Я не шучу сейчас, но в последнее время наша дорогая редакция несколько опасается говорить вслух при чужих некоторые самые обычные философские слова - ну там исихазм, коэволюция, монада, упанишады, эсхатология и еще дохуя чего. Опасаюсь из-за того, что количество неграмотных людей сейчас настолько возросло, что я легко могу оскорбить нежные чувства многочисленных ранимых дураков, поскольку некоторые из них воспринимают нерушимую стабильности развитой эпохи кукиша в кармане как богослужение, колючую проволоку как эмерджентность, а сакральные провода под высоким напряжением как категорический императив. (И в данном контексте слова "неграмотный" и "безграмотный" - синонимы, а не антонимы, если кто вдруг дотошный и обиделся.)

 

Но, тем не менее, рассказываю. Вчера сижу и как обычно читаю книгу, чтобы убить время до полдника. Книга хорошая, толстая, бестселлер, все как мы любим - с картинками, бумага сыктывкарский офсет, гарнитура Таймс. Называется К. Г. Юнг "Архетипы и символы". Читаю, что-то записываю в блокнотик, а что-то обдумываю. что-то хвалю, а что-то -хулю. Всё как всегда. До тех пор, пока не почувствовал, что это не я читаю книгу Карла Густава Юнга "Архетипы и Символы", а это книга "Архетипы и Символы" читает меня. И тогда я решил перекурить, отдохнуть и расслабиться, то есть отвлечься. Для отвлечения я стал  расслабленно философски думать о прекрасных девах. Я про них постоянно думаю, когда отдыхаю. Вот и в этот раз. Да так глубоко задумался, так глубоко запал на тему, что отложил в сторону свои Архетипы и Символы с закладкой на 584 странице, потом тупо уставился на море и уже стал философски думать о девах сам по себе, без помощи Юнга. 

 

Во первых я сразу подумал, что ваще не представляю, как можно такому нежному и трепетному существу как прекрасная дева (я имею в виду не какую-то конкретную чувиху, а прекрасную-деву-вообще-всегда-во-всём-и-так-далее, деву как платоновскую идею или философскую категорию, а не как конкретное существо с ушами, с глазами и пр.)  Так вот, сижу, гну извилины, кумекаю как такому существу как нашей деве-.-и-так-далее - чуткому и ранимому во все места, вот в кого-то гендерно отличного взять и влюбитца. 

 

Сижу, представляю, а  представить не могу. Ни гаму эмоций не придставляю, ни палитру переживаний, ни, особенно, буйство её девы-...-и-так-далее - ласк и половодье чувств в приложении к кому бы то ни было из мужчин-вообще-и-так-далее. 

 

Да и как, божечкаж ты мой, можно? 

 

Ведь мужчина-и-так-далее - это какой-то чужой, явно подозрительный человек с прекрасным с добрым с умным с незнакомым лицом у которово неизвестно что на уме. Который, может быть, в свободное от поедания хрестианских младенцев время, номинируется на звание чемпиона мира по вечернему распахиванию плаща в бицевском парке. Блять, очень это все тревожно и опасно.  

 

И вы такие отважные и удалые - я прямо в восхищении.

 

Уж я даже не говорю, а просто молчу в кулачок в тряпочку о том, штоп поебаца. Этож какой-то вопще левый человек-и-так-далее с тёмным прошлым беструсов (!!!) свойски прихватывает вас прекрасных дев-...-и-так-далее  за сисяндры. Что это, собственно говоря, такое? Не, нахнахнахнах. Страшно представить. Не для тебя мамка яготку растила!! А для меня.

 

Это типо я тут предварительно за вас, за всех прогрессивных прекрасных дев планеты, сидя у себя в саду, тихонечко паникую. Мол, родитса у вас мальчик, пойдет он в погреб за пивом, там-то его тяпкой и пришибёт. 

 

Ну надо же чем-то заняться ленивому философу с утра-то, после завтрака, а то опупеть чекануться можно от собственного стопудового умища-то..

 

Миру мурр. Между тем спешу также предупредить на всякий случай, что если вдруг вы плывете по реке, а на берегу сидят ваши враги - значит вы труп. Однако, верно и наоборот...