[200x278]
ОРЛОВСКИЙ ХРИСТА РАДИ ЮРОДИВЫЙ АФАНАСИЙ АНДРЕЕВИЧ

Человеком он был заметным – высокий, стройный и плечистый, лицо светлое, с черной окладистой бородой и большими серыми глазами; казалось, что он видит человека насквозь. И одевался он своеобразно. Чаще всего это была рубаха навыпуск, штаны из домотканого полотна да еще крестьянская свитка. На шее – полотенце или шарфик, завязанный узлом. Нательный крест носил всегда поверх одежды. Обут был в калоши с носками или онучами, а чаще ходил босиком. Просто так Афанасий Андреевич никогда не ходил, а все время наклонялся и что-нибудь поднимал с земли – склянки, спички, камешки, куски газет. Свои находки он прятал в карманы или клал за пазуху, чтобы потом раздавать людям, каждому по смыслу. При этом часто повторял свою любимую присказку: «Ищите родственность между предметами, привыкайте решать задачи». Получив от блаженного Афанасия железочку, скляночку или обрывок газеты, люди не сразу догадывались, к чему бы это, а лишь по прошествии времени многие понимали, что он предсказал их судьбу.

что Афанасий Андреевич как бы невзначай отвечает на их мысли, говорит, что у них на душе или о том, что должно было случиться. Верующие люди приглашали его в свои дома, кормили, обшивали и обстирывали. Своей аскетической жизнью и прозорливостью вскоре он стал известен во всем городе. Люди шли к нему за утешением, мудрым советом, учились у него смирению и стойкости. Не только миряне, но и уставшие от постоянных преследований монахини рассказывали ему о своих мытарствах и спрашивали, когда же все это прекратится. Зная все наперед, блаженный отвечал им так: «Молитесь и вам дастся».
Народ ходил за ним толпами – всем хотелось узнать: что же будет, как и когда кончится война, живы ли дети, мужья, братья? Кто шел к нему с чистой душой, с верой в Бога, тому Господь Сам открывал, а тем, кто шел праздно, из любопытства, блаженный отвечал: «А что? Я ничего не знаю!» Один вопрос одинаково волновал всех в городе – немцы останутся или придут свои? Ответ был на этот раз вовсе незамысловатый. Его и сейчас знает каждый коренной житель города, ибо от родителей услышали и детям своим передали. Блаженный Афанасий сказал: «Сапоги уйдут, а лапти придут». Сапоги-то у немцев были крепкие, с коваными подковами.
Наши пришли. С фронта стали приходить письма, но не всем. А как верующему человеку молиться? О здравии или за упокой? Вот и шли к Афанасию Андреевичу за советом, за ответом, каждый со своей надеждой или бедой. Он всех выручал – советовал и поддерживал. Вот с таким-то вопросом – как поминать? – пришла к нему одна женщина, у которой брат и муж были на фронте. И он сказал ей о муже: «Из ржи муку сделали. А из муки рожь нельзя сделать». И получила она о нем впоследствии похоронку. А вместо ответа о брате вынес блаженный носовой платочек и говорит: «На тебе. Это я его нашел, береги!» Через некоторое время пришли люди из военкомата разыскивать родственников этого брата и сообщили, что он жив, но писать не может, так как находится за границей.
В те годы люди жили дружно, делились друг с другом горем и радостью, старались помочь ближнему. Был такой случай. Соседке Анастасии Александровны – Марфуше – долго не было писем от сына. Плачет Марфуша, убивается, а другая соседка посылает ее к Афанасию Андреевичу. Марфуша блаженного не знала, но пошла искать. Нашла его в Афанасьевской церкви. Видит, люди к нему бегут, спрашивают. Ну и она, когда подошел черед, спросила: «Как мне сына поминать? Живой ли он?» А сама глаз со старца не спускает, волнуется – вдруг скажет «за упокой». А он ее по плечу похлопал и говорит: «Вон, смотри, мама идет с сумкой. Быстро, быстро, быстро! Адрес? Где живешь? Номер дома? Иди, иди скорей, вон мама с сумкой пошла!» И убежал от нее. Ничего не поняла Марфуша, идет домой расстроенная, сама себя и других ругает за то, что верят люди всему. А про Афанасия-то думает: «Ненормальный, я ему про сына, а он про маму с сумкой. Зря только день потеряла». Пришла она на свою улицу, а там бегает дочка ее младшая. Увидела мать, бежит к ней сломя голову и кричит: «Мамка, мамка! Почтальонша от Васи перевод принесла». Остолбенела Марфуша, ее будто прострелило. Тут она все поняла: мама с сумкой – ведь это же почтальон! Прибежала она домой, а на столе перевод лежит на 400 рублей, а на обратной стороне несколько слов от сына: «Мама, лежу в госпитале, поправляюсь. Скоро приеду. Твой Василий». Вся улица узнала эту новость. Оставшиеся в живых помнят об этом и сейчас.
Там, где появлялся Афанасий Андреевич, сейчас же вырастала толпа людей – всем хотелось спросить о себе, о своих близких. А он среди толпы как не от мира сего – высокий, стройный, как струна, несмотря на возраст, весь седой, длинная борода, лоб большой, большие серые глаза смотрят как бы поверх человека. Рубашка на нем навыпуск, подпоясана поясочком с бахромой, полинявшие брючки, галоши. На шее крест и полотенце вместо шарфика. Людей он не избегал, старался как можно лучше послужить им, помочь тем, кого давно знал и кого встретил в первый раз.
