[380x572]Если бы письмо написать я мог
В семьдесят восьмой самому себе
Может отчего-то бы уберёг,
Может всё исправил в своей судьбе.
Я бы написал всё как есть, клянусь,
Всё, что понял сам и что пережил.
А он бы прочитал, намотал на ус
И тогда, возможно, счастливей жил.
Выучи французский язык,
Научись играть на трубе,
И живи на полную каждый миг
Так бы я писал самому себе.
Знай, что всё тебе по плечу,
Верь в свою звезду и лети,
Уломай отца, чтоб сходил к врачу
И может быть удастся его спасти.
Я бы рассказал ему что любовь -
Это не тиски и не кабала.
Я бы написал ему что Господь -
Это не кресты и не купола.
Я бы объяснил ему всё про роль
Ту, что так хотел и не смог сыграть
А если б было можно и бандероль
Я б всего Акунина смог послать.
Скоро ты поедешь на юг,
Вот тебе хороший совет:
Не спеши дружок заводить семью,
Ждёт тебя любовь через много лет.
А хочешь, вышлю песню письмом -
Ту, что все побила хиты?
Спой её в своём семьдесят восьмом.
Ведь в конце концов её автор ты...
Если бы письмо написать я мог
В семьдесят восьмой самому себе,
Может отчего-то бы уберёг,
Может всё исправил в своей судьбе.
Сотня или даже полсотни слов,
И жизнь бы стала сладкой как эскимо.
А всё-таки не зря так устроил Бог
Что в прошлое нельзя написать письмо...
Максим Леонидов.
-Что происходит на свете? - А просто зима.
-Просто зима, полагаете Вы? - Полагаю.
Я ведь и сам, как умею, следы пролагаю
В ваши уснувшие ранней порою дома.
-Что же за всем этим будет? - А будет январь.
-Будет январь, Вы считаете? - Да, я считаю.
Я ведь давно эту белую книгу читаю,
Этот с картинками вьюги старинный букварь.
-Чем же все это окончится? - Будет апрель.
-Будет апрель, Вы уверены? - Да, я уверен.
Я уже слышал, и слух этот мною проверен,
Будто бы в роще сегодня звенела свирель.
-Что же из этого следует? – Следует жить,
Шить сарафаны и легкие платья из ситца.
-Вы полагаете, все это будет носиться?
-Я полагаю, что все это следует шить!
Следует шить, ибо сколько зиме ни кружить,
Недолговечны ее кабала и опала.
Так разрешите в честь новогоднего бала
Руку на танец, сударыня, Вам предложить.
Месяц, серебряный шар со свечою внутри,
И карнавальные маски по кругу, по кругу.
Вальс начинается, дайте ж, сударыня, руку,
И раз, два, три, раз, два, три, раз, два, три,
раз, два, три...
Юрий Левитанский "Диалог у новогодней ёлки" 1971 год.
Подобно огромному нарыву Иран стягивает вокруг себя мировую политику. Политическая фаза подготовки к силовой операции началась с попытки Вашингтона замирить палестинцев с Израилем. Если у арабской элиты Тегеран вызывает явное раздражение и даже неприязнь, то этого нельзя сказать об арабской улице. Обама не хочет, чтобы иранская кампания подорвала провозглашенный курс наведения мостов с мусульманским миром. Для этого надо сломить сопротивление Нетаньяху, который, опасаясь потери лица внутри Израиля и реакции оппозиции, не спешит продлить мораторий на строительство израильских поселений на Западном берегу Иордана. Как только Вашингтон и Израиль договорятся относительно палестинцев, можно считать, что начальная стадия подготовки к операции завершена.
Начала опять читать детям книжки.... Потихоньку разгребаю домашние завалы, за месяц все запущено до нельзя.... Мир теперь другой.... И у меня есть..... есть то, ради чего хочется жить... и ради кого.... Все разрешилось... Оказывается у меня есть крылья... =)))
Все... =)
Да, кстати, а парашют-то раскрылся......
Вот такие новости....
[700x525]
С давних лет
Я любил не спектакль,
А, скорей,
Подготовку к спектаклю:
Я смотрел,
Как из волн
Возникало движенье
Единой реки,
Королей и принцесс
Наряжали в картон,
И под бороды красили паклю,
Режиссер весь горел
И от счастья и боли
Сжимал кулаки.
Даже самый
Бездарный актер
Для меня был предметом
Немого восторга:
Он творил чудеса ,
Он играл чей-то сложный
Душевный конфликт...
Я с тех пор не привык
Их делить
На актеров второго
И первого сорта,
Ведь они - это мы,
А разрыв между нами
Не так уж велик.
И порой я гляжу:
Мы - актеры большого,
Большого театра,
Только вот режиссер
Отлучился куда-то на миг
И пропал.
А способность играть
Обусловлена, в сущности,
Личным талантом.
Но не скажет никто,
Что за пьеса
И скоро ль наступит финал.
Знать хотя бы на миг,
Сколько актов
И сколько меж ними антрактов,
И чем кончится все,
И какая в финале
Прибудет мораль,
И чтоб кто-то сказал:
"Ваша роль
Исполняется так-то и так-то".
Но не скажет никто.
А уставших актеров
Так искренне жаль...
А. Макаревич