чего на экране нет
26-04-2008 08:04
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
У меня есть повод посмеяться над тем,что сейчас тужатся-пыжатся и выдают таки нынешние наши ну,как бы режиссеры,что ли.И потом.на голубом глазу,выдают на экране как ну,как бы наши современные мультфильмы,как бы. А ведь всё могло быть иначе.Ну,например. Рассказы в полночь Заявка на цикл анимационных фильмов по этнографическим рассказам классика русской литературы Ореста Сомова. Конечно, мы совсем не знаем ни своей литературы, ни народной культуры. Вот, например, Орест Михайлович Сомов (1793 – 1833) – он и с Рылеевым дружил, и с Пушкиным был накоротке, а уж с бароном Дельвигом так и вовсе не разлей вода. Он раньше Гоголя начал писать «малороссийские» фантасмагорические повести, а о нем взяли да и позабыли и в школе на уроках литературы не вспоминают. Как не вспоминают о русалках и домовых, леших и водяных. Ну, так мы напомним. Этнографические рассказы Сомова – русские и украинские, мало того что прекрасны, а по своей образности так и просятся быть экранизированными в анимационном кино, они еще дают слишком много сюжетного материала для того, чтобы уместиться в одном полнометражном кино. Поэтому мы говорим о дилогии. Фильм первый – «Приключения нечисти». Фильм второй – «Сказки про клады». Первый фильм. «Приключения нечисти» Начало. В ночном, у костра сошлись русский мужик и украинский казак и начинают «травить» по очереди «страшные» истории о русалках и оборотнях, ведьмах и бродячих мертвецах. Рассказы строго чередуются: русский – украинский. Отличаются они образами и общим колоритом, речью рассказчика и персонажей. Важно, чтобы от фильма не осталось обиды у украинцев, что мы, мол, посягаем на их фольклор и изображаем украинцев простаками. Мы ведь и о своем тоже. Первый эпизод, русский. Да, собственно, и начнется фильм с рассказа русского мужика о том, что, дескать, в одном селе у колдуна был приемыш, парень здоровый да глуповатый, которого кто хочешь провести сможет. И вот стали крестьяне замечать, что огромный волк ворует у них овец. И собак не боится, и пули его не берут. Решили, что этот колдун волком оборачивается. Да как проверить? Вот и «подкатилась» к его воспитаннику одна деревенская красавица. Такого наобещала, что парень, ошалев от любви, решил за колдуном проследить. Одеяльце серое накинул да и пополз за ним следом, когда старик ночью в лес отправился. Так и увидел, как все это делается: нужно в пень на поляне нож воткнуть, трижды через него перекувыркнуться и сказать определенные слова. Слова эти он запомнил. И тоже превратился. Волк получился большой, как сам парень, добрый и такой же простоватый. Решил односельчане пугнуть – пошел по улицам. Собаки он этакого чудища – во все стороны, пули его не берут - оборотень-то заговоренный, но и уйти нельзя: люди со всех сторон обступили. Стоит дурень, плачет, а людям вой слышится. Только девушка и смекнула, что к чему, с собой увела. Потом колдуна позвала – он пасынка спас, шкуру ему распоров. Парень потом на этой девке женился, мед-пиво текло и все такое… Простоватая вышла сказка, но дальше будет позатейливей. Второй эпизод, украинский. Покрутил казак черный ус – сказка, видать, ему не очень приглянулась, и рассказал свою, про утопленницу от несчастной любви к польскому пану-красавцу. Словом, исчезла Горпынка из дома, а мать, отчаявшись отыскать ее, пошла к колдуну. А там!.. Лежит в землянке старик скрюченный, словно уж давно умер, а вокруг него очерчен мелом круг. В круге, у ног старика сидела большая черная жаба, а вне круга стоял кипящий котел, вокруг которого вились всякие гады: ужи и гадюки, летучие мыши и ящерицы, филины и совы. Словом, натерпелась мать Горпынки страху, но все же помощь и совет получила. Дал ей старик черную свечу, научил, куда идти что делать, а главное, ничего не бояться, ни на что не отвлекаться. Ну, и сделала женщина все по науке: на зеленой неделе, когда