Это цитата сообщения userxxx Оригинальное сообщение
ДОСТАТОЧНО ЛИ ОБОСНОВАНА ЭВОЛЮЦИЯ?
ДОСТАТОЧНО ЛИ ОБОСНОВАНА ЭВОЛЮЦИЯ?
Когда Дарвин разработал свою теорию, ученые обладали очень скудными знаниями об удивительно сложном строении живой клетки, а подчас и вообще их не имели. Благодаря современной биохимии, занимающейся исследованием жизни на молекулярном уровне, в какой-то степени удалось выяснить, насколько сложна клетка. В связи с этим также возникли серьезные вопросы и сомнения относительно теории Дарвина.
Клетка состоит из молекул. Клетки являются строительными блоками, из которых складываются все живые существа. Профессор Майкл Бихи – католик и верит в эволюцию, объясняя ею позднее развитие животных. Однако он очень сомневается: в состоянии ли эволюция объяснить наличие самой клетки. Он рассказывает о молекулярных механизмах, которые «перевозят «груз» из одного места в клетке в другое по «магистралям», построенным из других молекул. При помощи механизмов клетки передвигаются, производят себе подобных и усваивают пищу. Одним словом, каждый процесс, происходящий в клетке, управляется чрезвычайно сложным молекулярными механизмами. Таким образом, жизнь в клетке отлажена до мельчайших подробностей, и механизм жизненных процессов поразительно сложен».
Теперь посмотрим в каком масштабе протекает вся эта деятельность? Диаметр обычной клетки составляет всего три сотых миллиметра! В этом бесконечно малом пространстве и происходят сложные, жизненно важные функции.
Клетка – основная единица всех живых организмов. «Каждая клетка – высоко организованная структура, которая отвечает за строение и функцию организма». Сколько клеток составляют тело взрослого человека? Сто триллионов (100 000 000 000 000)! Каждый квадратный сантиметр нашей кожи состоит приблизительно из 155 000 клеток, а в мозге содержится от 10 до 100 миллиардов нейронов. «Клетка – это ключ к жизненным процессам, так как именно здесь при соединении воды, солей, макромолекул и мембран на самом деле зарождается жизнь». Наблюдая за необычайно «осмысленной деятельностью» этих таинственных механизмов жизнедеятельности клетки, мы бы изумились еще больше, когда осознали бы, что, несмотря на все накопленные нами знания в области физики и химии, задача воссоздания одного такого молекулярного механизма – а именно одной простой функциональной молекулы протеина – в настоящее время лежит полностью за пределами наших возможностей и вероятно, не будет успешно решена, по крайней мере, до начала следующего столетия. Тем не менее жизнь клетки зависит от объединенной деятельности тысяч, или, скорее, десятков тысяч, а то и сотен тысяч различных молекул протеина».
Неудивительно следующее высказывание: «Суть в том, что клетка – то самое основание жизни – поразительно сложна».
Бихи утверждает, что клетка может функционировать только как законченный организм. Так что она не могла оставаться жизнеспособной в период своего формирования путем медленных, постепенных изменений, вызванных эволюцией. Бихи приводит в качестве примера мышеловку. Это несложное устройство может работать только, когда собраны все детали. Каждая из деталей – платформа, пружина, стержень – держатель, капканный ударник, защелка – сама по себе не считается мышеловкой и не может выполнять ее функцию. Необходимо наличие всех деталей одновременно, а также то, чтобы они были собраны в действующую ловушку. Подобным образом живая клетка может функционировать как таковая, только если собраны все ее составные части. Бихи использовал эту иллюстрацию, чтобы пояснить то, что он называет «не подлежащей упрощению сложностью».
Для предполагаемого хода эволюции, обусловленного появлением постепенно приобретенных полезных признаков, это представляет собой серьезное затруднение. Из слов самого Дарвина видно, что он допускал возможную несостоятельность своей теории постепенной эволюции путем естественного отбора: «Если бы возможно было доказать, что существует сложный орган, который не мог образоваться путем многочисленных последовательных изменений, слабых изменений, моя теория окончательно разрушилась бы».
