И ни да, и ни нет. Что ж, дождался ответа почтового...

Синий ящик с эмблемой явился моими оковами,

А недремлющим стражником — древний седой почтальон.

Он единственный вестник в холодном и сумрачном карцере,

Промежутки меж кратких визитов большие и разные,

В остальном — просто жизнь, но похожая сильно на сон.

Стражник носит мне пищу; то хлеб и вода перепрелая,

Чтоб не умер от голода меж каменистыми стенами,

Я читаю горбушку ржаную опять по утрам.

И ни да, и ни нет. Значит, пытки и казнь отдаляются.

Значит, мимо проходит свобода, далёкая странница,

Значит, мне приговором — навеки служить кандалам.