только и выходят русалки просохнуть, отыскала голую поляну, где ни травинки не росло, только вокруг густые кусты папоротника, очертила круг, в центре поставила черную свечу, а как русалки появились да повели хоровод, выхватила свою дочь Горпынку, да и повела ее за собой. Ну, а русалки, а пуще всех сама Горпынка, как только не прельщали женщину? мол, на дне зимы не бывает, бедности нет, все свои – словом, женский рай, да и только. Но тетка, как ей было велено, и ухом не ведет – привела дочь в хату, у печи на лавки усадила. А так и сидит – вся синяя, молчаливая и еды не просит. Год просидела, а на следующие зеленые святки к своим сбежала. - Это еще что! – только рукой махнул мужик, - А вот у нас, в одной деревне что было! Эпизод третий, русский. Было же вот что. Жили старик со старухой. И была у них внучка Варя. Отец с матерью на заработки ушли, да так и не вернулись. Так что Варя как бы сиротой осталась – бегала, где хотела, делала, что на ум взбредет, за собой не следила. Но вот что странно: плюхалась в постель замарашкой, а вставала гладко причесанной и умытой. Как это получилась – деду с бабкой невдомек. Пробовали было следить, да засыпали внезапно и сразу крепко, будто кем-то околдованные. А Варе в это время сны снились – сказочные и приятные, про царства разные золотые. Долго заботница не показывалась, а однажды, когда стариков дома не было, увидела девочка на печи кошку, которой у них и не было – большую, странную какую-то, да и на кошку не очень-то похожую: голова большая, глазищи зеленые огромные, когти – железные! Да только девочка не испугалась, но дедушке с бабушкой о кошке странной-то порассказала. А уж они смекнули, что в доме нечисть завелась - кикимора! Как самим от нее избавиться, не знали. Пошли к деревенскому священнику – тот лишь посмеялся над их страхами. Тогда обратились к немцу Вот-он Иванычу. Тот им такие сказки рассказывали – про людей с локоток, а то и с песьими головками на плечах! Ну, и старики решили, что уж кто-кто, а знающий человек и с кикиморой сладит. Правда, Вот-он Иваныч удивил: потребовал побольше вина красного закупить – мол, кикиморы его страх как боятся. Вина купили – Иваныч его выпил, на стены побрызгал, а что не допил, с собой прихватил. От этого кикимора взъярилась: стала вещами кидаться, выла и вопила так, что хоть из дома беги. А самой не видно. Даже Варю перестала причесывать, а переворачивала ее так, что поутру ноги на подушке оказывались. Добро, странниц помогла. Научила, как корову с лошадью вместе запрячь, на воз шубу мехом вверх постелить, какие слова сказать, прежде чем кикимору в лес отвезти. Все сделали, воз в лес повезли, да только никто ничего не видел, только Варя вслед большущей кошке рукой помахала. С тех пор в доме жизнь наладилась. Эпизод четвертый, украинский. - Бывает что и похуже кикимор, - заметил казак и повел свой рассказ о киевских ведьмах. А история тут такая : вернулся с войны против поляков бедовый казак Блыскавка. Хорош был собой и не беден, за него любая бы девка с радостью пошла. О чем и судачили торговки на Подоле. Да полюбилась ему Катерина, дочка старой Трандычихи, ведьмы, которая могла любую порчу навести. Ну, мать то одно, а дочь – совсем другое. Особенно, если статная красавица, да еще подмигнуть по-особенному может казаку. Как тут бравому рубаке устоять?! Словом, шумно свадебку справили да и зажили потихоньку, своим домком, подальше от матери, про которую нехорошая слава по всему Киеву шла. И все поначалу было как надо и даже лучше, только заметил Блыскавка, что его жена под конец месяца становится рассеянной, грустной и о чем-то своем думает, даже отвечает невпопад. Решил он выяснить, уж не завелся ли у его Катерины любовник. Начал за ней подсматривать, а она скинула себя сорочку, мазью натерлась, да и в трубу унеслась на помеле! Но сделал вид, что ничего не заметил, а уж как к нему ластилась жена поутру! Месяц минул и снова то же – жена грустна, о чем-то своем думает, посуду роняет. Уж знал Блыскавка, к чему это. И ночью за ней полетел, тоже мазью натершись. Так и на Лысой горе оказался в самый разгар шабаша. Гора и точно – Лысая, все вытоптано, ступить негде. В средине – черный медведь о двух головах на троне, а вокруг него пляшут и кривляются все ведьмы с Подола, и незнакомые панночки с козлами. И такие, для которых и слов-то еще не придумано. А между ними и Катерины лихо отплясывает с рогатым лешим. Хотел было из ревности казак выскочить, устроить им всем тут, но сдержался, решил посмотреть что будет. А ничего хорошего не вышло. Учуял двуглавый медведь чужой дух да велел отыскать чужака. Как тут все вскинулись, а больше всех Катерина! Она-то первой и добралась до «чужака», узнала в нем мужа, накинула на него платок – тем и спасла от немедленной расправы. Он в кровати в ту же минуту очутился. Вскоре и жена пожаловала. Поведала, что ее к шабашу мать, ведьма старая, приучила. Хотел Блыскавка ее прогнать да не вышло – Катерина дала медведю, хозяину своему, клятву, что выпьет до капли кровь у мужа. Вот и выпила. А дом их тут же вспыхнул и сгорел дотла. Эпизод пятый, русский. Что ж, на эту грустную историю мужику было чем ответить. Поведал он об одном игроке в бабки. Жил тот с матерью и делать ничего не желал, только в бабки с ребятами играл (не на бабки, а кости метал, кто собьет – тому все бабки-косточки достаются). Однажды так много бабок выиграл, что решил их понадежней припрятать, чтобы, значит, не украли. А где ж надежней, как не на могиле родного батюшки. Там уж точно никто искать не станет. Пришел темной ночью, начал копать, а батюшка из могилы руку высунул да сыночка схватил. Но не страху ради, а совет хотел сыну-шалопаю дать. Поведал мертвяк, что и сам был охоч до игры в бабки, а теперь желает сыну сказочного выигрыша. Для этого нужно сделать вот что: трижды прийти на кладбище в полночь, дождаться, когда мертвецы выйдут из могил и предложат ему срезаться в бабки. Обязательно нужно у них выиграть, иначе – беда. А самое важное в последний раз будет. Надо черную бабку обязательно добыть. Хвать ее и – дёру! А уж она-то любые желания исполнит. Малый пришел домой, наврал матери, что на три ночи нанялся склад сторожить, да и – на кладбище. А там его уж отец дожидается. Друзьям представил. Пошла игра. Раз кинул – всё сбил. И второй, и третий раз тоже. Мертвецы шум подняли, хотели накинуться, да петух прокричал. На следующую ночь уж все – сколько их на кладбище есть, мертвецы из могил вышли, что на игру посмотреть за своих поболеть. И кого тут только не было – и скелеты, и так, на полпути. И барыньки, и крестьяне, и приставы. Да парень опять не сробел и в три кона всех уделал. Ну, а третью ночь за него взялись всерьез и худо ему пришлось. Черный ураган выл, пылью в глаза бросался, не то, чтобы биту бросить, а разглядеть на два шага от себя ничего нельзя. Бросил раз – бабка по ветру черти куда улетела. И вдругорядь тоже. Уши заткнул, приставил кулак к глазу как подзорную трубу, размахнулся, как следует и прямо в черную бабку попал ее. И, как отец учил – хвать и бежать! и позади вой и костлявыми ручищами за одежду хватают, рвут! Ушел. Уж у себя на огороде решил проверить: заказал сдуру пирог огромный – получил, а что с ним делать-то? Не поднять, не унести. Надо снова загадывать, и еще, и еще – желания-то количеством не ограничены. - Ну, и шо ж дальше було? – спрашивает казак. - А женился он, да и жена стала им помыкать, - мужик отвечает. – Дай то, дай се. Хочу это, и вон то тоже, а еще такое, чего и сама не знаю. Навалил он ей кучу золота, на сто лет покупки делать хватит, а сам запил. А как спал спьяну, так пришел черт и черную ту бабку забрал. Ну, и, может, первый раз в своей чертячьей жизни доброе дело сделал. Словом, выпили мужик с казаком – если ж с умом, то кому ж горилка во вред? И спели вместе,как же без этого?
Написано веб-клиентом Swiftpen.
