Мой брат Кудеяр
                 Заявка на полнометражный фильм
4 сентября 1505 года была отпразднована свадьба - после венчания в Успенском соборе Московского Кремля, сына и наследника Ивана III, Василия Ивановича и дочери боярина Юрия Константиновича Сверчкова-Сабурова, Соломонии. Германский посол Сигизмунд Герберштейн сообщает о поразивших его воображение предварительных смотринах. Примечательно, что посол, на которого неизменно ссылаются наши историки как на неоспоримый авторитет, ничего не понимал ни в экзотических для него русских обычаях, ни в мотивах поступков высших государственных лиц, которые  подменял собственными соображениями, ну а с русскими именами так просто караул. Так в "Записках о Московских делах" он писал: " Когда Василий Иоаннович собирался жениться, ему казалось, что лучше взять дочь кого-нибудь из подданных, чем чужестранку, как для того, чтоб избежать больших издержек, так имеете с тем и для того, чтобы не иметь супруги с чужеземными обычаями и другой веры. Виновником этого намерения князя был Георгий, по прозванию Малый, казначей и высший советник князя; он полагал, что князь возьмет в супруги его дочь. С общего совета были собраны в одно место дочери бояр, числом 1500, для того чтобы князь выбрал из них супругу по желанию. По осмотре, против ожидания Георгия, он выбрал Соломиною, дочь боярина Иоанна Сабурова".

Нелепо, чтобы Василий при живом отце, великом князе, решил и смотрины устроить, и выбрать жену по собственному усмотрению. Естественно, что выбор Соломонии должен был быть предрешенным. Смотрины же были устроены для отвода глаз.
Комично звучат соображения о выборе русской невесте из-за скаредности. Сам Иван III женился на византийке Софье Палеолог, а его сын вторым браком сочетался с "литвячкой" Еленой Глинской. Казна от того не оскудела.

На самом же деле Иван Васильевич поначалу только и думал о том, как бы женить сына на иностранной принцессе. И в выборе ее полагался на связи своей дочери Елены, великой княгиней Литвы. Он писал ей: "Если королева Елена укажет государей, у которых есть дочери, то спросить каких лет они, да о матерях их справиться: не было ли о них какой другой молвы?" Дочь подробно описывала всех европейских невест: " Разведывала я про детей деспота сербского, но ничего не могла допытаться. У маркграфа
Бранденбургского, говорят, пять дочерей, большая семнадцати лет, хрома, нехороша, следующая - четырнадцати лет, из себя хороша... Есть дочери у баварского князя, каких лет не знают, матери у них нет. У штетинского князя есть дочери, слава про мать и про них добрая. У короля Франции сестра была обручена за Альбрехта, короля Польского, собой хороша, да хрома, и теперь на себя чепец положила, пошла в монастырь"...

Нет, все это никуда не годилось - мелковаты рангом! Нужна была королевна, а те были нарасхват.

Возможно, идея невесты-иностранки принадлежала не самому Ивану Васильевичу, а его византийской жене. Во всяком случае, когда ее не стало, отпало и обязательно условие - чтобы невеста непременно была иноземной принцессой. Но на ком же из своих остановить выбор? Подсказал соотечественник покойной великой княгини, грек Юрий Траханиот, которого Герберштейн называет "Георгием Малым" и указывает, что у советника была своя корысть: выдать собственную дочь за наследника. Идея смотрин понравилась как отцу, так и сыну. Ну, а останавливать свое внимание на дочери Траханиота Василия никто не обязывал.

Когда он указал на Соломонию, которая, может быть, приглянулась ему, да и любовь с первого взгляда не запрещена великим князьям, надо полагать последовала бурная сцена - со стороны греческого советника, иначе откуда бы узнали о его секретных планах? Да и терять ему было почти нечего - слишком большие планы разом рухнули! В пору посетовать на русское коварство.

Потом, как мы уже сказали было обручение, венчание и пышная свадьба, за которыми последовали годы и годы грусти - Соломония не могла подарить Василию сына-наследника. Что она, бедняга, ни делала, чтобы забеременеть - и к старухам-травницам обращалась, и с мужем ездила по святым местам, ничего не помогало (как потом выяснилось, бесплодным был сам супруг).

