По семейным обстоятелствам мне приходится продавать свою пару шиншилл и очень хочется, чтобы они попали в хорошие и заботливые руки. Мальчик меховой стандарт, девочка беж, возраст около полутора лет.
Наверное, это сильно сказано- мой Иркутск. Но я так чувствую. он живет прекрасный город моей юности в моей душе. Этот сибирский город вошел в мою душу не сразу, а постепенно. Для меня, деревенской девчонки, он был полон многих страхов, но с годами он становился все прекраснее и запомнился мне светлым, чистым, красивым,патриархальным и современным в одно и то же время, живущим своей жизнью, жизнью культурного центра Сибири, каковым был он в то время и каковым он, надеюсь, остается и по сей день.
Мне нравилось бродить по набережной Ангары, где росли деревья, попадались памятники, через одинаковое расстояние были построены спуски к реке. Наш преподователь Ермолинский- профессор с аккуратной интеллигентной бородой говорил, что деревья посадили студенты 60-ых годов, Распутин,Вампилов и другие, которыми мы зачитывались в то время, и я была тайно влюблена в Распутина, то ли- в его творчество, то ли- в него самого. Мне нравилось сидеть на площади имени Кирова, наблюдать за тем, как в каменную чашу падает непрерывно вода. Сидеть у костела, слушать вздохи органа. Наблюдать, как меняется караул у Вечного огня, как качают кронами высокие деревья, которых я видела только на полотнах голландских живописцев. Особая атмосфера, настроение, царившее в этом месте- все это захватывало.
Нравились мне в Иркутске трамваи, которые со звоном несли нас мимо приземистых деревянных домиков с одуванчиковыми полянками, которые встречались даже в центре города, мимо Планетария, что расположился в старой церкви, мимо действующих церквей, в одной из которых я неожиданно для себя столкнулась в темном углу с портретом российской царицы Екатерины. Парадный портрет царицы в эпоху развитого социализма- это было немыслимо.
Нравился мне Студгородок, в котором я жила. Микрорайон Юбилейный, который был недавно построен у леса, по утрам нас будило цоканье копыт лошадей по бетону. Однажды мы ходили в лес и я нашла ландыш, маленький хрупкий цветок. Еще мне нравилось ходить с подругами в театр имени Охлопкова. Мы посетили "Ромео и Джульету", "Ретро". Эти постановки запомнились мне,наверное, потому что были первыми в моей жизни. Театр ни с чем не сравнить. Его волшебство не умрет никогда.
А еще в этом городе было много друзей из Кемерово,Новосибирска, Камчатки, Тикси, Мирного, Читы. Ведь наш университет,то есть отделение журналистики было единственным в Сибири.
Очень любили после сдачи сессии ходить в пельменную, где заказывали пельмени, второе, пирожки и многое другое, как будто собирались наесться на всю оставшуюся жизнь. Помню, как наша подружка Тамара, выйдя с пельменной, сказала:"Это же идиотизм наедаться так".
Любили мы и кафе "Мороженное", в котором было полно студентов и туристов- немцев,одетых в одинаковые вельветовые пиджаки и джинсы. Они казались нам такими франтами.
Помню студенческую больницу, которая меня спасла от крупозного воспаления легких. Здесь нас, больных, было много:девчонки из различных городов страны, много было девушек-монголок.Они учились русскому языку в Иркутске, а потом уезжали в Москву продолжать образование. Я была у них переводчицей и за это они, несмотря на все мои протесты , брали на меня порцию второго с мясом. Иностранцам порции выдавались с мясом, а нашим студентам-без. Дети страны Советов как будто были все сплошь вегетарианцами.
Еще мне очень нравилось бывать в Художественном салоне. Часто мы ходили по улице Урицкого. В эпоху тотального дефицита улица Урицкого была чудом.
А еще мне запомнился один солнечный вечер, когда мы с подружками вышли из кинотеатра на пустынную улицу, что было невероятно. Стоял посреди улицы занесенный золотыми листьями трамвай и было тихо, солнечный свет падал откуда-то сбоку и лучи мягко золотили дома, трамвай, удаляющуюся перспективу улицы. Это было чудесно. За все это я люблю Иркутск и называю его своим. А еще и самое главное, за наш универ, который стоял на набережной, и много было получено в нем...
Сегодня приснилось, что у Nightwish была пресс-конференция. И Туо решил признаться в том, что он не девственнк(
[показать]). При этом он толкнул весьма трогательную речь, что он типа не жалеет об ее потери, что все было по обоюдному согласию, что Nightwish за него тоже счастливы...........(*и больно ему не было* [показать]).
