Есть люди, которые носят жизнь, словно сумку через плечо. Сумка при этом имеет вид не то что изношенный, нет, а, скорее - нОский, не ПОжившая она, а скорее ОБжитая, в общем, уютно-немодный, скажем так, у этой сумки вид. Это - мой случай.
Есть люди, которые носят жизнь, как дипломат. То есть как чемоданчик такой специальный - ровненький, аккуратненький, пыль с него смахивают, замочки-крючочки протирают, чтоб блестели поярче.
А то ещё есть люди, которые носят жизнь, как барсетку. Часто это именно мужчины носят так жизнь. Барсетка же в руках представителя сильного пола - вид мужского кокетства. Но если женщины кокетничают, так сказать, "в мире чувственности", то мужчины - в мире "социальности". Социальная роль закрепляется наличием барсетки. Предполагается, что если это и не первая роль, то, во всяком случае, не последняя. Новая барсетка хорошо пахнет кожей.
Есть люди, которые носят жизнь, как хозяйственную сумку. Прежде всего это женщины так носят жизнь, особенно определённого, постбальзаковского возраста; тот их тип, который на французском языке называется так, как я не знаю, как правильно написать, а по-русски переводится с помощью слова-аналога "кумушки". Однако и в авоське есть своя добродетель.
Есть люди, которые носят жизнь, словно баян через плечо. Ну или как гитару. Исходя из эстетически-музыкальных предпочтений. "Бродяги и артисты".
А есть такие люди, которые ходят с пустыми руками. Самые выдающиеся из таких людей - это святые.
Я пока крепко сжимаю рукой свою сумку через плечо. Иногда она, сумка эта, натирает мне плечо своим ремнём. Иногда становится тяжелее, иногда - легче.
Когда-то в ней было полно всякой дребедени: пластмассовых и резиновых игрушек с пищалками, штук пять-шесть книг о приключениях "на суше и на море", парочка конфетных фантиков. Потом ничего этого не стало в сумке. Но сумка после не стала легче. Отнюдь.
Одно время я таскал в ней болезнь, пока не додумался вытряхнуть её из сумки куда подальше.
Потом там оказалось полно ученических тетрадей. Вот они и посейчас там - тетради, которые мне нужно успеть проверить.
Что окажется в сумке завтра, когда я открою её, расстегну с тихим жужжанием вдруг "заедающую", ни с того ни с сего, молнию?
Будет ли там вообще хоть что-то?
Мне некогда размышлять об этом. Я иду со своей сумкой вперёд, вперёд и вперёд по нашей круглой, круглой планете.