Не подлежащая упрощению сложность клетки – главный камень преткновения на пути к вере в теорию Дарвина. Во-первых, эволюция не может объяснить скачок от неживой материи к живой. Во-вторых, возникает затруднение с первой сложной клеткой, которая должна в один миг появиться как единое целое. Другими словами, клетка (или мышеловка) должна возникнуть ниоткуда, собранной воедино и функционирующей!
Не подлежащая упрощению сложность свертывания крови
Другим примером не подлежащей упрощению сложности является процесс, который большинство из нас при порезе принимает как должное – это свертывание крови. Обычно при повреждении резервуара из него немедленно вытекает любая жидкость, пока он не опустеет. Но когда мы проколем или порежем себе кожу, кровь быстро прекращает течь благодаря образованию сгустка. Однако врачи знают, что «свертывание крови – это очень сложный и непостижимый процесс, при котором задействуется множество взаимозависимых протейновых факторов». Эти факторы приводят в действие так называемое свертывание по типу каскада. Этот тонкий целительный процесс «решающе зависит от согласованности действий и скорости, с которой происходят различные реакции». В противном случае у человека может свернуться и сгуститься вся его кровь, или, с другой стороны, он может потерять смертельное количество крови. Согласованность и скорость – жизненно важные факторы.
Биохимические исследования показали: чтобы процесс свертывания крови завершился успешно, необходимо наличие многих факторов, ни один из которых не может быть упущен. Бихи спрашивает: «Свертывание началось, что же останавливает этот процесс, не позволяя всей крови… сгустится?» Он объясняет, что «формирование, разграничение, уплотнение и перемещение кровяного сгустка» составляют единую биологическую систему. И если перестанет действовать хоть одна ее часть, перестанет действовать вся система.
Рассел Дулитл, эволюционист и профессор биохимии Калифорнийского университета, задает вопрос: «Как развился этот сложный и тонко сбалансированный процесс? Парадокс в том, что если каждый протеин зависит от активности другого, то как эта система вообще могла когда-либо появиться? Какая польза была бы от любой из частей структуры, если бы они не составляли единое целое?» Используя доводы в пользу эволюции, Дулитл пытается объяснить происхождение процесса. Однако профессор Бихи подчеркивает, что в данном случае «понадобилось бы огромное везение, чтобы соответствующие части генов оказались на надлежащих местах». Он показывает, что за объяснением Дулиттла и за его упрощенной формой выражения мыслей скрываются огромные затруднения.
Итак на пути к принятию эволюционной модели стоит непреодолимое препятствие не подлежащей упрощению сложности. Бихи утверждает: «Я подчеркиваю, что естественный отбор, двигатель дарвинской эволюции, приводится в действие только в том случае, если есть из чего выбирать – из того, что приводится прямо сейчас, а не когда-то в будущем».
Жуткое и полное безмолвие
Профессор Бихи утверждает, что некоторые ученые исследовали «математические модели для эволюции или новые математические методы для сравнения и объяснения данных о последовательности». Однако он заключает: «Математика предполагает, что на самом деле эволюция – это постепенный спонтанный процесс, однако она не показывает это наглядно». Ранее он упомянул: «Если вы занимаетесь исследованием научной литературы по эволюции и при этом сосредотачиваетесь на вопросе, как развились молекулярные механизмы – основа жизни, - вы обнаружите жуткое и полное безмолвие. Сложность основ бытия парализовала попытки что-либо объяснить научным путем, молекулярные механизмы воздвигли до сих пор непреодолимый барьер на пути к всеобщему одобрению дарвинизма».
Поднимается ряд вопросов, над которыми могут поразмыслить честные ученые: «Как развился центр фотосинтеза? Как взяло свое начало внутримолекулярное перемещение? Как начался биосинтез холестерина? Как ретиналь стал играть важную роль в механизме зрения? Как развились фосфопротеиновые сигнальные проводящие пути?» Бихи добавляет: «То, что ни на одном из этих вопросов даже не сосредоточились, не говоря уже об их разрешении, является самым ярким признаком того, что дарвинизм – не подходящая основа для понимания происхождения сложных биохимических систем».