Псковская летопись весьма красочно описала кручину Василия Ивановича: "… а великому князю своя бысть кручина о своей великой княгине. Того же лета поехал князь великий, царь всея Руси в объезд… и возревши на небо и видев гнездо птиче на древе, и сотвори плач и рыдание велико, в себе глаголюще: люте мне, кому уподобихся аз? Не уподобихся ни ко птицам небесным, яко птицы небесны плодовиты суть, ни зверем земным, яко звери земные плодовиты суть, ни уподобихся никому же… И приехал князь великий тоя осени из объезда к Москве и зачаша думати со своими бояры о своей великой княгине Соломонии, что не плодна бысть, и нача с плачем говорить к боярам: кому по мне царствовать на Русской земле и во всех городах моих и делах? Братьям ли дам, ино братья своих уделов не умеют устраивать!… И начаша бояре говорить: князь де великий государь! Неплодную смоковницу посекают и измещут из винограда…"
В этом отрывке два примечательных места: во-первых, о нерадивых братьях. В действительности же, великий князь, боясь соперничества со стороны возможных претендентов, запретил им жениться. Во-вторых, о боярах, советовавших "посечь" неплодную смоковницу. Конечно, льстецы и доброхоты всегда найдутся, да только надо знать, что развод в православии, пусть и с бездетной женой, дело неслыханное, святотатственное, в нарушение заповедей Господних. Исключение могло быть сделано только в том случае, если по обоюдному согласию супругов, один из них решал  полностью посвятить себя служению Богу и уходил в монастырь.

Как бы там ни было,а мнимое бесплодие Соломонии  обрело всемирную известность. Так папский посол Иовий писал в своем донесении: "Великий Князь Василий еще прежде двадцатилетнего возраста лишился отца своего Иоанна, имевшего в супружестве Софию, дочь Фомы Палеолога... Василий имеет в супружестве Соломонию, (дочь Георгия Сабурова, верного и умного царского советника), украшенную всеми женскими добродетелями, но, к сожалению неплодную".

Иовию же принадлежит описание смотрин, как традиционного русского обряда. Причем, "вкусности ради", он добавляет пикантные подробности, дорисованные его воображением: "Московские Государи, желая вступить в брак, повелевают избрать из всего Царства девиц, отличающихся красотою и добродетелию и представить их ко двору. Здесь поручают их освидетельствовать надежным сановникам и верным боярыням, так что самые сокровенные части тела не остаются без подробного рассмотрения. Наконец, после долгого и мучительного ожидания родителей, та, которая понравится Царю, объявляется достойною брачного с ним соединения. Прочие же соперницы ее по красоте, стыдливости и скромности не редко в тот же самый день, по милости Царя, обручаются с боярами и военными сановниками. Таким образом, Московские Государи, презирая знаменитые Царские роды, подобно Оттоманским Султанам возводят на брачное ложе девиц большею частию низкого и незнатного происхождения, но отличающихся телесною красотою".
Не дай Бог дожить до того дня, когда эти плоды буйной фантазии наши историки начнут излагать как неопровержимый факт, как  давнюю традицию русского народа.

В завершение главы скажем, что той же осенью,27 октября Иван III, со спокойной совестью умер: державу он оставил в надежных руках женатого сына Василия,а дальше уж все должно было пойти как по маслу.
Да не пошло.
Соломония Сабурова так и осталась чужой в кремлевских палатах, а со временем к этой беде добавилась еще одна, нелюбовь мужа - за неспособность родить наследника. В конце концов, спустя двадцать лет, это супружество кончилось столь желанным для Василия разводом. Если неплодовитость Соломонии была известием мирового масштаба, но и развод стал новостью 1 во всем мире, во всяком случае, православном. Как сам развод, так и вскоре последовавшую женитьбу осудили все Вселенские патриархи, а  патриарх Иерусалимский Марк предсказал, что от второго брака у Василия родится "чадо жестокое", которое наполнит всю Россию кровью и ужасами. Предсказание, как вы понимаете, исполнилось с точностью. Единственная поправка: Иван IV родился у Елены Глинской во время замужества, но не от Василия: бесплодный с Соломонией, он остался таковым и впредь.…

Существует красочное описание в произведении Герберштейна того, как Соломонии объявили веление мужа отправляться в рождественский монастырь. Она было с негодованием отказалась и тогда посланник Василия - "Иоанн Шигона" (так у Герберштейна) ударил ее плетью. Вот так: "Она плакала и кричала, когда митрополит в монастыре резал ей волоса; а когда он подал ей куколь, она не допускала надеть его на себя и, схватив куколь и бросив его на землю, топтала его ногами. Иоанн Шигина, один из первостепенных советников, негодуя на этот поступок, не только сильно бранил ее, но и ударил плетью, прибавив:

