Экскурс 11. Аномалии немецкого языка

Есть в Европе удивительный язык - немецкий. Грубый - ладно. Имеется в нем кое-что поинтереснее. Как-то раз мне довелось услышать фразу "Meiner Meinung nach", что означает "по моему мнению". Я был слегка озадачен, потому что во всех остальных случаях присутствующий здесь предлог "nach" (в данном случае "по") почему-то вылетел с традиционного места перед существительным на место после него. Естественно, что я сразу же задал вопрос: что это такое? и как это увязать с немецким рационализмом, порядком и тягой к совершенству?. Мой собеседник, слегка смутившись, ответил, что точно не знает, и что так просто принято говорить. Но раз принято, то это могло означать только одно - имела место какая-то старинная, утратившая актуальность, форма употребления предлога, сохранившаяся, возможно, в качестве "последнего из могикан" в этой ходкой фразе.

На ловца и зверь бежит. В частности, спустя какое-то время я выяснил, что в японском языке, оказывается, нет предлогов. Вместо них есть часть речи с функциями управления, которая ставится … после существительного, -иначе говоря, в японском языке, как и коми, имеют место не предлоги, а послелоги ("кывбöр).

И тогда я подумал: "А не может ли быть так, что и в немецком некогда были не предлоги, а послелоги? Но по каким-то причинам эти послелоги трансформировались в предлоги? и не может ли быть так, что предлог "nach" во встретившейся мне и изрядно удивившей фразе просто вернулся, скажем так, на "историческую родину"? и что от немецкого до коми дистанция вовсе не огромного размера, а всего лишь одно звено - в виде уже утраченного на сегодняшний день финно-угорский предка немецкого языка?"

Понятно, что после этого я начал всерьез присматриваться к другим немецким предлогам. Сразу бросаются в глаза предлоги "über" (о, над), "hinter" (сзади), "unter" (под) "ausserdem" (кроме, кроме того). Очевидное их структурное и текстурное сходство, а также некоторая "тяжеловесность" наводили на мысль, что присутствие этих слов в качестве классических послелогов (введу формулу: "послелог = существительное с ненулевым фиксированным падежным окончанием") смотрелось бы лучше, и язык в этом случае стал бы куда более гармоничен. Совсем иначе на этом фоне я взглянул и на такое качество немецкого языка (его нет более нигде), как отделяемые приставки глаголов: в Präsens и Imperfekt происходит отделение приставки от корня глагола (в качестве сказуемого он стоит на втором месте в предложении) и последующее перемещение на самый-самый конец предложения. Марк Твен, иронизируя над этим, в одной из своих статей приводил пример из немецкого дамского романа начала 19 века с подобным отделением приставки от корня и его бегством в конец предложения. Это было предложение типа "матрешка" на полстраницы со сказуемым на втором месте и отделяемой приставкой на 212 (!) месте (специально сосчитал). Понятное дело, я сразу же подумал: а не являются ли отделяемые приставки в немецком языке отдаленным эхом тех времен, когда эти приставки фигурировали еще в качестве послелогов?

Поняв, что с предлогами в немецком языке дело обстоит не чисто, я уже откровенно-подозрительно впился глазами в артикли, которые для меня долгое время были все равно что "враги народа". Кто не знает - скажу: артикли - это пятое колесо на телеге, ибо они абсолютно не нужны для смысла, и их присутствие всего лишь формальный признак. Хуже того, немецкие артикли в отличие от английского, дифференцированы по родам. Но как дифференцированы! Абсолютно бессистемно, без намека на какие-либо правила. Если в русском существует базовое правило отнесения нарицательных слов к мужскому, женскому или среднему роду в зависимости от окончания, то в немецком ничего подобного и близко нет. Артикли "der" (мужской род), "die" (женский род) и "das" (средний род) присвоены разным существительным в стародавние времена совершенно непонятно каким образом. Иначе говоря. системообразующий принцип формирования артиклей (и соответственно присвоение того или иного рода существительному), если он когда-то и был, то в настоящее время безвозвратно утрачен (говоря словами

-10-

незабвенного Николая Васильевича Гоголя, "темно и скромно происхождение нашего героя"). Именно поэтому немецкие артикли - это бич и проклятье для каждого, кто изучает немецкий. Так я думал до тех пор, пока мне не пришла в голову удивительная мысль, что артикли - это части древних немецких послелогов! Когда по каким-то причинам древние немецкие послелоги стали перемещаться на место перед существительным, при этом они распались на две части: существительное сформировало предлог, а ненулевое фиксированное падежное окончание превратилось в артикль.

Есть еще одна причина усмотреть в артикле древне-немецкий (=финно-угорский) послелог: как известно, при склонении по падежам в коми языке падежное окончание ложится на послелог, а существительное, к которому относится данный послелог, имеет нулевое окончание. Совершенно аналогичный алгоритм имеет место при склонении по падежам в немецком языке: артикль меняет форму в зависимости от падежа, а само существительное в 95% случаев никакого падежного окончания не получает (исключение - "левый" Genitiv, к тому же безвозвратно теряющий свое значение в современном "англизированном" немецком языке). Словом, обнаруживалось, что никакого признака рода немецкие артикли особенно и не несут. Во всяком случае, послелоговая (падежная) составляющая в них безусловно доминирует.

