|
Никогда любовь не выпрашивай
Ни у ближнего, ни у дальнего. Люди есть, что зовутся нашими, А других называй – случайными… Заслужить любовь не получится, Даже если родные кровные… Будешь гнуться дугой и мучиться, А у них будут чувства ровные. Будешь вечно плохой, неправильной, Неудачницей и никчемною. Нелюбовью чужой отравлена Ты невхожая в их вселенную, Но сейчас оглянись немедленно. Рядом светлые души чистые, Оправдают тебя намеренно За улыбку, глаза лучистые… И простят, и обнимут ласково, И укроют в ночи тихонечко. Жизнь для них ты рисуешь красками, Не печалясь душой нисколечко… Их любовью люби неистовой, Благодарностью мир раскрашивай. Ни у дальнего, ни у ближнего Никогда любовь не выпрашивай…
Ирина Самарина-Лабиринт
|
|
|
|
|
|
Тбилиси встретил ласковой погодой
и в предрассветный воздух окунул.
Я снова еду к Площади Свободы,
прильнув в машине к тёмному окну.
Меняет город облик постоянно,
всех удивляя каждый раз собой:
мост поясом перетянул стеклянным
гладь Мтквари с изумрудною водой.
Я вижу обновленья на Мейдане:
фасады, крыши, лестницы, дворы…
И только цвет кирпичный серной бани
остался неизменным с той поры,
когда в последний раз гуляла там же –
вдоль берега задумчивой Куры.
Платаны возвышались, словно стражи,
сошедшие отрядами с горы.
Мать Картли здесь в руках с мечом и чашей
у Нарикалы гордая стоит.
Нет города приветливей и краше,
пьянит кавказский сочный колорит!
И не приходят мне иные мысли:
поехать в европейские места…
Я обожаю улочки Тбилиси,
меня волнует эта красота:
нарядные ажурные балконы,
и вьющийся по стенам виноград.
Гостеприимство стало здесь законом,
и каждый житель гостю будет рад!
И, если одиноко станет, либо
|
|
Тбилиси встретил ласковой погодой
и в предрассветный воздух окунул.
Я снова еду к Площади Свободы,
прильнув в машине к тёмному окну.
Меняет город облик постоянно,
всех удивляя каждый раз собой:
мост поясом перетянул стеклянным
гладь Мтквари с изумрудною водой.
Я вижу обновленья на Мейдане:
фасады, крыши, лестницы, дворы…
И только цвет кирпичный серной бани
остался неизменным с той поры,
когда в последний раз гуляла там же –
вдоль берега задумчивой Куры.
Платаны возвышались, словно стражи,
сошедшие отрядами с горы.
Мать Картли здесь в руках с мечом и чашей
у Нарикалы гордая стоит.
Нет города приветливей и краше,
пьянит кавказский сочный колорит!
И не приходят мне иные мысли:
поехать в европейские места…
Я обожаю улочки Тбилиси,
меня волнует эта красота:
нарядные ажурные балконы,
и вьющийся по стенам виноград.
Гостеприимство стало здесь законом,
и каждый житель гостю будет рад!
И, если одиноко станет, либо
душевной мне не хватит
|