2 сентября -День Рождения Валентина Гафта

(Ролан Быков о Валентине Гафте)

Образ человека в нашем сознании складывается из отдельных впечатлений: чаще в виде едва обозначенного рисунка или мозаики, реже как проникновенный портрет, а иногда даже как чертеж или схема.

Валентин Гафт живет во мне как роскошное панно: в центре — сам, Его Великолепие, Гафт — гениальный актер и поэт, в гениальном черном фраке с потрясающей бабочкой и ослепительной хризантемой в петлице; слева — Гафт-самоед, больной и нервный, в окружении благородного Игоря Кваши и других самых близких, но все равно далеких друзей; справа — Гафт-культурист с рельефными бицепсами и большими глазами в окружении взвинченных женщин и проходящих жен; сверху — Гафт-Саваоф, мирный, светящийся нежной добротой, прощением и грустной мудростью;

а внизу — Гафт в адовом огне собственных глаз, полный почти настоящего гнева и желчи. Тут он — конечное слияние Фауста с Мефистофелем, тут гений и злодейство совместились. Хотя гений — подлинный, а злодейство — придуманное, чтобы не было так больно жить. В этом секрет. Жить доброму и ранимому Гафту действительно больно. Не то такая жизнь, не то таков Гафт.

Она всё знает и умеет,
Она здесь главная в лесу.
Волшебница — Лесная Фея —
Ест землянику, пьёт росу.

Проверит — всё везде в порядке,
Приметит каждый стебелёк
И с птичками сыграет в прятки,
И Дане песенку споёт

Лесная Фея

...Вот и первые жёлтые листья - окончилось лето,
И неспешно уходят последние тёплые дни....
И на радость бессоннице ночь всё длинней до рассвета.
Вечерами всё раньше в домах зажигают огни...

В жарких объятьях знойного лета
Мы, изнывая, искали спасенье в прохладной воде.
В жарких объятьях знойного лета
Я тосковал по морозной и снежной зиме...