Я тащил через лето котомку с подлатанными валенками,

По жаре и по зною две пары резиновых сапог,

Чтобы ноги в грязи и снегу не бывали окровавленные,

Помечая мой путь в каждый трудный ожидаемый срок.

Но в котомке нет места у меня под ботинки шипованные,

Под большие снегоступы, и туфли для плавленных пустынь.

И запасы котомки меня к одной дороге приковывали,

Где трава и бурьян, и промокшие по осени кусты.