Tags: сценарии, мультфильмы, экранизации
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
У меня есть повод посмеяться над тем,что сейчас тужатся-пыжатся и выдают таки нынешние наши ну,как бы режиссеры,что ли.И потом.на голубом глазу,выдают на экране как ну,как бы наши современные мультфильмы,как бы. А ведь всё могло быть иначе.Ну,например. Рассказы в полночь Заявка на цикл анимационных фильмов по этнографическим рассказам классика русской литературы Ореста Сомова. Конечно, мы совсем не знаем ни своей литературы, ни народной культуры. Вот, например, Орест Михайлович Сомов (1793 – 1833) – он и с Рылеевым дружил, и с Пушкиным был накоротке, а уж с бароном Дельвигом так и вовсе не разлей вода. Он раньше Гоголя начал писать «малороссийские» фантасмагорические повести, а о нем взяли да и позабыли и в школе на уроках литературы не вспоминают. Как не вспоминают о русалках и домовых, леших и водяных. Ну, так мы напомним. Этнографические рассказы Сомова – русские и украинские, мало того что прекрасны, а по своей образности так и просятся быть экранизированными в анимационном кино, они еще дают слишком много сюжетного материала для того, чтобы уместиться в одном полнометражном кино. Поэтому мы говорим о дилогии. Фильм первый – «Приключения нечисти». Фильм второй – «Сказки про клады». Первый фильм. «Приключения нечисти» Начало. В ночном, у костра сошлись русский мужик и украинский казак и начинают «травить» по очереди «страшные» истории о русалках и оборотнях, ведьмах и бродячих мертвецах. Рассказы строго чередуются: русский – украинский. Отличаются они образами и общим колоритом, речью рассказчика и персонажей. Важно, чтобы от фильма не осталось обиды у украинцев, что мы, мол, посягаем на их фольклор и изображаем украинцев простаками. Мы ведь и о своем тоже. Первый эпизод, русский. Да, собственно, и начнется фильм с рассказа русского мужика о том, что, дескать, в одном селе у колдуна был приемыш, парень здоровый да глуповатый, которого кто хочешь провести сможет. И вот стали крестьяне замечать, что огромный волк ворует у них овец. И собак не боится, и пули его не берут. Решили, что этот колдун волком оборачивается. Да как проверить? Вот и «подкатилась» к его воспитаннику одна деревенская красавица. Такого наобещала, что парень, ошалев от любви, решил за колдуном проследить. Одеяльце серое накинул да и пополз за ним следом, когда старик ночью в лес отправился. Так и увидел, как все это делается: нужно в пень на поляне нож воткнуть, трижды через него перекувыркнуться и сказать определенные слова. Слова эти он запомнил. И тоже превратился. Волк получился большой, как сам парень, добрый и такой же простоватый. Решил односельчане пугнуть – пошел по улицам. Собаки он этакого чудища – во все стороны, пули его не берут - оборотень-то заговоренный, но и уйти нельзя: люди со всех сторон обступили. Стоит дурень, плачет, а людям вой слышится. Только девушка и смекнула, что к чему, с собой увела. Потом колдуна позвала – он пасынка спас, шкуру ему распоров. Парень потом на этой девке женился, мед-пиво текло и все такое… Простоватая вышла сказка, но дальше будет позатейливей. Второй эпизод, украинский. Покрутил казак черный ус – сказка, видать, ему не очень приглянулась, и рассказал свою, про утопленницу от несчастной любви к польскому пану-красавцу. Словом, исчезла Горпынка из дома, а мать, отчаявшись отыскать ее, пошла к колдуну. А там!.. Лежит в землянке старик скрюченный, словно уж давно умер, а вокруг него очерчен мелом круг. В круге, у ног старика сидела большая черная жаба, а вне круга стоял кипящий котел, вокруг которого вились всякие гады: ужи и гадюки, летучие мыши и ящерицы, филины и совы. Словом, натерпелась мать Горпынки страху, но все же помощь и совет получила. Дал ей старик черную свечу, научил, куда идти что делать, а главное, ничего не бояться, ни на что не отвлекаться. Ну, и сделала женщина все по науке: на зеленой неделе, когда только и выходят русалки просохнуть, отыскала голую поляну, где