Это цитата сообщения ал888 Оригинальное сообщение
Кто в России боялся паспортов?
В 1920-30 гг. некоторые верующие призывали, не брать паспортов, не ходить в легальные православные храмы в СССР и не покупать там крестики, поскольку на них находили советские символы. Что же скрывалось за боязнью людей брать государственные документы и признавать себя гражданами собственной страны?
Все знают строки Маяковского
Я
достаю
из широких штанин
дубликатом
бесценного груза.
Читайте,
завидуйте,
я –
гражданин
Советского Союза.,
но мало кто слышал о том, что задолго до написания этих строк в нашей стране находились люди, не желавшие, чтобы их "посчитали".
История российского паспорта насчитывает чуть больше трех веков, и все это время находились люди, боявшиеся главного государственного документа как "печати антихриста".
Все началось во времена старообрядческого раскола, когда протопоп Аввакум провозгласил приход антихриста и призвал таиться от него в лесах или самосжигаться за веру. В конце XVII века некоторые христиане ждали скорого конца света, и когда он не наступил, стали искать разные способы примирения собственной веры с изменившейся реальностью. Наиболее радикальным беспоповским течением в старообрядчестве были бегуны, призывавшие своих последователей "порвать всякую связь с обществом и государством, не брать паспортов, не идти на военную службу, не обращаться в суд, не платить налоги. "Достоить таитися и бегать", то есть не иметь дома, семьи, а только постоянно скрываться и избегать всякой связи с носящими печать Антихриста".
Как видим, отказ от паспорта стоит в одном ряду со страхом любой социализации, желанием полностью оградить себя от вмешательства светских властей. В конце XIX века при проведении первой переписи населения многие крестьяне отказывались в ней участвовать, и по стране вновь поползли слухи о скором приходе антихриста.
После событий октября 1917 года уже сама Церковь оказалась фактически на нелегальном положении, и верующие должны были приспосабливаться к совершенно новым реалиям. Довольно быстро среди православных, которые не могли свободно исповедовать свою веру, появилось две модели отношений к советской власти.
Первые, по терминологии историка Алексея Беглова, были конформистами, и считали, что христианская жизнь должна быть тайной. Сторонники этой точки зрения устраивались на работу в библиотеки и институты, становились портнихами и старались устроиться, где только можно, кроме больших заводов (последнее было связано с тем, что молодым женщинам – тайным монахиням и благочестивым мирянам было бы тяжело вести целомудренную жизнь в рабочей среде, отличавшейся грубостью нравов).
Во всех остальных сферах деятельности такие христиане трудились очень добросовестно, воспринимая работу как особый вид послушания. Митрополит Иоанн (Вендланд), бывший в молодости конформистом, рассказывал о своей жизни в 1930-е годы: "Время шло, мы жили удивительной жизнью: с одной стороны глубоко церковной, с другой – активно-гражданской. До сих пор я считаю такое соединение самым лучшим. Но... на практике такое соединение трудно осуществить".
Интересно, что этой точки зрения придерживались и некоторые "иосифляне", осудившие декларацию митрополита Сергия 1927 года и считавшие ее сторонников потерявшими благодать. Протоиерей Иоанн Стеблин-Каменский разрешал верующим вступать в колхозы, поскольку от человека при этом не требовалось отречения от веры.
Но были среди верующих люди, настроенные радикально. Они считали атрибуты советской гражданской жизни – документы, паспорта, пенсии – "знаками пришествия антихриста". Сторонники этой точки зрения отказывались отдавать детей в школу, не отмечали советские праздники, не ходили в театры и кино. Отголоски этого попали даже в первый вариант жития св. Матроны Московской – во время демонстраций святая закрывала окна, чтобы в квартиру не попадали демоны. Народная этимология считала эти слова однокоренными (демон страстей). Часть верующих отказалась участвовать в переписи населения 1937 года с мотивировкой: "Мы овцы не вашего стада, подчиняемся только одному Богу".
Некоторые христиане не ходили в открытые храмы, считая, что в них служат не настоящие священники, а агитаторы за советскую власть: "Священники в этих церквах поставлены из партии, под ризой у них медали..., поэтому в церковь ходить никогда не надо.., крестики покупать тоже не надо, так как на них находили серп и молот, колоски, пятиконечную звезду и СССР"
Интересно, что сторонники идеи о том, что паспорт и другие документы являются знаками антихриста, в первой половине ХХ века, как и сейчас, не скрывали своих убеждений, но, напротив, вели себя крайне демонстративно – агитировали людей не вступать в колхозы, всячески стремились доказать властям свое право на обособленную жизнь. Люди заколачивали окна домов, наносили на ставни религиозную символику. Их одежда также была вся испещрена крестами.
В советских отчетах встречаются записи о крестных ходах с политической направленностью. В конце мая в Пензенской области "группа активных
Это цитата сообщения ал888 Оригинальное сообщение
Валерий Сергеевич Золотухин упокоился в родном селе рядом с восстановленным храмом
[541x700]На Алтае сегодня похоронили Валерия Золотухина. Народного артиста, который скончался неделю назад, проводили в последний путь в родном селе Быстрый Исток. Его последней волей было упокоиться у стен храма, который он восстанавливал на собственные деньги. Проститься с Золотухиным пришли сотни человек, многие специально приехали издалека.