Война только закончилась. Летом 1945 года на ул. Горького торговали клубникой. Вдруг народ в очереди зашумел – Афанасий Андреевич идет! Он подошел к прилавку. Продавщица насыпала ему кулек клубники, но он не взял, сказав, что такое не ест, а вот это ест, – и вынул из кармана сухарики. Потом развернулся, собираясь уходить. А в это время женщина из очереди обратилась к нему, желая задать вопрос. Но не успела она и рта раскрыть, как он, взяв ее за плечо, говорит: «За морем, за океаном тук-тук-тук! Поезжай, не бойся!» Взволнованная женщина, успокоившись, рассказала, что брат ее работает в посольстве в Америке и прислал ей вызов. А она одинокая и боится отправиться в такое путешествие. Желая получить совет у Афанасия Андреевича, она получила его, не успев задать вопрос. Блаженный старец предугадал ее мысли и укрепил в решении.
Та же женщина, что клубникой торговала, видела блаженного старца еще раз весной 1946 года. Полоскала она со своей знакомой белье на реке Орлике. А через подвесной мост проходил в это время Афанасий Андреевич. Одет он был, как всегда, в длинную домотканую рубашку с поясом, такие же домотканые брюки и босиком. На шее висел большой крест на толстой цепочке. Женщины подошли, и одна из них, давно не получавшая весточки от сына, спрашивает: «Вернется мой сын или он погиб на фронте?» Афанасий Андреевич говорит: «Вон, вон, вон идет!» и показал на идущего вдалеке военного на костылях. И через месяц вернулся сын той женщины из госпиталя без обеих ног.
Сколько людей, столько судеб. И многие из этих судеб предсказал старец Афанасий – юродивый Христа ради. Причем не только предсказал, но и помог принять правильное решение. В одной орловской семье была дочь на выданье, Тамарой звали. Афанасий Андреевич часто приходил к ним, и ему всегда были рады, любили его. Да ведь его, видно, нельзя было не любить, не почитать. Подошел он к девушке и говорит: «Трах-бах, зубов нет. Хромает на обе ноги. Плохой человек!» Вскоре пришел к Тамаре свататься жених, посмотрела она, а зубы у жениха все вставные, металлические. Тут и вспомнила она слова блаженного, испугалась и отказала жениху. А замуж потом вышла совсем за другого человека, хорошего.
Многим людям предсказал прозорливый старец их будущую работу, профессию. Одной девочке еще в 1942 году дал карандаш и сказал: «На, он тебе годится на всю жизнь. Будешь делать то, что летать будет». Так и случилось – проработала она всю жизнь конструктором в особом отделе, с космосом связанном.
А с другой, Верой, вот что случилось. Идет она однажды домой, на ул. Пушкинскую, через ров, что близ бывшей семинарии был, а во рву Афанасий Андреевич корову пасет хозяйскую. Девочке было в ту пору 12 лет, и была она веселая и смешливая. Поздоровалась со старцем. А он газету читает. Почитает – на девочку посмотрит, еще почитает – и опять посмотрит так значительно. И девочка та 30 лет почтальоном проработала, тяжелую сумку с газетами носила.
В эти годы познакомилась с ним и Мария Кириллова, супруга диакона Андрея, впоследствии взявшая на себя труд записать рассказы очевидцев о жизни блаженного. Рукопись эту монашествующие передали из Орла за границу, она была опубликована в 1988 г. в США в ежегоднике «Православный путь».
И сейчас на могиле блаженного старца совершаются многие чудеса и исцеления. Иеромонах Корнилий (Головков) сам лично Афанасия Андреевича не знал, но много слышал о нем от своих знакомых, верующих христиан, которые чтили и чтут его как орловского святого угодника Божия. Это почитание передалось и ему, тогда настоятелю возрождавшегося Орловского Успенского мужского монастыря.
Шел июнь 1997 года. У отца Корнилия обострилась старая травма позвоночника, так что он не мог поднять даже ведра воды – такой сильной была боль. Пришел он на могилу к Афанасию Андреевичу и с верой приложился к кресту больным местом. А через несколько дней случилось так, что, спускаясь со ступеней строящегося дома, он поскользнулся и упал с небольшой высоты на камни. Он ощутил острую, до потери сознания боль; потом, превозмогая себя, дошел до кельи и лег на кровать. Сознание долга заставило его встать, чтобы пойти на послушание. И что же? Позвоночник больше не болел, он был здоров! Понял отец Корнилий, что это Господь, по молитвам старца Афанасия исцелил его и направляет туда, где он нужен.
А вот что случилось с монахиней Введенского женского монастыря семь лет назад. Заболела у нее нога в области щиколотки – ни ходить, ни стоять нельзя. К врачам не пошла, все терпела. Две женщины, прихожанки храма Святой Троицы, что на территории Успенского мужского монастыря, собрались пойти на могилку Афанасия Андреевича со своими немощами и болезнями и взяли с собой монахиню. Дело было весной. Постояли они, помолились и стали тереть больные места песочком с могилки. Глядя на подруг, монахиня потерла песочком свою больную ногу. И только через два дня спохватилась – нога больше не болела! Слава Богу, не болит и по сию пору!
