Вы извините, но буду писать предельно откровенно - как есть и как было.

Да, я учил в школе про "22 июня, без объявления войны...", подвиг панфиловцев, блокаду города на Неве, Курскую дугу, взятие Рейхстага. Смотрел "В бой идут одни старики", "Освобождение" и "Они сражались за Родину".
Мне мама рассказывала, как она видела первые дни оккупации в Смоленске, будучи 13ти летней девчонкой....

В тринадцать лет - мне плевать было! Обязаловка, как надоело, ну сколько можно, ну умерли и умерли...
В пятнадцать: господи, да когда же это кончится - ведь столько лет прошло! Ну, что - больше не о чем говорить и нечего вспоминать?
В двадцать три: а ведь нам врут! Не было никаких Панфиловцев! Сталин писал Гитлеру в июне сорок первого, через болгарского шпиона, что согласен отдать территорию до Сибири. Наши тоже творили зверства....
В тридцать: Черт! А ведь в этой тюрьме сидят люди, которые готовы жизнь положить за Родину! Так почему они тут? И, кажется,они на самом деле правы....

В сорок один: Вы знаете - мы с женой пошли в магазин, купили бутылку водки и выпили ее не чокаясь! Мы не говорили о Войне. Мы не обсуждали что-то связанное с ней. Просто ПИЛИ НЕ ЧОКАЯСЬ... Мы начали чувствовать!

Те жизни и души, которые стоят за цифрами потерь.

Ту боль, которая страшной волной прокатилась по нашей стране. Кислый запах пороха от выстрела пушки, запах дерьма и тлена - враги и друзья в смерти пахнут одинаково.

Чужая лающая речь, чувство безысходности для тех,кто не может убивать.

Мы проиграем? - эта мысль билась в подсознании всех, когда Враг стоял под стенами столицы. Мы слышим и ее.

Не боль, не стыд, а безысходность для тех, кому ампутировали руку или ногу и сказали, что на фронт дороги нет! НЕ ОБЛЕГЧЕНИЕ - ОТЧАЯНИЕ!
Они, наши отцы и деды, зубами рвавшие глотку фашистам, плакали как дети, оттого, что их не пустят на фронт!

Мы - страна победившая фашизм. Не Америка, не Европа - мы! Да, они помогали, да они теряли своих солдат, но только тогда, когда поняли, что мы победим.

И они не потеряли 30 МИЛЛИОНОВ ЖИЗНЕЙ ради этого.

Может быть сорок один соотносится с сорок первым годом? Может быть именно тогда начинаешь слышать голоса погибших?

Мы пили и плакали...

Мы помним вас! Тех, кто дал нам жизнь! Тех, кто не думал о сегодняшнем бабле и привилегиях - кто шел в бой, зная, что там, впереди - СМЕРТЬ!

Мы завтра с утра возьмем нашего внука, купим охапку гвоздик и научим его дарить эти цветы ветеранам!

А, когда он вырастет чуть-чуть - мы расскажем ему о Войне!
Не так, как рассказывают в Америке и не так, как рассказывают в Европе.... А как есть - такой, какой она была! С генералом Карбышевым, с Маресьевым, с Освенцимом и Майданеком, с Гастеллой и Курской Дугой, с взятием Берлина и Праги...
Мы передадим ему то, что знаем и чем больны сами!
А вы?

P.S. Я горжусь своими предками. Я только (случись беда) хочу быть им равным! И - буду! Даже не сомневайтесь!
P.S. Я не сумел найти песню, но вот стихи, которые без музыки ничего не теряют (я не смогу сказать о Войне так, как Он):

Уж, наверное, ягоды спелые,
Нам не видно в окно полисад,
А в палате стерильные, белые
Стены розовым красит закат,
Но леченье идет без усердия,
А зачем? Мне осталось дня три.
Погоди- ка Сестра Милосердия,
Посмотри на меня, посмотри.

Посмотри на меня некрасивого
(Я и раньше-то был некрасив),
Посмотри, я прошу тебя, милая.
Что ж ты плачешь, губу прикусив?
На Ордынке, у церкви в безветрие
Нам болтать бы с тобой до зари.
Ах, Катюша, Сестра Милосердия,
Посмотри на меня, посмотри.

Вот и все. Вот и больше не надо.
Скоро ангелы в путь протрубят.
Эту в свете вечернем ограду,
Этот теплый июль и тебя
Позабыть не успею до смерти я,
Ведь и впрямь мне осталось дня три.
Ради бога, Сестра Милосердия,
Не смотри на меня, не смотри.

Не смотри, когда утром остывшего
Мужики меня вниз понесут.
Попроси за меня у всевышнего
Не затягивать божеский суд.
И когда окажусь в земной тверди я,
И наполнится карканьем высь -
В этой церкви, Сестра Милосердия,

Помолись за меня, помолись!
п о м о л и с ь...............................
(Олег Митяев, Альбом "Светлое прошлое" - Сестра Милосердия)