Животный мир Карелии удивляет своим богатством и разнообразием. Одним из самых крупных животных этой местности, вес которого может достигать 200 кг, является лесной северный олень.
Он самое любимое и универсальное животное для большинства северных народов. В очень далеком прошлом олень дал человеку возможность освоения Севера, и до сих пор его принято считать добрым символом жизни и благополучия.
Портрет Александры Григорьевны Муравьёвой. Литография Кружкина с оригинала Я.Ф. Яненко
Александра Григорьевна Муравьёва… Она прожила только двадцать восемь лет, пережила потерю самых дорогих людей, лишения и невзгоды и всё равно говорила: «Я самая счастливая из женщин».
Александра Григорьевна Муравьёва одной из первых приехала в Сибирь, первой в Сибири родила ребёнка – и первой ушла. Она была женой, родной сестрой, кузиной и невесткой декабристов. Она оставила по себе лишь светлые воспоминания. «Её красота внешняя равнялась её красоте душевной», — писал о ней А.Е.Розен.
О том, сколько детей было у Михаила Ломоносова, ученые спорят по сей день. Некоторые утверждают, что супруга ученого, Елизавета-Христина Цильх, рожала четыре раза. Но достоверные сведения сохранились лишь о трех детях.
Впрочем, не имеет особого значения, кто из биографов прав: взрослой стала лишь одна из дочерей Михаила Васильевича
Старшая дочь четы Ломоносовых ушла из жизни, едва достигнув 4 лет. Спустя два года после девочки появился на свет единственный сын Михаила Васильевича. Но ему был отпущен всего месяц жизни.
Лишь младшая дочь Елена, родившаяся в 1749-м, стала взрослой. Однако и она скончалась рано - в 23 года. За этот короткий срок она успела стать матерью четверых детей.
 | По страницам журнала "Наука и жизнь. Только что пришел очередной номер и на первых страницах публикация Юрия Емельянова (Минск). Знакомлю вас с ней. |
| Лес одевается яркими красками, Птичка уж в нём не поёт. Солнце дарúт нас последними ласками, Тихая осень идёт. | Автор слов — архидьякон Роман (А. Г. Тамберг) автор музыки — Л. В. Сидоров. |
Тихая! Пожалуй, именно это короткое прилагательное как нельзя лучше соответствует настроению и ощущениям в безветренные и тёплые дни «золотой» поры года.
Вы можете запротестовать и логично поправить, что, к примеру, зимой в лесу частенько не то что тихо, а словно ватой уши затыкает — это, когда сильный снегопад глушит все звуки. Ваша правда, но вот ведь какая штука… Переждав дремотную темноту декабря, мы уже живём ожиданием прихода яркой и гомонливой весны, и «белая» — если со снегом повезёт! — тишина воспринимается иначе. Ведь впереди — жизнь! И совсем другое дело, когда шумное лето неуклонно отступает, оставляя наши души наедине с привнесёнными в них ностальгическими нотками.
Первое художественное произведение, посвящённое Анненковым, – роман А.Дюма «Учитель фехтования» (точнее, «Записки учителя фехтования, или Восемнадцать месяцев в Санкт-Петербурге» - фр. Mémoires d’un maître d’armes, ou dix huits mois à Saint-Pétersbourg). Роман был написан в 1840 году – через 12 лет после поездки Полины в Сибирь.
Герой-рассказчик романа - Огюстен-Франсуа Гризье - действительно давал уроки фехтования в Петербурге в 1820-х годах и передал свои записки об этом времени писателю (который изрядно разбавил их сведениями из других источников). О Гризье с благодарностью вспоминает Полина в своих воспоминаниях.
[показать]
Прасковья Егоровна Анненкова. Портрет работы А.А. Померанцова, 1852 г.
Иван Александрович Анненков отбыл на каторге десять лет и был выпущен на поселение. Потом ему разрешили поступить в статскую службу, они с Прасковьей Егоровной осели в Тобольске, зажили скромно, душа в душу. За те тридцать лет, что они прожили в Сибири, Полина (Прасковья – ред.) Анненкова-Гебль родила мужу много детей, из которых выжило шестеро. Дети получили приличное образование, дочери достаточно удачно вышли замуж.
Прасковья Егоровна Анненкова
Потекла сибирская жизнь. Сохранились свидетельства современников о Полине. «Она была красавица, умная и во всех отношениях образцовая женщина, парижанка»,- писал декабрист В.С.Толстой. А вот что вспоминала М.Н.Волконская: «Анненкова приехала к нам, нося ещё имя м-ль Поль. Это была молодая француженка, красивая, лет 30; она кипела жизнью и весельем и умела удивительно выискивать смешные стороны в других… Под этой кажущейся беспечностью скрывалось глубокое чувство любви к Анненкову, заставившее отказаться от своей родины и от независимой жизни... Она осталась преданной женой и нежной материю: она работала с утра до вечера, сохраняя при этом изящество в одежде и свой обычный говор». Сын декабриста Е.Якушкин записал об Анненкове: «Упасть духом он мог бы скорее всякого другого, но его спасала жена. Как бы ни были стеснены обстоятельства, она смеётся и поневоле поддерживает бодрость в других. Анненков женился на ней и хорошо сделал, потому что без неё со своим характером совершенно погиб бы». Кое-кто замечал, что она была достойна лучшего мужа, но ей-то не нужен был другой! По-видимому, супруги совершенно подходили друг другу.