Священник Олег Сучков, настоятель прихода храма Казанской иконы Божией Матери в п. Нарышкино, узнал об Афанасии Андреевиче в начале 90-го года. Тогда же впервые он побывал на могиле у старца. Однако, до принятия священства было еще далеко. Олег Сучков, укрепляясь духовно, выбирал свой путь: желалось ему и монашества, и священства. Наконец по промыслу Божию решение было принято – он решил стать священником и, ожидая рукоположения, жил при Крестительском храме. Но вот беда – у него не было невесты. Невесту ему искали чуть не всей епархией. Но подходящей так и не нашли. Сам же Олег, пока жил при храме, каждый день ходил на могилку к Афанасию Андреевичу и просил его помочь ему в этом деле, просил указать конкретно девушку, ведь ошибиться было нельзя. А потом как бы случайно познакомился он со Светланой. Она пела на правом клиросе в Крестительском храме. Стал Олег думать: «Ответ это, или нет?» Но сам решения принять не мог и опять молился, опять просил блаженного старца: «Афанасий Андреевич, я человек очень нерешительный, пусть все произойдет без меня, без моего участия, чтобы я не предпринимал никаких шагов». И еще в очередной раз пошел он на могилку и молился очень даже настойчиво: «Чтобы точно Господь показал мне невесту, чтобы несколько раз, чтобы определенно, мне нельзя ошибиться!» А когда встал, обернулся и видит – стоит невдалеке Света, а на кладбище больше никого и нет. А Света, оказывается, приходила на могилку своей бабушки. От неожиданности Олег растерялся и сразу с могилки старца не ушел, а помедлил. А когда пошел, видит – Света стоит у храма и завязывает шнурок на обуви, он у нее развязался. И пошли они вместе. Сама же Света в свои 17 лет стремилась душой к Богу и все время просила, чтобы Матерь Божия Сама ее жизнь управила. Знакомство с Олегом и судьбу матушки восприняла как подарок, как ответ на ее просьбу.
А вот какой замечательный случай произошел совсем недавно, осенью 2002 года. Одинокая женщина лет 35-ти, москвичка, не нашедшая себе места в мирской жизни, решила уйти в монастырь. Может быть, решение ее было еще неопределенное, только стала она ездить по монастырям и присматриваться, куда бы лучше ей определиться. Так очутилась она и в Орле. Очевидно, монахини Введенского женского монастыря, сами обращающиеся за молитвами и помощью к Афанасию Андреевичу, посоветовали и ей сходить на его могилу. Она так и сделала. Пришла и молилась, просила помощи и совета. Молится она, а ответа нет. С горечью и обидой говорит женщина Афанасию Андреевичу: «Ну что ж! Видно, ты только своим помогаешь, орловским, а я чужая». Поднялась она с колен и видит, что подошел к ней священник и говорит: «В монастырь хочешь? Я благословляю тебя». И назвал тот монастырь, в какой ей уйти. Пока удивленная женщина обдумывала ответ, священник тот и пропал. А женщина пришла в храм Успения Божией Матери Орловского мужского монастыря, побыла там, а потом посмотрела духовную литературу, иконы и купила себе икон на значительную сумму. А когда решила купить книжечку об Афанасии Андреевиче, глянула – а денег уже нет, только на обратную дорогу осталось. Она запечалилась. И тут раба Божия Нина, что в свечном ящике послушание несет, вспомнила, что лежит у нее где-то одна книжечка об Афанасии Андреевиче, оставленная «на всякий случай», из тех, которые бесплатно раздавались прихожанам храма. Вот он, этот случай, и подошел. Нашла Нина книжечку и подарила женщине. И той и другой радость была. И все во славу Божию и в память о святом угоднике Божием! Тут-то и рассказала приезжая женщина свою историю.
В конце лета 2002 г. настоятелю храма Иоанна Крестителя протоиерею Иоанну Троицкому позвонила служащая храма и сказала, что приезжий мужчина из г. Тулы, возвращаясь с могилы блаженного Афанасия, подошел к ней и сказал, что хотел он увидеть настоятеля храма и поговорить с ним об Афанасии Андреевиче. В этот день встреча их не состоялась, но приезжий записал домашний телефон настоятеля. Через несколько дней к протоиерею Иоанну (по его приглашению) пришел домой мужчина. Но это был не тот приезжий из Тулы, а его представитель в Орле и даже заместитель в их работе, которой они оба успешно занимаются. И рассказал этот представитель, что начальник его давно почитает блаженного Афанасия как святого угодника Божия, обращается к нему с молитвой, регулярно приезжая на его святую могилу, и получает удивительную помощь во всей своей жизни. И успехами в работе он тоже обязан ему, Афанасию Андреевичу, его святым молитвам. И потому человек этот в благодарность за помощь хотел бы поставить на могиле старца хороший памятник за свой счет.
Выслушав собеседника, протоиерей Иоанн Троицкий, он же секретарь Орловско-Ливенской епархии, заметил, что с памятником лучше повременить, так как епархия готовит документы в Синодальную комиссию с просьбой о причислении к лику святых блаженного Афанасия Андреевича, юродивого Христа ради. Вот тогда-то, если Бог даст исполнить задуманное, понадобятся денежки для изготовления раки, в кою будут положены обретенные мощи блаженного старца. Узнав об этом, благодарный почитатель Афанасия Андреевича с радостью согласился подождать этого замечательного события, коего ждут многие орловские, брянские, тульские и другие православные.
Аминь.