Если теория Дарвина не в состоянии объяснить сложную молекулярную основу клеток, как же тогда она может считаться приемлемым объяснением для существования миллионов видов, населяющих Землю? В конце концов, эволюция же не может произвести новые родовые виды, чтобы восполнить пробелы между одним и другим родом.
«Человек, который беспристрастно ведет изыскания в области происхождения и при этом не отрицает наличие разума, быстро приходит к выводу, что многие биохимические системы были созданы. Они появились не в силу природных законов или случая и не в силу того, что это было неизбежно, вместо этого, они были спланированы. Жизнь на Земле на ее самой первоначальной ступени, в ее наиболее решающих составных частях является результатом разумной деятельности».
«Не вызывает никаких сомнений то, что по истечении столетия усилия биологов хоть в какой-то мере доказать (теорию эволюции Дарвина) потерпели неудачу. Остается фактом, что в природе не обнаружилось необходимой, согласно дарвиновской модели, непрерывности процессов, не подтвердилась и вероятность того, что в роли созидательной силы выступал случай».
«Воздействие эволюционной теории на сферы деятельности, далекие от биологии – это один из ярчайших в истории примеров того, как весьма спекулятивная идея, научно обоснованного подтверждения которой на самом деле не существует, может сформировать образ мышления всего общества и возобладать над воззрением эпохи» («Эволюция: теория в кризисе»).
«Любая наука прошлого… которая заранее исключает возможность замысла, или сотворения, уже не может называться поиском истины и становится служительницей сомнительной философской доктрины, а именно натурализма». («Поиск происхождения»).
«Это миф… что Чарльз Дарвин разрешил проблему, связанную с происхождением биологического разнообразия. Мир и то, что у нас есть компетентное и беспристрастное представление о происхождении жизни или что разумными объяснениями можно считать только так называемые естественно - научные причины. На самом деле у этих и других мифов философского натурализма есть определенный статус. О них нельзя высказываться слишком резко в изысканном обществе. Но и не следует принимать их безоговорочно» («Поиск происхождения»).
«В глубине души ученые признают, что наука не может объяснить происхождение жизни. Дарвин никогда не представлял, насколько сложна жизнь даже в своих самых простейших формах». (Черный ящик Дарвина)
«Молекулярная эволюция не основывается на научных данных. Есть утверждения, что такая эволюция происходила, но это абсолютно не подтверждено соответствующим экспериментами или расчетами. Поскольку никто непосредственно не наблюдал молекулярной эволюции и поскольку нет данных, которыми можно было подтвердить притязания на подобные знания, поистине можно сказать, что… заявление о дарвиновской молекулярной эволюции – просто громкие слова» («Черный ящик Дарвина»).
Проблемы возникновения жизни
Не имеет значения, насколько правдоподобной может казаться теория эволюции Дарвина в глазах некоторых ученых, они непременно встретятся с вопросом: даже если допустить, что формы живых существ развились путем естественного отбора, как зародилась сама жизнь? Другими словами, проблема заключается не в том, как выжили наиболее приспособленные формы, а как они впервые появились и стали наиболее приспособленными! Однако, как показывают замечания Дарвина относительно эволюции глаза, он не занимался проблемой возникновения жизни. Он писал: «То, как нерв становится восприимчивым к свету, так же мало беспокоит нас, как и то, как возникла сама жизнь».
Французский научный публицист Филипп Шамбон заметил: «Дарвин сам удивлялся, как природа отбирала возникающие формы до того, как они стали полностью функционировать. Перечень эволюционных загадок бесконечен. И сегодня биологам нужно смиренно согласиться с профессором Жаном Женермоном из Университета Южного Парижа в Орсе, что «искусственная теория эволюции на самом деле не может объяснить происхождение сложных органов»».
