишь чуть пожала плечами, совершенно растерявшись. Тогда Обилорн тоже поднялся на ноги и, выпрямившись, спросил:

- Что случалось с Джэркеной?

- Она мертва. – Не сразу ответил пророк. – Ее поглотила бездна.

Обилорн сглотнул. Он знал это с самого вступления их в Шнаобгит… Но он боялся своих мыслей и догадок. Но Хачнарт лишь подтвердил его самые худшие опасения. Контрабандистки больше нет.

- Она умышленно отступила назад… Она хотела смерти, устав от жизни. Это ее решение. Она хозяйка своей судьбы… - Негромко проговорил пророк.

- Она… не могла. – Выговорила, наконец, Лилайна. – Она хотела дойти до конца!.. Дойти с нами… Она хотела жить!

- Нет, дитя. – Покачал головой Хачнарт. – Вовсе нет…

Лэджер был в замешательстве. Он даже не знал, о чем скорбеть больше: о том, что Лилайна – не принцесса, или о том, что Джэркена провалилась в небытиё. Где-то очень глубоко в сердце настоящего кузнеца теплилась надежда… Слабая, почти невидимая, но она была там. Обилорну казалось, что Хачнарт поможет… Нет, он должен помочь!.. Лэджер резко выдохнул, Лилайна почему-то содрогнулась и медленно подняла на мужчину глаза. Пророк же не шелохнулся, молча стоя на своем месте, а Анлурзон продолжал незаметно курить в мрачном углу свой нетленный сладкий табак…

- Хачнарт… - Негромко проговорил Обилорн, шагнув в его сторону.

- Нет. – Отозвался пророк, скрыв слепой глаз во мраке просторного капюшона. – Нет.

Лэджер принял это, но надежда, почему-то, умирать никак не хотела… Кузнец выпрямился, как на поле боя, стоя перед огромной армией Вестника Тьмы. Он принял этот удар… невидимый, но весомый.

- Хорошо. – Кивнул мужчина. – Пусть так. Скажи мне, что делать… и я сделаю. Ради жизни, наперекор смерти!..

- Громкие слова, настоящий кузнец… - Задумчиво проговорил пророк. – Очень громкие… Но, надо сказать, достойные такого, как ты. Идем. – Хачнарт сжал деревянный посох крепче. – Я покажу, что делать…

Шаркая ногами и сметая длинным подолом пыль с камней, пророк двинулся куда-то в темноту, где располагался небольшой проход в соседнее помещение. Лэджер с готовностью последовал за ним. Лилайна тоже нашла в себе силы подняться. Лишь Анлурзон остался на своем месте, никак не желая расставаться с трубкой. Девушка бросила на него быстрый взгляд, прежде чем отвернуться и пойти вслед за Обилорном. Маг выпустил очередной клуб дыма и крикнул ей вслед:

- Я не курил две тысячи лет!.. Раньше табак был более распространен, чем сейчас… Его было легче достать… Теперь не то время!..

Лилайна не ответила, поймав себя на том, что маг читает ее мысли и, постаравшись освободить голову от всяких очень личных дум, она поспешила за любимым человеком, Лэджером Гимкамом-Обилорном.

 

Хачнарт вошел в не менее просторное помещение и остановился. Впереди было пусто и сухо, воздух был немного спёрт, поэтому дышалось труднее, чем в предыдущей комнате. Только неровный серый камень и ничего больше. Пророк повернулся к чуть удивленному Обилорну и сказал, указав на пустоту впереди себя:

- Здесь.

Лэджер чуть приподнял брови, не понимая, что хочет от него добиться мудрейший из мудрых. Но, казалось, Хачнарту ответ вовсе не был нужен. Пророк повернулся к кузнецу спиной и, подняв руку с посохом вверх, что-то шепнул. Ничего не произошло, лишь до сознания Лэджера донеслись такие слова: «Пусть то, о чем ты мечтал, проявится здесь… И сможешь ты узреть свою мечту, прикоснуться к ней… Пусть трепещет твое сердце, осознавая, что это ты сделал сам…». Обилорн чуть приоткрыл рот, пожелав озвучить то, о чем думал всю свою жизнь… Но этого вовсе не потребовалось. В воздухе, прямо перед ним, начали вырисовываться причудливые серебристые узоры, меняющиеся с каждым мигом, переплетающиеся между собой, образуя единое целое. Лэджер чуть сощурил глаза, стараясь угадать, что предстанет перед ним в итоге, но он и подумать не мог, что увидит дверь… Старую, деревянную дверь с ржавыми, скрипучими петлями… Дверь, от вида которой сердце хотело вырваться наружу; дверь, ради которой хотелось умереть… Обилорн содрогнулся, от волнения сжав кулаки.