"Смеешь ли ты противиться воле государя и медлить исполнением его приказаний?" Когда Соломония спросила, по какому праву он ее бьет, он отвечал: "По приказанию государя". Тогда с растерзанным сердцем она объявила перед всеми, что надевает монашеское платье не по желанию, а по принуждению, и призывала Бога в мстители за такую несправедливость".
Сильная картина и ее потом охотно пересказывали как историки, так и популяризаторы. И не смущало их, что холоп прилюдно бранит великую княгиню и бьет ее плеткой, как простую девку?!
Конечно, сам германский посол не был при этом событии - об этом ему поведали, надо полагать, платные (иначе из-за чего же стараться?) осведомители. Ну, и приукрасили - думали, германец-толстосум за то еще деньжонок накинет.

Иоанн Шигона - это боярин Иван Юрьевич Шигона-Поджогин. Был он личным поверенным в тайных делах Василия, но ударить плеткой великую княгиню, пусть и опальную - дело немыслимое!
Русские летописи сообщают иное: Соломония, пусть и не с легким сердцем, но подчинилась воле мужа. И это больше похоже на правду. Так она вела себя и в предыдущие двадцать лет, подтверждая значение своего имени - "Мирная". В монашестве она получила новое имя София - "Мудрость".
Впрочем, в московском Рождественском монастыре, что над Трубной площадью, Соломония, вернее, уже София, не задержалась надолго - вскоре ее перевели в суздальский Покровский монастырь. Причин для перевода было, как минимум две. Первая - явная: к великой княгине, насильно постриженной в монашки, стекалось множество знати, кто из сочувствия, кто просто любопытствуя. Вторая причина - тайная: настоятельница стала замечать, как округляется фигура новой монахини, и возникло подозрение - уж не забеременела она, наконец? Ну, а чтобы такого же подозрения не возникло у многочисленных посетителей, Софию постарались убрать с глаз подальше. Ну, и продолжить наблюдение.

Шила в мешке не утаишь: поползли слухи. Жены двух влиятельных царедворцев, хранителя казны Юрия Дмитриевича Малого и постельничего Якова Даниловича Мансурова, клялись, что они от самой великой княгини слышали признание в беременности! Василий вызвал болтливых старух к себе, выслушал все сам и пришел в бешенство. Жену казначея приказал бичевать за то, что не донесла ему своевременно. Да и было отчего прийти в бешенство! Жена, наконец-то, забеременела, а он, ничего о том и не подозревая, навлекая на себя гнев всех и вся, удаляет ее в монастырь! А, если монахиня в Суздале разрешится благополучно от бремени и произведет на свет законного наследника - его первенца, что тогда?
Желая во всем разобраться доподлинно, великий князь отправляет в Покровский монастырь "следственную бригаду", которую возглавили, по сообщению все того же Герберштейна, советник "Теодорик Рак" и человек с совершенно несусветным именем - Потат.
Исследователь Андрей Никитин постарался решить эту головоломную загадку и докопаться до истины. В 1971 году в журнале "Знание-сила" результаты своих трудов. Во-первых, имена. Теодорих Рак - это дьяк Третьяк Михайлович Раков. Немцу оказалось не под силу произнести и записать имя Третьяка. Не лучше дело и с загадочным "Потатом". Это дьяк Григорий Никитич Меньшой-Путятин.

Ну, а зная, настоящие имена "следователей", можно реконструировать и дальнейшие события. Дьяки явились в монастырь и, надо понимать,первым делом отправились к настоятельнице, чтобы поведать ей о своей миссии и расспросить, как и что. А та их сразу же и огорошила! Эка, тайна - София не только беременна, но уже и родила младенца, мальчика! Георгием нарекли.
Можно лишь попытаться представить, как побледнели враз и вытянулись лица у Третьяка и Григория. И последующих их крик: "Где он?!" И - спокойный ответ игуменьи: "А нету. Умер он. Мы его уж и схоронили. Пойдемте, я вам покажу могилку".

