И день недели вообще не важен.
Каждый день всё на автомате.
Будильник, говорящий женским голосом.
Как-то в Праге мне показалось, что со мной вместо будильника говорит мама.
Но ясное дело, это было не так.
Потом подъем. Но он такой трудный. Моё одеяло, оно такое нежное, теплое, уютное. Оно так крепко обнимает,
обволакивает своим теплом. Не хочет отпукскать. Дарит свою любовь и заботу. А там за пределами одеяла так холодно и зябко.
Душ. Там время вообще останавливается.
Завтрак, одежда, сумка, ключи, телефон, деньги, кошелек, улица, сигарета, школа, друзья, приветствия, объятия, поцелуи, улыбки, разговоры, семх, смех, смех...
Постоянно так много улыбок, смеха, шуток.
Дом, больница, дом, уроки, книга, контакт, музыка, опять какое-то говно с натсроением, опять какие-то надоевшие воспоминания, всё по старому, всышки в голове.
Ты. Мой вечный 25-ый кадр. Тебя нельзя увидеть, но ты есть. Везде. Во всем. В каждом движении, в каждом вздохе, в каждом взгляде, в каждом прикосновении.
Всё подчинено тебе. И самое старшное то, что тебя нет рядом. Нет. И поэтому так тяжело. Эфемерные воспоминания - всё, что мня греет.
И я снова падаю на кровать. То ли со слезами, то ли с улыбкой на глазах. Мне то ли неимоверно больно, то и я счастлива. Я постоянно в каких-то пограничных состояниях. Засыпаю. И вроде я плачу, а в голове эти кадры и смех, смех, смех...