- Я и не сомневался в том, что ты воплотишь именно это и ничто иное… - Улыбнулся Хачнарт, отходя в сторону. – Но вот еще кое-что… - Он сделал паузу, передумав о чем-то говорить. – Идем, я скажу тебе, что делать. – И пророк первым пошел в сторону образовавшейся старой двери. – Я знал, что именно об этом ты мечтаешь, Лэджер…

Обилорн осторожно, боясь, что столь хрупкое видение может исчезнуть, коснулся рукой двери, осторожно открыл ее. Она привычно скрипнула и впустила мужчину внутрь. Лэджер вошел и огляделся… В носу предательски защипало, а сердце забилось так, как никогда. Обилорн задышал чаще, стараясь держать себя в руках, но у него ничего не вышло – слишком уж сильным было моральное напряжение. Мужчина упал на колени, обессилено опустив голову вниз, обжигающие слезы потекли по смуглым щекам… Кузница… Родная кузница, никак не изменившаяся за столь долге годы… Всё было так, как в последний раз. Ничего не изменилось, кроме одного. Старый кривой меч, первая работа настоящего кузнеца, висел на стене, на одном из самых почётных мест. Хачнарт подошел к нему и, взяв в руки, передал его Обилорну. Лэджер бережно принял его и, как только плохо обработанное железо коснулось его рук, он увидел Грэйстора Изонга, своего отчима. Улыбающийся пожилой мужчина подмигнул ему, указав жестом руки на меч в руках своего приемного сына. Но Грэйстор оказался лишь видением в отличие от старой кузницы. Он растворился в воздухе, исчез… Лэджер понял намёк. Собравшись с силами, он поднялся на ноги, выпрямился, но слезы никак не желали останавливаться… Пророк, чуть улыбаясь, смотрел на него.

- Вот это настоящий, живой человек!.. – Негромко сказал он. – Он может чувствовать, переживать, бояться и радоваться… - Он сделал паузу, дав Обилорну перевести дух и успокоить сердце. – Ты должен отдохнуть немного, кузнец. Тебя ждет очень долгая работа, которую ты не имеешь права прерывать.

- Я начну сейчас. Нет времени на отдых… Да и я в нем не нуждаюсь. – Вскинул голову Лэджер. – Скажи мне, что делать… И я сделаю!

- Хорошо-хорошо, Пылкое Сердце… - Усмехнулся Хачнарт. – Слушай меня внимательно. У Морвамдора есть демон, Ирваптар… Ужасный, непобедимый, сочетающий в себе огонь, лед и бурю. У него есть три Тени – каждая из стихий. Они пробудились и собрались вместе, создав гигантскую армию, которой нет числа… Они поглотят Вандуларк и Морвамдор поднимется на поверхность земли, чтобы воцарился хаос и страх. Так будет… если не вмешаешься ты. Единственное, чем можно побороть Ирваптара, это посох земли – этот элемент отсутствует у демона. С ним будет биться Анлурзон, только ему по силам повторить это. А вот армия… Ей должен будешь заняться ты. Твое оружие будет ни на что не годно, когда приверженцы Теней предстанут пред тобой! Поэтому ты должен выковать себе новый меч, способный совладать с мощью Тьмы… Он должен быть наделен несколькими видами сил, чтобы покорять проклятые души демонов и мертвых. Половину нужных тебе материалов я дам, но другую половину ты должен найти сам. Сама кузница поможет тебе… - Пророк снова загадочно улыбнулся и, чуть приподняв руку, как будто что-то выхватил из воздуха. - Вот это... первое. - Он отошел к столу и, осторожно подув на незримую вещь у себя в руке, обратил ее в голубой, полупрозрачный камень, идеальный по чистоте и огранке. - Это жизнь. - Сказал Хачнарт, положив камень на стол. - Это воздух - первое, что мы чувствуем, попав в этот мир, родившись.