Экскурс 12. Эволюция послелога и предлога, или что было раньше

Итак, в современных языках есть несколько вариантов управления существительным, то есть его склонения по падежам. В коми это классический послелог ("кывбöр"): "существительное в базисной форме + послелог", -причем вполне возможно, что аналогичное управление сохранилось не только в японском, но и в родственных ему языках народов Дальнего Востока. Есть русский, в котором представлен вариант управления: "предлог + существительное с переменным падежным окончанием". Далее, есть немецкий с управлением типа: "предлог + артикль с переменным падежным окончанием + существительное в базисной форме", - и в виде исключения: "артикль с переменным падежным окончанием + существительное в базисной форме + предлог". Наконец, есть английский, падежная система которого практически вырождена, поэтому управление крайне примитивно: "предлог + неизменяемый артикль + существительное в базисной форме". Однако есть основания полагать, что некогда в английском арсенал артиклей и падежей был богаче, и соответственно структура управления была близка к той, что сохранился в немецком языке, поэтому английский в качестве отдельного варианта рассматривать не будем, а оценим его как упростившийся (до примитива) случай немецкого. Понятно также, что во всех перечисленных трех с половиной вариантах (половина - это дань уважения "пенсионеру" в лице английского языка) в качестве частного будут случаи, когда предлоги или послелог отсутствуют, но эти случаи отдельно рассматривать не будем.

Итак, мы имеем три варианта управления. Два крайних, когда управление представлено исключительно послелогом (коми, дальневосточные языки) или предлогом (русский язык), и еще одни условно-промежуточный, когда могут употребляться обе части речи - и предлог, и послелог (немецкий язык). Это делает резонным вопрос: а не существует ли в таком случае между этими вариантами эволюционная связь? и если да, то в какую сторону направлен вектор эволюции - от послелога к предлогу или наоборот?

Конечно, проще всего было бы ответить на этот вопрос, изучив еще не испорченный цивилизацией язык какого-либо племени из джунглей Амазонки, Конго или Новой Гвинеи: наличие предлога или послелога тотчас же ответило бы на вопрос, куда направлен вектор эволюции в системе "что было раньше: предлог или послелог?". Но поскольку для меня поставить такой эксперимент проблематично, то я отдам предпочтение логическим рассуждениям на базе уже известных мне фактов. И эти рассуждения недвусмысленно подсказывают, что, вероятнее всего, у европейских языков послелог все же первичен, тогда как предлог есть уже вторичное явление, образовавшееся в ходе трансформации послелога.

Часть 3. Сравнительное количественно-логическое языковедение Экскурс 13. "Градуировочная таблица" для современных языков

Сначала небольшая сравнительная таблица на примере шести языков из числа тех, которые постоянно фигурировали среди упоминавшихся мной (за исключением, может быть, вьетнамского).

Я старался сделать таблицу максимально очевидной (насколько удалось - судить уже вам, коллеги). Конечно, ее можно было бы дополнить еще и турецким (в качестве сравнения с коми): с одной стороны, он является непарным, но, с другой, использует латиницу, не являясь непосредственно европейским языком, - однако я не стал уже этого делать, поскольку не знаю тип управления существительными. Тем не менее, нужны, видимо, дополнительные комментарии по следующим моментам:

во-первых, вопросительные знаки поставлены в случаях, когда я не вполне уверен;

во-вторых, по поводу строки 6 "Тип письменности". Если "графический" - это понятно, то по поводу "квантового"

-11 -

я мог бы сказать, что этим словом я просто хотел подчеркнуть основной принцип построения буквенного алфавита - соответствие буквы членораздельному звуку (на практике, конечно, небольшие отклонения от этого принципа неизбежны);

в-третьих, по поводу строки 7 "Число звуков". За исключением коми и русского, я написал слово "не фиксируется, "плавающее произношение", и это действительно так, в частности, в немецком и английском языках. В них сплошь и рядом встречается встречаются сдвоенных звуки (наподобие коми "дж", "дз", "тш"). Практически каждый согласный звук может выступать как в твердой форме, так и мягкой, причем границы перехода от твердого варианта к мягкому как таковой нет; можно сказать, своего рода непрерывный спектр звучания (например, в немецком буква "s" может звучать как твердое "с", мягкое "сь", твердое звонкое "з" и мягкое звонкое "зь"). Наконец, прочтение гласных также варьирует в зависимости от располагающихся по соседству других звуков, в результате чего буква может быть проговорена звуком, у которого есть своя пара в виде буквы (например, в английском языке буква "а" произносится как "э" или "эй", каждый из которых, в свою очередь, имеют пару- или в виде буквы "е", или соответственно "еi"). Иначе говоря, на примере английского мы видим своего рода ренессанс иероглифического письма, но уже в виде букв латиницы.