Так много людей в простом алтайском селе Быстрый Исток не было еще никогда за всю его трехсотлетнюю историю. Проститься с Валерием Золотухиным приехали со всей России.
Гроб с телом Валерия Золотухина доставили в родное село из Барнаула накануне поздно вечером. Прощались с артистом в деревянном храме Покрова Пресвятой Богородицы, построенном по инициативе Валерия Сергеевича и благодаря его большим хлопотам на месте старинного, разрушенного большевиками храма. Золотухин не только нашел деньги, но привозил даже церковную утварь.
Всю ночь священники читали над усопшим молитвы. Утром началась заупокойная лития. А в село приезжали все новые и новые люди, желающие проститься с великим артистом. Упокоиться здесь, на погосте при храме в родном селе, было прижизненной волей самого артиста. До революции погост был большим. Хоронили здесь священников и именитых сельчан. Потом храм разрушили. Погост срыли. Но не исчезла память о нем. Так же бережно в Быстром Истоке собирали и любые воспоминания о своем земляке Валерии Золотухине. Собирали еще при его жизни. В родовом доме артиста открыли музей.
Рядом с домом-музеем сам Валерий Сергеевич мечтал срубить баню по-черному. Чтобы молодежь не забывала, что это такое. Связь с родным селом Золотухин не терял никогда. Бывал здесь по несколько раз в год. Было у него в селе и свое хозяйство — корова и бычок. Теперь все это — часть истории села.
Из-за наплыва людей прощание растянулось до полудня по местному времени. Потом гроб с телом артиста трижды обнесли вокруг церкви и предали земле.
Жизнь Валерия Золотухина безо всяких высоких слов была примером настоящей, без позерства и патетики любви к родине, России и своему маленькому селу, где он упокоился на простом деревенском погосте возле построенного его усилиями храма, который вместе с сотнями блистательных ролей и стал главным памятником его жизни.
умерла дочь моей подруги р.б.Екатерина.31 год.
помолитесь об упокоении.
Аргументы и Факты
«АиФ ДОБРОЕ СЕРДЦЕ » Помолитесь об Андрее. А ещё его спасёт операция, на которую «АиФ» собирает деньги
Автор: Полина Иванушкина
Опубликовано : 2013-03-13 00:05:00
Горе у Климентовых совсем новенькое, «свежее» - с января. Как-то Андрей вернулся с тренировки по волейболу с фиолетовой шишкой, усевшейся между позвоночником и лопаткой: неудачно упал. В Сальске, райцентре, лечили неделю мазью - шишка только разрослась. В областном Ростове-на-Дону сделали МРТ, и та показала опухоль - злокачественную, большую, задевшую позвоночник. В детской онкологии уточнили диагноз и сразу назначили «химию». «Химия» дала результат. Такой, что врач, сравнивший два снимка, поверх очков посмотрел с сомнением на маму Климентову: «Это точно оба ваши?..» Опухоль практически ушла. Светлана почти не удивилась…
Теперь Андрею предстоят ещё 4 курса «химии» и после них операция. «Если опухоль «отойдёт» от спинного мозга, обретёт чёткие контуры, станет как скорлупка яйца, сказал врач, то Андрея возьмут в Ростове. Если нет, то только в Германии». Она не отошла. А денег на Германию, естественно, нет.
Это, если коротко, вся климентовская беда, история болезни, сухие строки. А теперь рассказ, который делает это горе неповторимым.
Дочечки
Климентовы, папа и мама, - батюшка с матушкой. Отец Алексий, в чьём роду и рядовые священники, и епископы, служит в церкви села Сандата, в которой нет света, кроме бликов свечей, и к которой не ведёт ни одна дорога. «У нас иногда и такую картину можно застать: идёт венчание, а после невеста с женихом выталкивают из нашего бездорожья машину». Родители шести своих детей, пяти мальчиков и одной девочки. И ещё шести. Сердце уже на этом месте как-то тревожно ёкает…
- Мне всё дочечек хотелось, - рассказывает матушка Светлана, учительница начальных классов. - Девочек своих мы нашли, можно сказать, банально: отец Алексий окормлял окрестные детдома, я ездила с ним, вот там мы дочек и обрели. Шестерых.
- Неухоженных, со вшами и чесоткой, больных: у кого плоскостопие, у кого косолапие, плохое зрение, у младшей сломано ребро - родной отец бил её о стену. Эпилепсия… - продолжает отец Алексий. - Но мы их полюбили всем сердцем. А Андрей особенно: его обязанностью всегда было водить девочек в садик и забирать… И вы не представляете, как дети, которые пережили что-то страшное, тянутся потом к хорошему, держатся за него: сейчас мои девочки - звёзды нашего села. Вот сейчас мы только-только с концерта, посвящённого 8 Марта: из 25 номеров в 12 - мои дети…
«Куда Он смотрит?»