Обилорн не смел его прерывать. Пророк отошел от стола и вышел из кузницы, тихо шаркая ногами. Подойдя к стене, он аккуратно прижал ладонь к холодному камню. Через несколько секунд отведя руку в сторону он показал настоящему кузнецу что-то невообразимое... Как будто на его руке лежало нечто, отбрасывающее тень, но только тень была, а то, что ее давало - нет. Лилайна подалась вперед, желая поближе разглядеть странную вещь. По тени нельзя было определить, на что похож ее источник. Хачнарт улыбнулся краешками губ, наблюдая за девушкой и ее нескрываемым любопытством. Вытянув руку, пророк спросил:

- Что ты чувствуешь, дитя?

Лилайна вздрогнула. Казалось, что она совсем забыла, где находится, будучи целиком и полностью погруженной в этот странный предмет, покоившийся на ладони старика.

- Я... Я... Это... Как будто... - Девушка еще более внимательней всмотрелась и, через несколько долгих секунд, обессилено сказала: - Я не могу понять свои чувства... Что-то такое... Такое необъяснимое... Странное ощущение, которое я никогда раньше не испытывала!..

Хачнарт улыбнулся. Похоже, другого ответа он и не ждал. Принцесса не могла соврать. Тень действительно вызывала очень смешанные, совершенно неясные чувства.

- А всё потому, - пророк сжал ладонь с тенью, скрыв ее с глаз, - что это ни что иное, как скрытая духовная сила... Она дается всем без исключения сразу после первого вздоха. Возьми. - После короткой паузы Хачнарт передал Обилорну камень, который приобрел в его руке сиреневый цвет. - Еще я могу дать тебе один предмет, кроме этих камней. Он - символ будущего, символ продвижения вперед, символ роста, познания мира и всего, что с этим связано, ведь после рождения и обретения начальной силы, ты самостоятельно двигаешься вперед, изучаешь мир, законы бытия, познаёшь себя... Вообще человек делает настолько много после рождения... даже сразу и не вспомнить всего. - Пророк немного улыбнулся. - Но что-то я увлекся рассказами и мыслями.

Снова подойдя к стене, Хачнарт что-то шепнул и один из небольших камней, располагавшихся ближе к потолку пещеры, сдвинулся в сторону и в огромный каменный зал проник ослепительно яркий солнечный луч. Пророк опустил руку в желтоватый луч.

- Я чувствую тепло... - Загадочно проговорил старик и, аккуратно взяв двумя иссохшими пальцами нить света, потянул ее на себя.

Лилайна раскрыла рот от удивления. Такой магии она еще никогда не видела. Всё было настолько невероятно и живо, что захватывало дух. Пророк достал из кармана деревянную катушку и стал аккуратно наматывать золотую нить... Лэджер не верил своим глазам. Насколько же это красивое зрелище!.. Когда катушка стала полной и светилась приятным, согревающим светом, Хачнарт отдал ее настоящему кузнецу и сказал:

- Этой нитью ты обовьешь рукоять своего меча. Она всегда тёплая и ты будешь чувствовать свет даже в самых темных уголках Вандуларка! А ты, - он обратил свой взгляд на девушку, - из остатков сплетешь широкие браслеты, которые послужат защитой для Лэджера Гимкама-Обилорна.

Лилайна склонила голову в знак согласия. Лэджер же сосредоточенно молчал.

- На этом всё, кузнец. - Проговорил Хачнарт. - Теперь дело за тобой. Основные компоненты я дал тебе... Но помни: ты можешь добавить от себя всего лишь два. Только два компонента, которые посчитаешь нужными, и не более. Поэтому выбирай с умом.

Лэджер кивнул. Он был готов вновь ощутить жар кузницы и тяжесть молота. Снова и снова оглядываясь по сторонам, Обилорн никак не мог налюбоваться кузницей. Но часть его существа понимала, что это - ненастоящее, хотя он мог потрогать тут всё, что угодно и этот предмет не раствориться у него в руке, не исчезнет. Настоящее... и волшебное. Две несочетающиеся вещи были рядом так близко, как никогда... Дух захватывало, сердце щемило, а в мыслях... В мыслях был ветер... Пустота... Почему? Лэджер не знал. Быть может, всему виной Пророк Вандуларка с его самой загадочной на земле магией.

 - Я устал держать в руках меч. - Признался он наконец. - Хочу снова почувствовать молот, услышать его стуки... Я принимаюсь за работу сейчас же.

- Как знаешь, настоящий кузнец. - Отозвался Хачнарт. - Я сделал всё, что от меня требовалось.