Размышляя над тем, как объяснить появление такого огромного разнообразия и такой сложности жизненных форм, не кажется ли вам трудным поверить, что все это развилось правильным образом только благодаря случаю? Не удивляет ли вас, как могли сохраниться в борьбе за выживание наиболее приспособленных хоть какие-то живые существа, у которых только еще развивались глаза? Или у которых, скажем, только еще формировались примитивные пальцы на человекоподобном теле? Вас не смущает, как уцелели клетки, если они находились в незавершенном и неполноценном состоянии?
Роберт Нэй, автор статей для журнала «Астрономия» и эволюционист, написал, что жизнь на Земле – это результат «длительного ряда невероятных событий, которые произошли исключительно в правильном направлении с целью произвести нас на свет, подобно тому как если бы мы выиграли в лотерее миллион долларов миллион раз подряд». Такой ход мыслей, пожалуй, можно подогнать под каждое отдельное создание, которое существует сегодня. Но это невероятно. От нас ожидается, чтобы мы поверили в то, что эволюция также случайно произвела мужские и женские особи одновременно, чтобы новые виды могли навсегда сохраниться. И что еще невероятнее, нам нужно поверить и в то, что мужские и женские особи развились не только в одно и то же время, но и в одном и том же месте! Иначе говоря, не встреться они – не было бы и потомства!
Это, безусловно, весьма наивно – верить, что миллионы сформированных организмов появились в результате миллионов удачных розыгрышей.
Эволюция – «игра случая»
Теория эволюции – это своего рода мечта игрока. В каком смысле? В том, что, как утверждают эволюционисты, эта теория выигрывает несмотря на то, что все говорит против нее. Роберт Нэй пишет: «Так как эволюция – это прежде всего игра случая, то любой, казалось бы, незначительный поворот событий прошлого мог бы оборвать эволюционную цепочку до того, как развился человек». Однако от нас ожидается, чтобы мы верили, будто каждая игра была выигрышной, и так – миллионы раз. Нэй признается: «Длинный ряд «заторов» убеждает нас, что появление разумной жизни намного сложнее, чем некогда предполагали ученые. Вероятно, существует больше препятствий, с которыми ученые даже еще не сталкивались.
Почему большинство верит?
Почему эволюция настолько популярна и почему многие признают ее единственным объяснением происхождения жизни на Земле? Одна из причин состоит в том, что этот общепринятый взгляд преподается в школах и университетах, и горе вам, если вы осмелитесь в нем усомниться. Бихи утверждает: «Из своих учебников многие студенты узнают, как смотреть на мир сквозь призму эволюции. Однако им не объясняют, как дарвиновская эволюция могла произвести любую из удивительно сложных биохимических систем, которые описываются в этих книгах». Он добавляет: «Чтобы понять успех дарвинизма как общепринятого мировоззрения и его провал как науки на молекулярном уровне, нам нужно тщательно исследовать пособия, которые используются для обучения будущих ученых».
«Если провести опрос всех ученых мира, подавляющее большинство из них не колебаясь ответило бы, что дарвинизм – это правда. Но ученые, как и все остальные, основывают большую часть своих взглядов на словах других людей. Также, к несчастью, слишком часто научная общественность отбрасывала критику, боясь, что она станет оружием в руках креационистов. Печально, что во имя защиты науки откровенная научная критика естественного отбора была проигнорирована».
«Нет сомнений в том, что многие ученые яростно протестуют против любого рода сверхъестественных доводов. Они с презрением относятся к идее о возможном существовании Бога или хотя бы безликой первопричины… Лично я не разделяю такого презрительного отношения». Так высказался Пол Дейвис, профессор математической физики при Аделаидском университете в Южной Австралии, в своей книге «Разум Бога».
Дейвис добавил: «Тщательное исследование наводит на мысль, что законы Вселенной необычайно приспособлены для появления обилия и разнообразия. Что касается живых организмов, то их наличие, кажется, зависит от ряда удачных совпадений, которые отдельные ученые и философы провозгласили не иначе как поразительными».