Пошли. Могилку увидели. Да не таковы люди государевы дьяки, чтобы удовлетвориться лицезрением каменной плиты. Должны были, выражаясь современным языком, провести "эксгумацию" - вскрыть могилу, дабы своими глазами увидеть труп младенца. Ну, а как вскрыли, под горестные оханья и аханья монахинь, так и увидали в гробике - "куклу"! То есть, не игрушку, а шелковую, шитую серебряной нитью рубашечку, перепоясанную шитым речным жемчугом свивальничком. И больше ничего. Вот так новость! Это значит, что София новорожденного сумела кому-то передать за стенами монастыря и младенец теперь надежно спрятан! Неизвестно, устроили ли они допрос матери, да в том и надобности особой не было, и так все ясно. Надо было с известием спешить в кремль. Так и ускакали, оставив могилку раскрытой.

Монастырские служки ее и закопали, а, чтоб, от греха подальше, мать настоятельница велела всем сказывать, что здесь покоится тело девочки Анастасии.
Тайна раскрылась лишь спустя четыреста с лишним лет, когда в 1934 году проводили реставрационные работы и вскрыли могилу, в которой обнаружили все ту же самую "куклу".
Новость, которую принесли дьяки-"следователи" великому князю, его отнюдь не успокоила, а растревожила еще больше. Терзали его отныне одновременно и страх и раскаяние. Словно стараясь замолить свой грех или вымолвить прощения у где-то подрастающего сына, он сделал очень большой вклад в Покровский монастырь (такой подарок обычно великие князья делали жене при рождении наследника) и велел заложить церковь во имя святого Георгия (!),да не где-нибудь, а у кремлевских Фроловских ворот, которых мы теперь называем Спасскими.

А что с сыном, с Георгием, стало? Выжил он? Никакого в том секрета нет - народ все знает и все помнит.
Злой разбойник Кудеяр
"Было двенадцать разбойников,
  Был Кудеяр-атаман,
  Много разбойники пролили
  Крови честных христиан…"

Николай Алексеевич Некрасов, "Кому на Руси жить хорошо"
Василий правил Москвой и подчиненными ей княжествами. Его первенцу Георгию досталась… вся беспредельная Русская земля, особенно та ее часть, которая издавна прозывается Диким полем.
Это историческое название южнорусских и украинских степей между Доном, верхней Окой и левыми притоками Днепра и Десны. Оно стихийно осваивалось в XVI-XVII веках беглыми крестьянами и холопами, а также заселялось служилыми людьми, казаками.
Народное предание говорит, что мальчика, раньше или позже, переправили крымскому хану, при дворе которого он вырос, возмужал, стал силачом и красавцем и получил новое имя - Кудеяр.
Он даже будто бы участвовал в татарском набеге на Москву.


Но занять принадлежавший ему по праву престол так и не смог, и потому ушел в разбойники. Сколотил шайку, грабил проплывавших по Волге купцов, от возмездия скрывался в обширной пещере. Награбленное часто закапывал в землю, отчего после него осталось множество кладов. Была у него любимая, которая внезапно от неизвестной болезни умерла. Кудеяр распустил шайку, погоревал да и отправился каяться в монастырь. О смерти же его ходят разные слухи. Чаще всего говорят, будто разбойник не умер, а и поныне жив - клады свои стережет.
У этой легенды множество, подчас противоречащих друг другу, вариантов. Например, одни утверждают, что Кудеяр - ордынский сборщик налогов,  решивший с богатством домой не возвращаться, а имя его будто бы означает "любимец богов". Другие уверяют, что Кудеяр - наш, русский, о чем говорит и его имя "кудесник ярый", то бишь волшебник или, если угодно, колдун; ну, а ярый и так понятно: вспыльчивый.


Как правило, легенды эти бытуют в тех местах, где сохранились следы пребывания лихого разбойника, а мест таких не менее ста. Некоторые из них стали объектами культурного туризма.
Есть люди, которые и по сей день ищут клады Кудеяра и, что самое странное, - находят: очень редко кованые сундуки доверху набитые золотыми монетами, чаще - горшки с медяками. Известны места, где могут все еще лежать клады, но мы о них умолчим, чтобы не увеличить количество фанатиков-кладоискателей. Для нас куда важнее то, что Кудеяр стал не только героем многочисленных народных легенд (иногда - волшебных сказок, очень красивых), но и пронизал всю нашу историю и культуру. Это после него,- и по его подобию, появились многочисленные не просто разбойники, но самозванцы, будто бы незаконно лишенные трона. Имя им - легион: не только Григорий Отрепьев, Степан Разин, Емельян Пугачев, но и многие другие "благородные разбойники".