ни травинки не росло, только вокруг густые кусты папоротника, очертила круг, в центре поставила черную свечу, а как русалки появились да повели хоровод, выхватила свою дочь Горпынку, да и повела ее за собой. Ну, а русалки, а пуще всех сама Горпынка, как только не прельщали женщину? мол, на дне зимы не бывает, бедности нет, все свои – словом, женский рай, да и только. Но тетка, как ей было велено, и ухом не ведет – привела дочь в хату, у печи на лавки усадила. А так и сидит – вся синяя, молчаливая и еды не просит. Год просидела, а на следующие зеленые святки к своим сбежала. - Это еще что! – только рукой махнул мужик, - А вот у нас, в одной деревне что было! Эпизод третий, русский. Было же вот что. Жили старик со старухой. И была у них внучка Варя. Отец с матерью на заработки ушли, да так и не вернулись. Так что Варя как бы сиротой осталась – бегала, где хотела, делала, что на ум взбредет, за собой не следила. Но вот что странно: плюхалась в постель замарашкой, а вставала гладко причесанной и умытой. Как это получилась – деду с бабкой невдомек. Пробовали было следить, да засыпали внезапно и сразу крепко, будто кем-то околдованные. А Варе в это время сны снились – сказочные и приятные, про царства разные золотые. Долго заботница не показывалась, а однажды, когда стариков дома не было, увидела девочка на печи кошку, которой у них и не было – большую, странную какую-то, да и на кошку не очень-то похожую: голова большая, глазищи зеленые огромные, когти – железные! Да только девочка не испугалась, но дедушке с бабушкой о кошке странной-то порассказала. А уж они смекнули, что в доме нечисть завелась - кикимора! Как самим от нее избавиться, не знали. Пошли к деревенскому священнику – тот лишь посмеялся над их страхами. Тогда обратились к немцу Вот-он Иванычу. Тот им такие сказки рассказывали – про людей с локоток, а то и с песьими головками на плечах! Ну, и старики решили, что уж кто-кто, а знающий человек и с кикиморой сладит. Правда, Вот-он Иваныч удивил: потребовал побольше вина красного закупить – мол, кикиморы его страх как боятся. Вина купили – Иваныч его выпил, на стены побрызгал, а что не допил, с собой прихватил. От этого кикимора взъярилась: стала вещами кидаться, выла и вопила так, что хоть из дома беги. А самой не видно. Даже Варю перестала причесывать, а переворачивала ее так, что поутру ноги на подушке оказывались. Добро, странниц помогла. Научила, как корову с лошадью вместе запрячь, на воз шубу мехом вверх постелить, какие слова сказать, прежде чем кикимору в лес отвезти. Все сделали, воз в лес повезли, да только никто ничего не видел, только Варя вслед большущей кошке рукой помахала. С тех пор в доме жизнь наладилась. Эпизод четвертый, украинский. - Бывает что и похуже кикимор, - заметил казак и повел свой рассказ о киевских ведьмах. А история тут такая : вернулся с войны против поляков бедовый казак Блыскавка. Хорош был собой и не беден, за него любая бы девка с радостью пошла. О чем и судачили торговки на Подоле. Да полюбилась ему Катерина, дочка старой Трандычихи, ведьмы, которая могла любую порчу навести. Ну, мать то одно, а дочь – совсем другое. Особенно, если статная красавица, да еще подмигнуть по-особенному может казаку. Как тут бравому рубаке устоять?! Словом, шумно свадебку справили да и зажили потихоньку, своим домком, подальше от матери, про которую нехорошая слава по всему Киеву шла. И все поначалу было как надо и даже лучше, только заметил Блыскавка, что его жена под конец месяца становится рассеянной, грустной и о чем-то своем думает, даже отвечает невпопад. Решил он выяснить, уж не завелся ли у его Катерины любовник. Начал за ней подсматривать, а она скинула себя сорочку, мазью натерлась, да и в трубу унеслась на помеле! Но сделал вид, что ничего не заметил, а уж как к нему ластилась жена поутру! Месяц минул и снова то же – жена грустна, о чем-то своем думает, посуду роняет. Уж знал Блыскавка, к чему это. И ночью за ней полетел, тоже мазью натершись. Так и на Лысой