[273x400]Иногда надо уходить. Не чтобы потом возвращаться, нет, этого никому не надо. Просто уходить, вдаль пустынного осеннего парка или по железнодорожным путям, как в той песне. Уходить от себя, от других, убегать, боясь обернуться, уходить из кафе, оставив деньги на столике, уходить из булочной, уходить из дома, покормив кота, уходить из школы, из университета, уходить из города, из страны, из улицы, уходить от смерти, от жизни, уходить не куда-то, а просто уходить. Наступила весна, длинные, но слишком кратковременные вечерние тени, прогулка по шумному центру столицы, Филлиповская булочная, которая ныне превратилась в маленькую уютную кофейню, где вполне можно встретить старого друга (не далее как сегодня), да, да, шумная Тверская, плавно перетекающая в Тверскую-Ямскую, упирающуюся в Белорусский вокзал. Вот бы сесть на поезд, без билета, просто так и уехать куда-нибудь в туманную сомнительную даль, туда, где, возможно, сходятся все параллельные трамвайные рельсы и кончается "никогда". Если вечность и существует, то это всё - кончается там, в Вечности. "Eternity for you, my dear hearty friend" - посылаю я ответ в Прагу моему хорошему другу. "Вечность для тебя, мой дорогой сердечный друг". Вечность. Там, где кончается всё, но в то же время - ничего не кончается, а только застывает в этом последнем моменте окончания. Страшная, должно быть, штука. Никогда не надо сомневаться, что всё кончится, но всегда надо ставить под сомнение вопрос окончания всего. Так, наверное, принято считать у каких-нибудь философов или ещё как... Мне пока что всё равно - не хочу узнавать смысл жизни, не хочу умирать, не хочу оставаться без любви, не хочу, чтобы меня доставали глупые люди, не хочу, не хочу, не хочу... Слава богам, я не подвержена дерпессии (ну, это мы ещё, положим, выясним позже - ехидничает организм), только тоска иногда скребёт. Уже не по ночам - ночью я отрубаюсь и сплю, соплю себе в подушку как сурок. Много уж очень изменилось за полгода. На этом бы точку поставить, но нет, меня прёт дальше. Что надо сделать, чтобы совсем, окончательно и бесповоротно превратиться в другого человека? Да нет, не превратиться, но стать точной его внутренней копией, стать абсолютно похожим на него. Или хотя бы не абсслютно - не знаю, на такие мысли меня подвела Ира, когда я дала ей прочесть список. - Это про тебя, да, - не спрашивала, а утверждала она. - Да как тебе сказать, Ир, - отвечала я, чеша репку, - здесь есть многое про меня, даже, я бы сказала, слишком, пугающе много. - Так и есть. Но это разве не про тебя? - Сама посуди, я не делаю некоторых вещей... - А, ну да, я вижу. И всё-таки, кто это? - Да известно кто, - отвечаю задумчиво. - А... Что я могу тебе сказать - тебе надо стать или совсем похожей или плюнуть и оставить всё как есть. - А если нельзя оставлять? Нет, ты представь, что со мной будет. Сама ведь знаешь, уже видела один раз... - Да... Я не знаю. Кэт, я действительно не знаю. - Никто не знает, в том-то и фигня.
Мысли с пугающей быстротой возвращаются к сцене в метро. А чтобы было бы, еслибы я бы тогда бы... Нет, Кэт, ты не о том человеке думаешь. Забудь. Забудь как можно скорей и не парься. "Не парься, би хэппи" - напевает мне в таких ситуациях вилка. Правильно, стало быть, напевает
Настроение сейчас - непонятное В колонках играет - знакомая мелодия