Затем он сказал: «Научные поиски – это путешествие в неизведанное. Но через них тянется привычная нить разумности и порядка. Нам нужно понять, что порядок в космическом пространстве поддерживается при помощи точных математических законов, которые переплетаются один с другим, образуя тонкое и гармоничное единство. Эти законы отличаются изысканной простотой».
Дейвис заключает словами: «Но почему именно Homo sapiens должен нести искру разумности, которая является ключом к пониманию Вселенной, остается непостижимой загадкой. Я не могу поверить в то, что наше появление во вселенной – это всего лишь причуда судьбы, катастрофа прошлого, случайный эпизод в огромной космической драме. Мы слишком тесно взаимосвязаны. Мы предназначены для того, чтобы быть здесь». Однако Дейвис так и не пришел к заключению, что существует Создатель, Бог. А к какому заключению пришли вы? Предназначено ли человечество для того, чтобы быть здесь? Если да, кто об этом позаботился?
Апостол Павел предлагает библейский ключ к пониманию того, что Дейвис называет «непостижимой загадкой». Павел показал, как Бог дал о себе знать: «Ибо, что можно знать о Боге, явно для них (человеков, подавляющих истину) потому что Бог явил им, ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира чрез рассматривание творений видимы, так что они безответны»(Рим 1:18-20).
Да, бесчисленное разнообразие жизненных форм, их невероятная сложность и необыкновенная продуманность заставляют людей, проявляющих смирение и благоговение, признать, что существует высшая сила, интеллект, или разум, который намного превосходит все, что когда-либо знал человек (Псалом 8:4,5)
Дальнейшие слова Павла о тех, кто отвергает Бога, заставляют задуматься: «Называя себя мудрыми, обезумели… они заменили истину Божию ложью и поклонялись и служили твари вместо Творца, Который благословен во веки, аминь!» (Рим 1:22, 25). Те, кто преклоняется перед «природой» и отвергает Бога, на самом деле не такие уж и мудрые, как себя называют! Увязнув в трясине противоречивых эволюционных теорий, они уже не в состоянии признать Творца, а также сложность и продуманность Его творений.
Около трех тысяч лет назад псалмопевец с благоговением написал: «Как многочисленны дела Твои, Господи! Все соделал Ты премудро, земля полна произведений Твоих. Это море – великое и пространное: там пресмыкающиеся, которым нет числа, животные малые с большими» (Псалом 103:24,25).
Апостол Иоанн провозгласил: «Достоин Ты, Господи, приять славу и честь и силу, ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено» (Откровение 4:11). Жизнь – это не результат слепого случая, некой космической лотереи, в которой выигрыш достался миллионам видов живых существ. Истина проста: Бог сотворил все, и все по Его воле существует и сотворено. Сам Иисус Христос сказал фарисеям: «Не читали ли вы, что Сотворивший в начале мужчину и женщину сотворил их?». Иисус – начало творения! Однако, чтобы постичь и принять эту основную истину о Творце, требуются вера и смирение. Эта вера не является слепым легковерием. Она основана на реальных, видимых доказательствах. Да, «то, что незримо в Нем, созерцается от создания мира чрез размышление над творениями» (Рим 1:20).
Имея в настоящее время лишь ограниченные знания в области науки, мы не в состоянии объяснить, как творил Бог. Поэтому нам нужно сознавать, что сейчас мы не можем узнать или понять все, что касается происхождения жизни. Об этом нам напоминают слова Бога: « Мои мысли – не ваши мысли, ни ваши пути – пути Мои… Но, как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших»(Исаия 55:8,9)
Перед вами выбор: или легкая вера в слепую, зависящую от случая эволюцию – бесконечную лотерею, которая якобы закончилась удачно, или вера в Бога Библии – Изобретателя, Творца, Конструктора. Вдохновленный Богом пророк справедливо заметил: «Бог вечный, Бог, сотворивший концы земли, не утомляется и не изнемогает, невозможно исследовать разум Его» (Исаия 40:28).