горе оказался в самый разгар шабаша. Гора и точно – Лысая, все вытоптано, ступить негде. В средине – черный медведь о двух головах на троне, а вокруг него пляшут и кривляются все ведьмы с Подола, и незнакомые панночки с козлами. И такие, для которых и слов-то еще не придумано. А между ними и Катерины лихо отплясывает с рогатым лешим. Хотел было из ревности казак выскочить, устроить им всем тут, но сдержался, решил посмотреть что будет. А ничего хорошего не вышло. Учуял двуглавый медведь чужой дух да велел отыскать чужака. Как тут все вскинулись, а больше всех Катерина! Она-то первой и добралась до «чужака», узнала в нем мужа, накинула на него платок – тем и спасла от немедленной расправы. Он в кровати в ту же минуту очутился. Вскоре и жена пожаловала. Поведала, что ее к шабашу мать, ведьма старая, приучила. Хотел Блыскавка ее прогнать да не вышло – Катерина дала медведю, хозяину своему, клятву, что выпьет до капли кровь у мужа. Вот и выпила. А дом их тут же вспыхнул и сгорел дотла. Эпизод пятый, русский. Что ж, на эту грустную историю мужику было чем ответить. Поведал он об одном игроке в бабки. Жил тот с матерью и делать ничего не желал, только в бабки с ребятами играл (не на бабки, а кости метал, кто собьет – тому все бабки-косточки достаются). Однажды так много бабок выиграл, что решил их понадежней припрятать, чтобы, значит, не украли. А где ж надежней, как не на могиле родного батюшки. Там уж точно никто искать не станет. Пришел темной ночью, начал копать, а батюшка из могилы руку высунул да сыночка схватил. Но не страху ради, а совет хотел сыну-шалопаю дать. Поведал мертвяк, что и сам был охоч до игры в бабки, а теперь желает сыну сказочного выигрыша. Для этого нужно сделать вот что: трижды прийти на кладбище в полночь, дождаться, когда мертвецы выйдут из могил и предложат ему срезаться в бабки. Обязательно нужно у них выиграть, иначе – беда. А самое важное в последний раз будет. Надо черную бабку обязательно добыть. Хвать ее и – дёру! А уж она-то любые желания исполнит. Малый пришел домой, наврал матери, что на три ночи нанялся склад сторожить, да и – на кладбище. А там его уж отец дожидается. Друзьям представил. Пошла игра. Раз кинул – всё сбил. И второй, и третий раз тоже. Мертвецы шум подняли, хотели накинуться, да петух прокричал. На следующую ночь уж все – сколько их на кладбище есть, мертвецы из могил вышли, что на игру посмотреть за своих поболеть. И кого тут только не было – и скелеты, и так, на полпути. И барыньки, и крестьяне, и приставы. Да парень опять не сробел и в три кона всех уделал. Ну, а третью ночь за него взялись всерьез и худо ему пришлось. Черный ураган выл, пылью в глаза бросался, не то, чтобы биту бросить, а разглядеть на два шага от себя ничего нельзя. Бросил раз – бабка по ветру черти куда улетела. И вдругорядь тоже. Уши заткнул, приставил кулак к глазу как подзорную трубу, размахнулся, как следует и прямо в черную бабку попал ее. И, как отец учил – хвать и бежать! и позади вой и костлявыми ручищами за одежду хватают, рвут! Ушел. Уж у себя на огороде решил проверить: заказал сдуру пирог огромный – получил, а что с ним делать-то? Не поднять, не унести. Надо снова загадывать, и еще, и еще – желания-то количеством не ограничены. - Ну, и шо ж дальше було? – спрашивает казак. - А женился он, да и жена стала им помыкать, - мужик отвечает. – Дай то, дай се. Хочу это, и вон то тоже, а еще такое, чего и сама не знаю. Навалил он ей кучу золота, на сто лет покупки делать хватит, а сам запил. А как спал спьяну, так пришел черт и черную ту бабку забрал. Ну, и, может, первый раз в своей чертячьей жизни доброе дело сделал. Словом, выпили мужик с казаком – если ж с умом, то кому ж горилка во вред? И спели вместе,как же без этого?
Написано веб-клиентом Swiftpen.
Tags: сценарии, мультфильмы, экранизации
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник чего на экране нет | feren - Дневник feren |
Лента друзей feren
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»