Сегодня днем я не нашла времени пообедать. Часам к семи я поняла, что просто зверски хочу есть. Как раз в тот момент, когда я воровала из холодильника чей-то чужой хлеб в пакетике, на кухню вошел финик. На воре и шапка горит и мне сразу показалось что финик знает, что этот хлеб я сперла - уж очень мерзкая была ухмылочка у него на лице. Но я решила держать лицо и идти до конца и уверенно достала хлеб из пакетика. Хлеб оказался двумя кусочками черного хлеба неаккуратно намазанных маслом. Когда я стала счищать над мусоркой масло с хлеба, Финик небрежно заметил, что и сам терпеть не может масло на хлебе, и именно поэтому он не стал есть эти бутерброды. Что, мол, он рассердился, увидев хлеб, намазанный маслом, предназначенный для завтрака в офисе. Е-мое! Это ж надо было так попасть: мало того что меня застукали на месте происшествия, так ведь и кто застукал! Сам пострадавший. Пришлось импровизировать и стоить из себя особу со слоновьей кожей: типа мне все нипочем.