Чета Анненковых
В Древнем Риме весьма почитали растение под названием сильфий. Оно обладало массой совершенно чудодейственных свойств. Римляне уважительно именовали его «жидким золотом» не только за его качества. Сок растения действительно на вид был подобен жидкому золоту, а каждая капля его ценилась соответственно. Популярность сильфия была настолько высока, что растение просто было истреблено. Недавно учёные обнаружили похожий цветок, который, как они считают, является выжившим сильфием, правда, совсем не там, где он рос ранее. В чём же его секрет и почему он так ценен?
Её имя наверное даже нарицательное для всех садоводов-огородниц. Из-за её пропагандистских усилий армия пенсионеров гордится своим очень полезным времяпрепровождением, благодаря которому все краше и краше расцветают сады, а домашние закрома ломятся от урожая овощей и фруктов. И каждый октябрь, подводя итоги очередному дачному сезону, хозяйки с гордостью окидывают взглядом ряды банок с соленьями и вареньями. Студеная зима нам не страшна! Мы к ней хорошо подготовились, начиная еще с февраля-марта, начав выращивть рассаду на подоконнике.
Нальчик – столица Кабардино-Балкарской Республики, один из крупных экономических, административных и культурных центров Северного Кавказа, а еще известная здравница. Центральные улицы Нальчика начинаются у подножия гор. По задумке архитекторов, это делает город "дышащим": к вечеру свежий воздух спускается по склонам вдоль улиц, поэтому центр не загазован, несмотря на обилие машин.
В 70-х они покорили своим талантом не только советскую публику, став самыми молодыми народными артистами СССР, им рукоплескали на сценах разных стран мира. Их воспринимали, как единое целое. В течение десяти лет они были мужем и женой, а потом их личные и творческие пути разошлись, но дуэт этой «золотой пары» до сих пор считается символом советского балета.
Когда Полина узнала, что арестованных повезли в Сибирь, попыталась догнать на первой станции, не догнала и практически сразу выехала в Москву – хлопотать о поездке вслед за любимым: «Я впала в болезненное состояние, лишилась совершенно сна и аппетита. У меня оставалось только одно желание, одна мысль, на которой я вся и сосредоточилась, — это ехать в Сибирь во что бы то ни стало». Однако успела получить последнюю записку, оставленную Анненковым перед отъездом: «Соединиться или умереть».
Жанетта-Полина Гёбль (Анненкова) на акварели Н.Бестужева, 1835 г.
Вернувшись в Москву, Полина поселилась у старухи Анненковой и вдоволь хлебнула её капризов: немного погоревав, Анна Ивановна принялась развлекать Полину. На 6 января 1827 года она назначила костюмированный бал, обижалась, что Полина не заботится о костюме («Мадам сердится потому, что вы не выбираете себе костюма. Вы же видите, что она делает этот бал для вас»,- объяснили ей приближённые Анненковой), сама одевала и убирала её. А каково было Полине?!
Иван Александрович Анненков и Полина Гёбль
Приехав в Петербург, Анненков 12 декабря явился на собрание заговорщиков, проходившее в доме князя Оболенского, и, когда речь зашла о вооружённом восстании, резко высказался против. Он пояснил, что солдаты его Кавалергардского полка не расположены к выступлению, а само выступление назвал «большой ошибкой, предприятием, обречённым на неудачу». В самый день мятежа, 14 декабря 1825 года, он не был в рядах мятежников. Поручик Анненков явился на площадь со своим полком, занимая место по боевому расписанию, как офицер 5-го эскадрона Кавалергардского полка, и стоял со своими солдатами возле дома Лобановых, на углу Невского проспекта. Когда на Сенатской площади было всё кончено, Анненков вместе с полком вернулся в казармы, и ещё пять дней его никто не тревожил. Лишь поздним вечером 19 декабря за ним пришли. Командир эскадрона Фитингов доставил его во дворец на допрос к царю. На следствии вёл себя достойно.
Учитывая, насколько щепетильно большевики относились к чистоте своих рядов, они не гнушались репрессиями и арестами за малейшую провинность или даже подозрение. Тех же, кто находился в ближайших родственных отношениях с предателями и приравненными к ним, тоже тщательно проверяли. Удавалось ли детям и женам выйти сухими из воды и доказать свою невиновность или их судьба тоже оказывалась растоптана большевистским режимом? И почему советская власть всегда оставляла в своих постановлениях и указах лазейки?
Прасковья Егоровна Анненкова (в девичестве Жанетта-Полина Гёбль) и Иван Александрович Анненков
История любви Ивана Александровича Анненкова и Полины Гебль, казалось, давно известна. Эту француженку можно назвать эталоном преданности, изящности и воспитанности. Не зная русского языка, Полина Гебль решилась приехать в чужую страну в поисках своего женского счастья. Любовь к Ивану Анненкову она пронесла через всю жизнь, несмотря на его высокое положение в обществе, и что Анненков был декабристом. Александр Дюма-отец написал о ней роман «Учитель фехтования», и уже на нашей памяти был снят фильм «Звезда пленительного счастья». Но Дюма, как и подобает романисту, многое придумал и добавил «от себя», а в фильме Владимира Мотыля Ивану Анненкову и его Полине уделено не так много внимания: это лишь одна из сюжетных линий. Так что на самом деле в известной истории много интересного.