Ну, а русская литература? Да Кудеяр в ней - повсюду, начиная с прекрасных народных легенд до весьма сомнительных в художественном отношении современных сочинений. Вспомним лишь некоторые. Ну, хотя бы знаменитый пушкинско-тыняновский нелепый Кюхля - Вильгельм Карлович Кюхельбекер. Вот весьма эмоциональный отрывок из его баллады (для автора Кудеяр - опричник):

- Узнали на Истье-реке Кудеяра,-
    И трепет напал на людей,
Он ночь освещает огнями пожара,
    Он режет и жен и детей;
Добро бы ордынец, добро бы язычник,
А ведь окаянный опальный опричник,
    Ведь не из татар же злодей!

У народолюбца Николая Ивановича Костомарова  Кудеяр - казак и, лютый враг власти вообще и своего младшего брата Ивана Грозного, в частности: "Тогда взял его к себе казак Тишенко, и он по нем стал зваться Тишенко ж, а другое прозвище дали ему Кудеяр, по тому аулу, где его нашли казаки; и стал он казак из казаков, силен, видите сами, каково, а на неверных лют зело и к церкви Божией прилежен.
- А ты, - спросил Курбский Кудеяра, - живучи у татар, знал, что ты русский человек?"

Не обошел колоритную фигуру Кудеяра и Андрей Белый (собственно, Борис Николаевич Бугаев) в "Серебряном голубе": не зря, видно, ночами молились Кудеяр и Матрена, благословил их господь стать во главе новой веры, голубиной, духовной, - почему и называлось согласие Голубя.

Ну, Николай Алексеевич Некрасов в "Кому на Руси жить хорошо. Пир на весь мир" просто процитировал народную песню, известную в разных списках. Особую популярность она обрела в исполнении Федора Ивановича Шаляпина.

Кстати, об исполнителях. Прекрасная певица Алла Баянова вспоминала, как она со своим отцом, оперным певцом, выступала в шикарном столичном ресторане "Кавказ": "Отец мой был богатырского телосложения и великолепно гримировался. В своем номере он выступал в роли Кудеяра - слепым старцем в рубище. Еще ему нужен был поводырь. Пока ему искали мальчонку, я была у него и была в восторге от этого… Папа в одной руке держал посох, которым постукивал по блестящему полу, а другая его громадная лапа лежала на моем худеньком плече. Контраст был потрясающий: седой, как лунь слепой богатырь и худенький бледный заморыш, ведущий слепца и позвякивающий медяками в тарелочке. При мертвой тишине мы прошли весь зал к оркестру. Там я помогла старику сесть на пень и, умостившись у его ног, стала слушать. Отец весь перевоплотился в кающегося разбойника и душегуба, когда он, широко раскинув руки, передавал миру свое желание "богу и людям служить". Его голова поникла на руки... В оркестре начался перезвон... Что тут началось! Боже мой, что это было: все ринулись к нам, утирая глаза, тискали меня и целовали, мужчины пожимали руки отца и обнимали его".
В "Поволжском сказе" Николая Клюева:

-Собиралися в ночнину,
Становились в тесный круг.
"Кто старшой, кому по чину
Повести за стругом струг?

Есть Иванко Шестипалый,
Васька Красный, Кудеяр,
Зауголыш, Рямза, Чалый
И Размыкушка-гусляр.

Мелькнуло знакомое имя и в рассказах Леонида Максимовича Леонова: "Хороший был старичок, с двумя питерскими архиреями в больших дружбах состоял. "Выбирай коня!" - говорит. Я и выбрал себе Кирьяковского Кудеяра. Чубарый жеребец, и хвост курчав, и грива курчава, на переборку в высшей степени чисто ходил.

Генерал Елизаров фотографию снял с Кудеяровых ног, потом повесил у себя на стенке. Всего только год и поездил на Кудеяре Кирьяк..."
Да что там конь Кудеяр, когда большевистский пароход с разбойным названием участвовал в подавлении в августе 1918 года "кулацкого" мятежа , вспыхнувшего Астрахани: большевики и не маскировали суть свой уголовной власти. Со временем созрели и ее плоды - в нынешней, постсоветской литературе, где имя Кудеяра замелькало с удивительной частотой: в "Кыси" ли Татьяны Толстой, в "Кудеяре - Аленький цветочек" Марии Семеновой и Феликса Разумовского, у Бориса Акунина или в "Непристойном танце" Александра Бушкова,где : " Показался Кудеяр, все в том же безукоризненном облике лощеного джентльмена, даже знакомая тросточка с выгнутой серебряной рукоятью висела на локте".