Житие Афанасия Андреевича Сайко, юродивого Христа ради, поучительно для нашего времени. В этом суетном мире он многим казался безумным. Взяв на себя этот редкий и трудный подвиг христианского благочестия, выстоял до конца, являя собой в эпоху гонений на Церковь образ кротости и смирения.
В 1994 г. по запросу общины Свято-Троицкой церкви Орловского Успенского монастыря, Афанасий Андреевич Сайко был реабилитирован по делу 1931 года. В 1995 г. Независимая психиатрическая ассоциация дала заключение, что «А. А. Сайко в нахождении в больнице не нуждался… Для длительной изоляции в стационаре, запрета на посещения и получение передач медицинских показаний не было».
Орловские жители – священнослужители и миряне, старые и малые, знавшие лично Афанасия Андреевича и слышавшие о нем от своих близких и знакомых, ранее и сейчас обращаются за помощью к старцу.
Епархиальная комиссия по канонизации Орловско-Ливенской епархии.


Когда Афанасия Андреевича спрашивали:

- Что вам принести? В чем вы нуждаетесь? Он отвечал, становясь при этом, как солдат, навытяжку:

- Я ни в чем нужды не имею.

Когда Афанасия Андреевича просили: "Не забудьте, помяните нас в своей молитве", старец всегда отвечал:

- Никто не забыт; ничто не забыто.