Обилорн замолчал на миг, а потом негромко сказал:

- Я хочу побыть один... Оставьте меня.

Лилайна опустила глаза и отошла ближе к Хачнарту. Она понимала его, своего единственного, горячо любимого мужчину. Хоть ей сейчас и было одиноко и больно, она нашла в себе силы покинуть каменные своды зала. Пророк последовал за ней и когда они скрылись, Лэджер снова вошел в кузницу. Закрыв лицо руками, он постоял так несколько мгновений, настраиваясь и приходя в себя. Он старался сосредоточено думать, но у него мало что получалось. Мысли никак не хотели упорядочиваться. Поняв, что с концентрацией ничего не выйдет, настоящий кузнец вновь взял в руки своё первое творение - изрядно постаревший, плохо выполненный меч. Посмотрев на него, Обилорн вспомнил свое детство, отчима... В памяти всплыли моменты жизни, плохие и хорошие, интересные и не очень. Вытянув меч вперед, Лэджер еще раз оглядел его. Не сбалансированный, кривой, местами проржавевший...

- Убожество. - Усмехнулся он, и в этот же миг меч рассыпался в прах, который, разлетевшись, медленно опустился на пол.

Обилорн потерял дар речи. Посмотрев на свои опустевшие руки, он тяжело вздохнул. Трудно себе представить, насколько жалко было настоящему кузнецу его первую работу, его первый шаг в кузнечном деле. Ему было даже нечего сказать... Он сам сломал его. Сломал силой мысли и эмоции. Уже решив отчаяться и начать придумывать что-то другое, Лэджер вдруг остановил себя. Но он ли сам это был? Или, быть может, кто-то повлиял на него извне? Он не знал. Не думая больше ни о чем, настоящий кузнец опустился на колени перед разлетевшимся пеплом старого клинка и начал бережно собирать в ладонь маленькие пепелинки... Обилорн и сам не понимал, зачем он это делает? Как будто хочет спасти что-то уже разрушенное, истребленное.

Собрав пепел, Лэджер с грустью посмотрел на него. Надо же, как всё легко разрушить!.. Бережно скрыв его в ладонях, чтоб не разлетелся, кузнец отнес его к столу и высыпал на деревянную столешницу. «И что дальше?» - возникло в его голове. Но он не знал ответа на этот вопрос. Решив пока оставить пепел в покое, он принялся подбирать сталь для меча. Он не сразу нашел нужный кусок из груды всего предложенного Хачнартом. Перебирая десятки стальных осколков, Лэджер придирчиво осматривал каждый из них и, наконец, найдя нужный, отложил его в сторону. Сталь этого меча отливала в тусклом свете кузницы сиреневатым цветом. Она почему-то показалась Обилорну необычной, чем-то привлекла его. Итак, когда почти все компоненты были в сборе, настоящий кузнец приступил к работе… К долгой, кропотливой и самой сложной в его жизни работе - создании волшебного меча. Такого меча, который бы внушал ужас врагу одним только своим видом. Взяв в руки молот и подняв его, чтобы нанести первый удар по раскаленной стали, Лэджер чуть не задохнулся от возбуждения. Наконец-то он видел свой сон вживую.

 

- Хачнарт!.. – Окликнула пророка Лилайна и тот остановился, медленно повернувшись к ней.

- Слушаю тебя, дочь Балвина Семигора. – Старик чуть улыбнулся. – Ах, нет. Прости. Я вижу, ты не хочешь, чтобы я называл тебя так… - Лилайна молча кивнула. – Говори, что тревожит тебя, дитя. Я отвечу на твои вопросы.

- Вурланс… - Тихо проговорила девушка. – Я… Он… Кем он станет, когда… Когда вернется к нормальной жизни?..

Хачнарт задумчиво улыбнулся и, посмотрев девушке в глаза, ответил:

- Он будет очень хорошим человеком. Добрым, отзывчивым, красивым и, главное, счастливым… Таким, какими были изначально придуманы все люди. К нормальной жизни он обязательно вернется… и очень-очень скоро. Анлурзон обретет новое тело и тогда разум мальчика станет свободен, но он не будет таким, как прежде. Защитник Вандуларка наложит на его душу свой отпечаток, который останется с ним до конца его жизни.

Девушка порывисто вздохнула, опустив глаза.