Вышел на телеэкран фильм о Кудеяре, турфирмы приглашают посетить разбойничью пещеру… А, вообще, был ли Кудеяр, старший брат Ивана Грозного? Об этом мы расскажем в следующей книге. Сейчас же вернемся к его многострадальной  матери.

Черная тень
 "Мне повстречался дьяволенок,
Худой и щуплый - как комар.
Он телом был совсем ребенок,
Лицом же дик: остер и стар.
Зинаида Николаевна Гиппиус, "Дьяволенок"

Великая княгиня Соломония Юрьевна, приняв в московском Рождественском монастыре, пусть и против своей воли, постриг и став Софией, сосланная затем в Покровский Суздальский монастырь, обрела здесь столь вожделенный покой. В прошлом осталось рождение ребенка и спасение его от бывшего мужа. Она стала святой - в ее житии сказано: "Смиренная и благочестивая от юности, оставшаяся такой же в своем высоком положении, избегавшая придворной пышности и роскоши, молитвенница, всегда более любившая благочестивые беседы с инокинями и странницами и их рассказы, - невольная монахиня София со смирением приняла свой крест и отдалась строгой подвижнической жизни. Она стяжала любовь и уважение всего монастыря".

Она умерла 16 декабря 1542 года, пережив, таким образом, на 9 лет своего бывшего супруга и на 4 года его вторую жену, Елену Глинскую (они - великий князь и все Глинские умерли нехорошей смертью, от внезапной болезни, отравления или были убиты).
На могиле преподобной Софии Суздальской совершались чудеса. Какие именно житие не сообщает, но можно предполагать, что имеются в виду чудесные исцеления.

День памяти святой (местночтимой)  Софии отмечали ежегодно 16 декабря, по старому стилю.

Казалось бы тут и конец рассказа об этой чистой душе. Но не все хотели ее успокоения. Царю Ивану Грозному не давала покоя не только мысль о том, что где-то жив и здоров его брат - старший и законный наследник трона, он еще и хотел опорочить имя его матери, бросив тень на Георгия. Какую тень? Самую черную - пустив слух, что тот вовсе не сын Василия III,а…Дьявола! Да и сама София - не святая, а чудовищная блудница. Блудила она якобы и не с людьми, а с бесчисленными бесами. Вот так и появилась во время правления Ивана Грозного анонимная (а как же!) повесть "О бесноватой Соломонии".
То есть, речь, конечно же, не о бывшей великой княгине (как можно!), а о какой-то там Соломонии. Имя-то запоминающееся, довольно редкое на Руси. Да и дело было не в Москве, не в Суздале, а, скажем…ну, в Устюге. Знающий поймет, дураку объяснят. Главное пустить слух, чтобы он распространялся, укоренялся, а там любой скажет, что дыма без огня не бывает.


А та Соломония, другая ли, это уже значения не имеет: спуталась с Дьяволом и все тут!

В этой книге мы часто сетуем на невежество наших современников - мол, не знают, не помнят. Но, может быть, впервые стоит порадоваться тому, что не знают и не помнят, а потому и не возьмутся за инсценировку или экранизацию самой демонической русской повести, дабы представить ее как серию половых извращений. Для чего она, собственно, и была написана. Благо писатель и читатель, разведенные временем в разные стороны, не встретились. Надеюсь, что и не встретятся.

Даже после нашего краткого упоминания.

Был де некогда в Ергоцкой волости некий священник Димитрий, а  жену его звали Улитой. Родилась у них дочка, которую нарекли Соломонией, а, когда подросла она, то отдали замуж за крестьянина Матвея. Все шло ладно, да вот как-то муж вышел из дома ночью по малой нужде, а вместо него вернулся бес. "И в тот час пахнул ей в лицо сильный вихрь,- написано, -  и явилось пламя огненно-синее".
Лег он с ней на одно ложе и сошелся с ней, как с женой. Всего три дня минуло с того времени, а Соломония почувствовала, что уже забеременела, да неладно как-то: холод и тяжесть в ней, а дьяволенок изнутри царапался, просясь наружу.

