1) 2) личное и содержания книги не касается, кому интересно - в моем дневнике
3) Читать интересно до самого конца почти. Инсинуации, что Достоевский плохой писатель, но великий философ, не поддерживаю.
4) До прочтения (и в начале) представлял себе почему-то, что будет что-то вроде "Белой гвардии" Булгакова, красивые интересные герои, которым хочется подражать, в вихре окружающей жизни, где каждый показывает чего стоит и так далее (надо кстати перечитать, сейчас скачаю, одни эмоции остались). Но оказался сиквел "Преступление и наказание" (ну или приквел, я не знаю, что было написано первым).
5) Смысл названия произведения (прям по банальным темам сочинений пойдем) - хоть и ищут они в себе и выпячивают свою "Карамазовщину" внутреннюю, но мне кажется совсем чужие друг другу и разные люди, никаких общесемейных ценностей, истории, мысли только о себе и своей или выгоде или душе, даже и единение в конце, как мне кажется, больше на том самом "надрыве".
6) "Надрыв" - как мне кажется основное слово и понятие произведения. Любят на надрыве, совершают поступки, хорошие и плохие, не потому что думают или чувствуют, а тем самым надрывом, разрывая себе грудь, вот я какой, вот как я могу, вот как я сейчас буду, вот так поступлю, а дальше хоть трава не расти.
7) Актуальность произведения в наши дни - абсолютная. Как и не поменялось ничего с тех пор, вернулись мы на состояние столетней давности. Те же олигархи, бывшие приживалы, которым упали с неба миллионы и которые не знают куда их тратить, кроме как на кутить, гулять и получать. Их сыновья, которые ударяются в абсолютные крайности, до сумасшествия, живущие без заботы о деньгах и будущем. Ну и огромная индустрия по перетеканию ненужных денег в другие карманы, где даже в скотоперегоньевской деревне можно купить несколько десятков бутылок французского шампанского, не считая сколько оно стоит, на выбор или хор или евреев с цимбалами или цыган с медведями подать в течение часа.
8) Ну и важнее всего, наверное, какой я вижу мораль сей басни. Соль всего, конечно, в брате Иване, который дал молчаливое согласие, как бы сам того не понимая сознательно, на убийство своего отца. Будь что будет, разберетесь без меня, я лишь учту то, что может выйти - и ты сразу соучастник всего плохого, что случится. Следить надо за собой и не позволять себе себя обманывать, не отстраняться.
9) Если подумать "А как бы ты поступил на месте Ивана?" - рассказал бы отцу, защитил бы его, женил его на Грушеньке и остался бы без копейки до конца жизни(как бы сделал Алеша) или же уехал, оставив его, нелюбимого и презираемого, на растерзание (как Иван)? Есть всегда третий способ, как поступил бы я - пойти к исправнику, описать ситуацию и её опасность, предупредить отца, Митю и Смердякова о том, что все всё знают - и тогда уже уехать. Не брать грех на душу, другими словами говоря, а вывести его наружу и передав разбираться в ситуации тем, кого она касается.
10) Мой любимый герой произведения - Коля Красоткин. Вовсе не потому, что себя как-то в нем увидел, скорее противоположность. И людей таких не люблю, если они такими вырастают. Написан просто ну очень красочно и хорошо, узнаваемо, симпатично - для своих лет. Наверное хотел бы таким быть, если бы был его возраста, а потом поменяться, конечно, и еще и поумнеть.
[458x616]Златоустой Анне - всея Руси
[286x322]На бегу, проглатывая чёрствый бутерброд, Лариска в грязных, раскисших после дождя, стоптанных башмаках, непонятного цвета и формы головном уборе и, задрипанном сереньком пальтишке, мчалась по очередному объявлению. Она нашла его в газете и, уже успев позвонить, была приглашена на смотрины. На вид ей было лет шестнадцать, но в прошлом году она успела перешагнуть двадцатилетний рубеж своей никчёмной, как говорила её бабушка, жизни. Куда бы она ни устраивалась, отовсюду её прогоняли. В лаборатории, где отработала всего лишь месяц, Лариска умудрилась разбить сосуд. В столовой, куда была принята подсобницей, опрокинула огромный бак с кипящим борщом, оставив без обеда рабочих. Даже лестничные клетки ей не доверили мыть.
-Ну, какая же из тебя работница? Тебя за шваброй не разглядишь, - глянув на неё, прошипел усатый мужик, в конторе. Тогда она очень рассердилась и даже нагрубила ему. За что была безжалостно выдворена за дверь.
-Хоть бы меня взяли! Хоть бы меня взяли! - Пульсировала мысль, в Ларискиной голове
-Ты меня возьмёшь на работу!!! – Выкрикнула она, злясь на то, что не могла освободиться от заклинания, которое как банный лист прилипло к её мозгу. Заметив, что на неё, изумлённо оглянулся молодой человек, уже открывший дверцу спортивного автомобиля Феррари, она, сгорбив и без того худенькие плечики так, что двумя острыми бугорками выступили ключицы, смущённо промямлила.
-Это я не вам.
- Ненормальная, – подумал он.
Молодой человек спешил домой, им была назначена встреча. Вот уже три месяца, как его домработница уехала к дочери в Испанию, оставив хозяйство. За это время его квартира успела превратиться в настоящую хижину, заскорузлого холостяка. В огромной раковине, были навалены горы грязной, с засохшими остатками еды, посуды. В холодильнике гулял сквозняк. Повсюду валялись носки, рубашки и всякая интимная мелочь. Беспорядок в квартире его не очень-то и волновал, а вот привыкший к домашней пище желудок, выражал протест после каждого приёма пищи вне дома. Прислушавшись к жизненно важному органу, молодой человек дал объявление в газету и стал ждать.
-У дверей вашей квартиры странная особа стоит. Я сказал, что хозяина нет, но она ответила, что ей назначили встречу, – сообщил сосед, встретившийся в магазине.
-Да. Возможно это ко мне. Спасибо, – глянув на часы, молодой человек поспешил к машине.
-Опаздываю. Нехорошо, – промелькнула мысль.
Воображение уже рисовало образ дородной женщины, который ассоциировался с бывшей домработницей. Поэтому, выйдя из лифта, он даже, не обратил внимания, на существо, скромно стоявшее в потёмках у окна.
-Я, наверное, к вам? - Пропищало существо. Оглянувшись, молодой человек с удивлением узнал ту, которую окрестил ненормальной.
-Вы по объявлению?
-Да. Это я с вами по телефону говорила. Вы мне время назначили. Вот я пришла, - у Лариски душа уходила в пятки, при мысли, что сейчас ей могут отказать. Она начала тараторить, не умолкая.
http://www.proza.ru/2007/06/07-284