- Он не сможет стать магом? – вдруг спросила она. – Он так этого хотел и верил, что он сам творит чудеса… Его признали лучшим в Академии…

На эти слова Хачнарт тихо усмехнулся.

- Эх, дитя… - Пророк покачал головой. – Разве ты не видишь, что каждый из нас в чем-то маг, волшебник или чародей? Он творит чудеса, не замечая этого и вовсе не осознавая… Он делает это просто так, как подсказывает сердце. Это и есть настоящие волшебники – те, кто магии совсем не учился; те, кому она досталась с рождения. А еще более великие маги те, кто сумел сохранить в себе эту силу и пронести ее через всю свою жизнь, творя, создавая, помогая… Вурланс – великий маг. Это я могу сказать с полной уверенностью. Он жертвовал собой для настоящего кузнеца – первого, кто распознал в нем мага, настоящего мага. И волею судьбы они оказались вместе, ибо они должны быть вместе, как отец и сын. Мальчик видит в Лэджере именно отца, а ни отчима, ни брата… Отца. А ты… Ты для него сестра. Любимая сестра Лилайна, для которой он готов сделать всё возможное и невозможное. Анлурзон изначально узрел всю суть Вурланса, когда впервые увидел его в Академии, будучи в теле Рулприна Гэдама, учителя и наставника. Мальчик поразил его искренностью, равно как и меня. Но ты не думай, дитя… Помни, что каждый получает по содеянному. – И с этими словами Хачнарт развернулся и медленно, тихо шаркая ногами, побрел в сторону узкого каменного прохода.

Лилайна снова сделала шаг в сторону пророка и, чуть приоткрыв рот, хотела что-то спросить, но старик не дал ей этого сделать.

- Нет. – Негромко отозвался он. – Этого я тебе сказать не могу. Это зависит уже не от меня, а от воли Вандуларка и судьбы. Погоди немного, и ты сама всё увидишь своими собственными глазами. Дети, еще не увидевшие мир и не вдохнувшие его запахи, не могут быть прочтены, как книга. В этом ты ошибаешься.

Пророк покинул комнату, и девушка снова осталась одна. Больше она не смела задерживать Хачнарта, который, как ей показалось, хочет поговорить с Анлурзоном о чем-то очень важном. Опустившись на широкий деревянный стул, накрытый теплой шкурой, девушка устало положила руку на тугой живот и тяжело вздохнула.

- В какое время ты родишься? – спросила она. – Кем ты станешь? Королем или рабом?..

- Он станет тем, кем посчитает нужным. – Послышался негромкий ответ откуда-то сзади.

Лилайна, вздрогнув, обернулась назад. В дальнем углу сидела черная пантера и медленно била о холодный камень пола хвостом. Идеальные очертания, красота и грация, сила и мощь… разум…

- Асторрад?.. – Вдруг спросила девушка.

- Она самая. – Чуть кивнула головой большая кошка.

Лилайна даже не удивилась, что с ней говорит животное. Снова загрустив, девушка сказала:

- А знаешь, я всегда знала, что ты умеешь говорить. Вурланс легко оставался один, потому что ему было с кем пообщаться. Наверное, ты интересный собеседник…

- Меня создали как компаньона, напарницу, чтобы мы всегда были вместе, с самых древних времен… Разве что каждый раз мне приходилось менять обличие и часто прятаться. То я была кошкой, то птицей, то просто предметом или украшением. Наши души неразделимы… Мы всегда будем вместе.

Лилайна улыбнулась, хотя не совсем понимала, о ком или о чем говорит кошка.

- Пантера… - Задумчиво проговорила она.

- Да. – Ответила Асторрад, и девушка услышала в ее голосе нотки грусти. – А ведь когда-то я была как ты… Молодая и красивая, сильная и целеустремленная… женщина.

Девушка сглотнула, не зная, что ответить. Всем телом прочувствовав ту грусть и боль, которую несла в себе Асторрад, Лилайна поднялась на ноги и подошла к большой кошке, посмотрев в ее черные, как ночь, глаза.

- Ты… заколдованная? – спросила она.

- Нет. Я рада, что я – кошка. Я готова стать даже камнем… - Асторрад оттолкнула большой мягкой лапой каменный осколок, лежащий рядом с ней, - лишь бы быть с ним…

- С кем? – Лилайна хотела опуститься рядом с пантерой, но большой живот не дал ей этого сделать.

- Сядь на стул. – Настоятельно сказала Асторрад. – Я отвечу на твой вопрос.