Аминь.
На прошлой неделе в личных целях обходили иркутские магазины. мда.....
В "Электрик-сити" (оба магазина) ВСЕ кофеварки-эКспрессо (причем уже как полгода точно), а газовые плиты с функцией "электроподжиК"! Да даже китайцы/кавказцы на рынке научились уже более-менее грамотно ценники писать, в конце концов им, как иностранцам, простить такое можно...
В "СВЕТ И МУЗЫКА", что в тц "Престиж", перед входом стоит напольная растяжка (не знаю, как правильно называется), большая, цветная....с лозунгом "клавишЫ по доисторическим ценам", красивыми такими крупными буквами. Своими б глазами не видела-не поверила б, что ДО ТАКОГО может дойти, ведь на любом из этапов производства/установки в глаза бросается...если в школе учился, конечно ж....
куда все катится....
Не пойми неправельна
(*рыдает и решает повесица. это будет правельна*)
мне брльше нечего тебе дать.Эит все, что я могу
(*а я больше не могу!!! *уходит вешаца*)
Лазурный ежик отшвырнул в сторону пакет сока,и смачно ебнувшись об косяк
на выходе из "пище-блока",дал газу к двери
(*1. авторский язык сохранен (хотелось бы добавить: "и прибит к
воротам в воспитательно-назидательных целях")
2. секс с косяком - это снова к психоаналитику*)
милый...Шадоу...-мурлыкал Сонька: урчание обоих достигло паппагея
(*давица испацтола*...чей папа гей?*)
улыбнулся ему опасно нежной, удавьей улыбкой
(*не пытайтесь повторить это дома!*)
После изнасилования, Гарри входит в наследие.
(...)
…там ВОДИЛСЯ Поттер..(*а дайте адрес заповедника, а?..*)
Это цитата сообщения crazy-anka Оригинальное сообщение
ФИНСКАЯ "ОПЕРА"(ТИП МЫЛЬНАЯ)
Тоска съедала Вилле Вало,
И сердце рвалось из груди,
Любил он Бэма, что Марджера,
Того что любит скейтборды!
Любил он Бэма и не ведал,
Что Юрки полюбил его.
А Юрки как-то раз обедал,
У Лаури, что любил его.
Страданья мучили Лаури,
Любовь испепеляла дух,
И как-то обкурившись дури,
Он о себе придумал слух.
Ужасный слух, и непристойный,
Что Юрки - девушка его,
Что Вилле некрофил бесполый,
Туруннен Тарья - мать его.
И вот однажды леди Тарья
Прочла в газете этот слух,
Она любила Вилле Вальо,
Того, что любит Юрки дух.
Тогда грустить не стала Тарья,
Взяла перо, строчить письмо,
Письмо родному Вилле Вальо,
Предсмертное свое письмо.
Там с грустью написала Тарья,
Что любит только лишь его,
Что любит только Вилле Вальо,
И что помрет лишь радь него.
Письмо отправив Вилле Вальо,
Она откинула коньки,
Готичную чувиху Тарью,
Зарыли прямо у реки.
Узнав к чему приводят слухи,
Лаури тоже тихо сдох,
Над трупяком кружатся мухи,
Под телом зеленеет мох.
Узнав об этом Бэм Марджера,
Поклонник тайный всех финнов,
Не выдержал такого Хелла
И на скейтборде мирно сдох.
И вся Америка в печали,
На панихиду Бэма шла,
Америка - страна морали,
Великолепная страна.
И даже Буш над гробом Бэма,
Скупую проронил слезу,
Печальна так сия поэма,
Но тайна кроется внизу.
Америка похоронила сына,
А Вилле этого не знал,
Ведь он был в пригороде Рима,
Там песни грустные спевал.
Когда ж прознал об этом Вилле,
Решил печаль топить в вине,
Но проспиртован бедный Вилле,
Печаль не топится в вине.
Тогда решил бедняга с горя,
Убиться с каменной скалы,
Вот он стоит, а снизу море,
И в тело впились комары.
Тогда решил, пусть выжрут нафиг,
Мой милый Бэм, ты жди меня,
И если верен этот график,
С тобою скоро Буду я!
Был верен график, очень скоро,
Сожрали Вилле комары,
Лишь от него осталась кожа,
Фанаты верные ХЕР'ы!
Узнав об этом диком море,
Финн Юрки не убился сам,
Не впал в депрессию и горе,
Он водку глушит по утрам.
Он ходит к Вилле на могилку,
И садит разные цветы,
Он часто вспоминает Вилку,
Готичны финские мечты...