Автор Светлана Водолажская (Якунина)

До истории нашей жил славный народ

На земле, что звалась Атлантидой.

И великою тайной владел древний род,

Обладал он великою силой.
Знали Бога и близкими были Ему.
Создавали, творили, любили.
Постигали все сами, учились всему.
Им животные верно служили.

О болезнях атланты не знали тогда:

Если ранился кто-то – лечили.

И поныне все славится их красота,

Рост огромный, безмерная сила.
Все в гармонии было божественной там.
Правил Мудрый Совет тем народом,
А науки все добрым служили делам.

И Атланта росла с каждым годом.
 

Только что-то случилось с душою одной:

Гордость с завистью в ней поселились.

И ученый решил вознестись над страной,

Чтоб коллеги пред ним преклонились.
В каждой области был свой ученый магистр –
Он наукой владел в совершенстве.
Этот же захотел, чтоб науки слились
И за ним закрепилось главенство.

Начал сам изучать то, чего он не знал,

И вмешались тут темные силы.

Он ночами не спал: все творил и искал,

И открыл вредоносные жилы.
Что Всевышний от всех укрывал глубоко,
Он народу как Тайну представил.
Красноречьем Конфин обладал и легко
Сам находку меж граждан прославил.

Средь людей появилися славы истцы.

За ученым они поспешили.

Но узнали об этой беде Мудрецы,

Что народ их пустым обольстили.
И спустился Совет с высочайшей Горы,
Чтоб Атланте об этом поведать.
Что Конфина прегордого злые дары
И о том им всем надобно ведать.

Много жителей, выслушав Мудрый Совет,

Утвердились в своих опасеньях.

Ну, а те, кто ослушался данный завет,

Во всю мощь отдались искушенью.
И не стала Атланта такой, как была:
Сильной, доброй, невинной и чистой.
В ней пробились росточки коварного зла,
Зависть, ненависть, злоба с корыстью.

Даже часть тех животных, которых они

Выводили для помощи ближним,

Изменилась, и злобными стали их львы,

Одичали гепарды. Но выше
Поднимали атланты ракеты свои
И гордились, что стали, как птицы.
Только плавилось чувство высокой Любви
От огня мощной их “колесницы”.

                             —

Был в Совете один самый старший Мудрец.

(Он был избран Советом Главнейшим.)

Тарс был мудрый ученый и добрый отец,

И средь равных являлся сильнейшим.
Богу верно служил и, как истинный сын,
Не нарушил отцовских велений.
Поднимаясь на гору, подолгу один
Размышлял о судьбе поколений.

Перед взором его проходили века;

Жизнь сменялась одна на другую.

Очень быстрая, бурная жизни река…

Как сберечь мудрость жизни земную?
И, однажды, он с сыном завел разговор
(Тарса мысль как-то вдруг посетила:
Чтобы сын избежать смог всеобщий позор,
Он сомкнет в цепь Великие Силы!):

– Сын мой. Жизни моей много солнечных лет.

Светлой мудрости я обучился.

И огромную часть передал я тебе,

И успехом твоим я гордился.
Но великие вскоре грядут времена.
Остров наш погрузится под воды.
Эпидемии, голод, разруха, война...
В путь начнут собираться народы.

Но на землях тех станут они забывать

Все, чему научились на этой.

Будут строить, ломать и, творя, разрушать...

И на долго исчезнут поэты.
Мудрость Божья останется только у тех,
Кто был мудр здесь и чист по природе.
И она прорастет, но пройдет много вех,
Прежде, чем овладеет народ ей.

Оттого-то, сын мой, я завел разговор...

Лишь тебе можно тайну ту ведать...

Бог дал мне дивный дар, чтоб избегнуть позор.

Я хочу тебя рыбою сделать.
Будь спокоен, Дельфин, разум твой не умрет.
Мудрость будет веками копиться.
И, когда вся Атланта под воды уйдет,
Как хотел, будешь жить в ней, трудиться.

Загорелись глаза молодого юнца.

Как терзался старик парень видел.

Ах, как страстно желал он знать тайну отца,

Но подобного сын не предвидел.
Да, он знал, что под воды Атланта уйдет,
И всем сердцем хотел с ней остаться.
Но прекрасная рядом с ним Дельфа живет,
Как же может он с нею расстаться?..

– О, мой славный отец, самый мудрый из всех!

Знаешь: чужды мне страх и сомненья.

Я уверен, что ждет нас полнейший успех

И задуманного воплощенье!
Но исполни одну только просьбу, молю -
Одному жить на свете так сложно -
И, как создал Бог Еву, так Дельфу мою
Сделай рыбкой моей, если можно...

Улыбнулся отец, сына к сердцу прижал:

– Будь спокоен, все так и случится,

Как ты хочешь, – умолк и чуть позже сказал:

– Если Дельфа на то согласится...

—

Время шло. Хаос рос. Бесновался Конфин,

Увлекая народ в тьму безверья.

Но не весь. У других лидер был лишь один –

Чистый, мудрый, достойный доверья.
Тарс сказал мудрецам, что пора уводить
Их народ в чужедальние земли.
Но не всех: только тех, кто достоин там жить,
И стремиться к божественной цели.

Много добрых людей свой покинуло дом,

Отправляясь в нелегкий путь дальний.

И в далекой земле, как предрек Тарс о том,

Забывать они стали о Тайне...

—

А тем временем в водах могучих тонул

Удивительный мир – Атлантида.

И когда океан над ней воды сомкнул,

Он узрел существ нового вида:
Вроде, рыбы, но воздухом дышат они,
Теплокровны и живородящи.
И из всех рыб земли только эти одни
С нежной кожей красивой, блестящей.

А в глазах тех существ искры мыслей горят,

И игривы они, словно дети.

В семьях дружных живут, меж собой говорят

Тонким писком красавчики эти.
И Великого Тарса такие слова
Сохранили потомки атлантов:
“В океанах, морях будут жить существа
Удивительных качеств, талантов.

От беды они будут людей охранять,

Защищать от акул страшных пастей.

И без слов они смогут людей понимать,

Исцелять и беречь от напастей.
Называться дельфинами будут они.
Берегите их; будьте друзьями.
И, однажды, настанут великие дни –
Вы поймете их! Бог будет с вами...!”

И мы любим дельфинов за их доброту,

За характер игривый и мягкий,

За таинственность, грацию и красоту...

Только все ж остается загадка...
Вот уж много веков над загадкою той
До сих пор бьются толпы ученых:
Их приборы не могут найти шифр такой,
Чтоб понять этих рыбок смышленых.

Но, наверное, нужно не шифр к ним искать,

А совсем иной способ общенья:

Без приборов дельфин может нас понимать,

Мы же – нет. Скоро ль час откровенья?..