[200x327]Беспощадная фраза - что могло бы быть - снова и снова приходит в голову, когда уходят такие талантливые люди. Еще более беспощадно, если это случается на взлете. Большую часть 80-х, когда новые веяния вгоняли старую гвардию в творческую депрессию, Мик особо не выступал на сцене и даже в студии редко брался за гитару, записывая такие неожиданные альбомы, как Whomanfoursays с Лизой Далбелло. Но в конце десятилетия он снова стал играть с Иэном Хантером и записи тех концертов ВЕЛИКОЛЕПНЫ, даже в самом начале, когда группа обкатывала новые песни, хорошо принятые аудиторией. Больше того - впервые за долгие годы намечались сольные концерты Мика, было и желание, и возможность. Молодые группы вроде Suede в какой-то мере продолжали дело Spiders. Как говорил Иэн, завершая концерты и обращаясь к тем, кто, возможно, воспринимал их как прощальный тур стареющих рокеров - This is not an ending - this is a beginning. Но для Мика это начАло оказалось началом конца...
Несмотря на болезнь, Мик много работал, великолепно выступив на концерте памяти Фредии Меркьюри, успев почти закончить* свой третий сольный альбом Heaven and Hull и выступив продюсером замечательного альбома Morrissey "Your Arsenal" - одна из самых знаменитых его работ. Грустно и даже несколько цинично, что на известый лейбл к известному артисту пригласили только при / "благодаря"/ таких обстоятельствах. То же могу сказать и про интервью, записанное в 1992 в зале Hammersmith Odeon и потом обрывками попавшее в различные документалки про Ziggy и Лу Рида. Вспомнили, как же...
В том же 1992 Мик даже прилетел из Лондона в Нью-Йорк (!!!) поучаствовать в записи альбома Боуи Black Tie White Noise. За столько лет ни снятое в студии рабочее видео, ни трэки, не вошедшие в альбом, так официально и не дошли до тех, для кого дорог любой звук гитары и видеокадр Ронно... а ведь достаточно кому-то пошевелить пальцем, не так ли...
* Джо Эллиота принято благодарить за огромный вклад в доработку того, что не успел сделать Мик. Послушав несколько демо-версий, я к числу благодарных не отношусь.

Хотелось написать грустно, а получилось горько и почти зло. Мик бы не одобрил. Он был не только талантливым музыкантом, но очень светлым, добрым, заботливым человеком, никогда ни о ком не сказавшим плохого слова. Мы разошлись с ним во времени и пространстве, но я читаю воспоминания его друзей и близких в сети и в журналах... С кем-то удается пообщаться и, хотя они знали его лично, а ты всего лишь поклонник, удивительно чувствовать, как часть того тепла, с которым вспоминают его, переходит на тебя.

His candle still burns... and warms our hearts.

Rest in peace, sweet dreamer...