Жизнь идёт не останавливаясь - даже под сенью беды. Пока Андрей в Ростове у бабушки ждёт второй «химии», в Сандате всё идёт, как заведено: сложно враз остановить такую махину, как семья с 12 детьми. Вместо Андрея, который пономарничал с отцом - «подавал кадило, читал «Апостол», бил в колокола», - в алтаре прислуживает младший сын Даниил. Молчит колокол в Сандате. «Нет больше у нас такого красивого перезвона», - сетуют старенькие прихожанки, опуская монетки в кружку, надеясь спасти сына батюшки, оставшегося в одиночестве на хозяйстве…
«Возвращайся быстрее, хотя бы самолётом!» - просил матушку муж по телефону, когда она уехала в Москву к профессорам. У детей концерт на носу, и он сам купил девочкам колготки - безразмерные, погладил мальчишкам костюмы... «Но с тремя корсетами я уже не справлюсь!» - кричал ей в трубку…
Я спрашиваю, к чему тянется Андрей - сейчас, когда ему выпал черёд переживать страшное. «К молитве». Это матушку сутки откачивала «скорая» - после диагноза. А Андрей, даже после того как залез в Интернет и всё прочитал - и то, что велик риск рецидива, и то, что низкий процент выживаемости, - всё хлопает маму по плечу: «Ма, да не парься!» А отцу Алексию раскисать просто некогда:
Накануне Великого поста открылась выставка иконы и детского рисунка "Без суеты", по адресу Пятницкая, 28. Из вступительных речей запомнился момент, когда президент ТСХР Константин Худяков сказал, что когда дети-участники выставки вырастут, изберут себе разные профессии. А те, кто поглупее, останутся художниками. На что о.Леонид (настоятель храма сщмч. Климента) тут же возразил: "Не те, кто поглупее, а те, которые по Евангельскому слову, "будут как дети"... И то, и другое правда, господа хорошие.:) Традиционным художникам в жизни социума несладко сегодня приходится, но в этой профессии - секрет вечного детства...
Итак, фоторепортаж с выставки.
1.
[700x493] Слева направо: о.Леонид, Николай Чибисов, Константин Худяков, Лариса Мелихова.
2.
[503x700] Прошу, друзья, помогите! Начался Великий Пост, и как раз самое время творить добрые дела! У моей подруги мама в онкологии, завтра операция, срочно, как воздух нужен донор ( запасов нет): первая положительная группа! Мы нашли 8 человек, нужен хотя бы ещё один! Кровь нужно сдавать завтра утром, м. Каширская! Прошу, максимальный перепост!!!!
8 909 626 13 78. Катя.
Москва
Икона Божией Матери «Державная» явила себя русскому православному народу 2 марта 1917 года в селе Коломенском под Москвой, в день отречения царя-мученика Николая II от престола. Крестьянке Евдокии Андриановой, жившей недалеко от села Коломенского, в сновидении таинственный голос сказал: «Есть в селе Коломенском большая чёрная икона. Её нужно взять, сделать красной, и пусть молятся». Через некоторое время крестьянка вновь во сне увидела белую церковь и величественно восседавшую в ней Женщину. Сновидения были настолько ясны и впечатляющи, что Евдокия решила идти в село Коломенское в Вознесенскую церковь. Настоятель церкви отец Николай Лихачев, выслушав её рассказ, показал все старинные иконы Богородицы в иконостасе, но ни в одной из них не нашла крестьянка сходства с увиденной во сне Женщиной. После долгих поисков в подвале, среди старых досок нашли большую старую чёрную икону Божией Матери. Когда её отмыли от многолетней пыли, то всем присутствующим представилось изображение Божией Матери как Царицы Небесной, величественно восседающей на царском троне в красной царской порфире, с короной на голове, скипетром и державой в руках. На коленях Она держала благословляющего Богомладенца Иисуса.
В этом образе Евдокия Андрианова увидела полное соответствие со своими сновидениями. Впоследствии было установлено, что в Коломенское икону привезли в 1812 году на хранение при эвакуации Вознесенского монастыря Московского Кремля, но затем о ней забыли. Многие стали считать, что символ этой иконы Божией Матери в том, что отныне в России не будет законной земной власти, что Царица Небесная приняла на Себя преемство власти державы Российской в момент величайшего падения православного народа. Списки (копии) иконы разошлись по всей стране, появились служба иконе Божией Матери и дивный акафист, составленный с участием патриарха Тихона.Но вскоре жесточайшие гонения обрушились на почитателей «Державной» иконы Божией Матери, молившихся перед ней по всей России. Списки иконы Божией Матери были изъяты из всех церквей, были арестованы тысячи верующих, осмеливающихся хранить у себя изображение «Державной» иконы Божией Матери, а составители службы и канона расстреляны. Подлинник иконы Богородицы Державная был изъят и более полувека томился в запасниках Исторического музея. В настоящее время икона Богородицы возвращена в храм в честь Казанской иконы Божией Матери в Коломенском.
Пред иконой Пресвятой Богородицы «Державная» молятся о правде, сердечной радости, нелицемерной любви друг к другу, о мире в стране, о спасении и сохранении России, о покровительстве трона и государства, об избавлении от иноплеменных и о даровании исцелений телесных и душевных.