На девятый день пришел к ней демон - мохнатый, когтистый. И лег с ней. А затем стали приходить еще и другие, не только ночью, но и днем. Люди же не видели никого и ничего. Бедная женщина пожаловалась мужу, но он, то ли не поверил ей, то ли посчитал, что она не в своем уме, то ли по другой причине, но так ничего ей и не ответив, отвез Соломонию обратно к родителям и оставил там жить.
Пока женщина была в доме священника они к ней не приближались, но стоило ей только ступить за порог, как бесы ее подхватывали и тащили под воду. И держали там по трое суток. Она не задыхалась от нехватки воздуха и не удивлялась, да и не думала об этом, потому что черти во множестве приходили и оскверняли ее. А потом выносили из-под воды и бросали ее нагую где-нибудь в укромном месте, в лесу или в поле. Измученную и рыдающую люди приводили Соломонию домой. Она, сквозь слезы рассказывала им о своих мучениях, но они, поскольку никого рядом с ней не видели, не знали что и подумать.
Когда же пришло ей время рожать, Соломония выгнала из дома всех прочь, сказав, что будет рожать демона и не хочет, чтобы это кто-нибудь видел.

И, как только все люди вышли, явилась в ней демоница темная ликом и стала, точно баба-повитуха, помогать Соломонии. Так она родила шесть синих демонов. Демоница забрала их с собой.
А потом еще рожала бесов, а та повитуха носила ей сосуд с кровью и дала пить для поддержания сил. И все время требовала, чтобы Соломония, дабы доказать верность водяным демонам, убила отца своего, священника.

И чем дальше, тем невыносимей становилась жизнь Соломонии, и никто ей не мог помочь. Так бы и пропала, если бы однажды перед ней не явилась некая женщина, сказавшая: "Соломония! Пойди ко граду Устюгу, а здесь не живи нимало, и от волхвов не ищи себе исцеления, не будет тебе от них помощи". Соломония спросила имя ее. Жена же сказала: "Нарицаюсь я преподобная Феодора". И стала невидима.
Отец посчитал совет неведомой Феодоры дельным, и посоветовал дочери отправляться в Устюг. Не сразу она согласилась на это - демоническая сила в ней противилась этой поездке, но все благое дело свершилось: попала Соломония в Устюг, стала ходить по церквям. И тут-то демоны принялись за нее всерьез - хрюкали и сквернословили ее устами, поднимали в воздух и с силой швыряли об пол, да так, что видевшие это, думали - выживет ли? Устюжане смотрели со страхом на бесноватую и не верили, что она вернется в разум и снова обретет веру в Господа.

Но как бы не был силен Дьявол и прислужники, они не всецело властвуют над людскими душами. Явилась к бедной Соломонии Дева Мария и сказала ей: ""Знаешь ли, кто я?" Бесноватая отвечала: " Госпожа моя, я тебя не знаю, я грешная, в скорби великой от живущей во мне демонской силы". И подивилась пресвятая святолепная девица: "Как же ты не знаешь меня? В дом мой приходишь беспрестанно пять лет". Я же, грешная, спросила: "Где же, госпожа, дом твой?" Она же сказала мне: "Дом мой соборная и апостольская церковь. Я же нарицаюсь Пресвятая Мария, родившая плотию Иисуса Христа, Творца моего и Бога. Сегодня покажу тебе чудо великое ради предстателей и молебников ко мне праведных Прокопия и Иоанна Устюжских чудотворцев. Ты же молись им беспрестанно ради исцеления своего. Есть ныне в утробе твоей семьдесят бесов, и еще придут на тебя тысяча семьсот бесов, а ты их, окаянных, не бойся, предстательствуют за тебя святые чудотворцы Прокопий и Иоанн, избавят они тебя от демонской силы немощной".

Так и вышло, по сказанному Богородицей, явились несчастной Соломонии святые Прокопий и Иоанн Устюжские и помогли изгнать всех бесов, один вид которых вызывал содрогание отвращения.
Таков сюжет "Повести о бесноватой Соломонии", который, как бы ни хотелось неким недоброжелательным писакам, не имеет  никакого отношения к преподобной Софии Суздальской.

                                                      Автор - Виктор Калашников




Написано веб-клиентом Swiftpen.

Tags: русская история, кудеяр, иван грозный