Он - весьма богатенький Буратино, сделавший состояние на муниципальных московских подрядах, из тех -голиков (уж не знаю, трудо- или бабло-), которые не могут остановиться и до глубокой ночи сидят в конторе, проектируя новые сделки. Ему где-то в районе 40. Симпатичный, не в моем вкусе, но вообще ничего. Жулик и аферист, в друзьях со всей "верхушкой", лжец и интриган.

Она - студентка какого-то технического вуза, неглупая, но звезд не хватает вообще. Симпатичная, очень веселая, добродушная, открытая. В друзьях студенты. Ей около 20. Больше сказать о ней нечего.

Любовь! морковь! свадьба! все счастливы.

Отпраздновав как полагается, он возвращается к своей привычной жизни. Она, как порядочная жена (сик), после лекций скачет не в клуб, а домой, и ждет его там. Он приезжает в час ночи уставший как собака, сообщает, что безумно ее любит, и засыпает.

Так продолжается некоторое время. Когда она ему звонит, соскучившись, он часто сбрасывает ее звонки, потому что занят. Переговоры. Во время переговоров действительно ужасно выглядит, когда кто-то говорит в трубку: котик, я занят, перезвоню. Поэтому он сбрасывает.

Устав быть порядочной женой и опустошать от скуки бутики, молодая симпатичная девушка возвращается к прежней жизни - лекции, библиотеки, клубы, студенты. Ее грызет совесть - она ведет себя не как порядочная жена. Порядочная жена - это тыл. Муж - это фронт. И что это за тыл, который полночи по дискотекам шляется?

Она скрывает. Все выясняется случайно. Она пугается: что сейчас будет! А он даже удивился. Ты что! (говорит) Гуляй, конечно! ты же молодая, красивая, а меня все время дома нет. Я в офисе. Я занят. Я создаю базу. (Для будущих поколений) Гуляй, конечно.

А она расстроилась. Плачет и говорит: он меня не любит, вот как получается. Какие, говорит, в жопу будущие поколения, если я его только на фотографии вижу? И не нужны мне, говорит, его деньги. Я, говорит, мужа хочу. А на деньги эти проклятые мне наплевать - тьфу, тьфу на них.

Тут подключаются подруги. Те, которые тоже студентки и которые умирают от зависти. Они говорят: дура! скажи спасибо! а! о! у! ты что! (и с придыханием так) деееееньги! да если б нам! да мы бы! сидели бы дома! как миленькие!

А он бесится и говорит: я не понимаю, чего она от меня хочет. Я ее люблю. Я зарабатываю деньги. Я ее дома не запираю. Пусть что хочет, то и делает. Ей заняться нечем, что ли?

А она плачет и говорит: ага! либерал! нахуй ты мне такой нужен. Мне муж нужен. Который дома и ревнует, а не который в офисе и в гробу меня видел.

В общем, чем все кончилось, я не знаю. Они мне надоели до смерти, я ему сказала, чтобы он девочку взял к себе на работу и чтобы я о ней больше не слышала.

И вот что интересно? Жулик, аферист и генподрядчик 1968 г.р. демонстрирует вполне себе такие либеральные взгляды. Студентка 1988 г.р. - более чем традиционные. Он, конечно, мудак, что девочку одну бросил сразу после свадебного путешествия, но речь не об этом. Довольно символично получается, что поколение, которое должно быть как-то свободнее, что ли, чем предыдущее, выглядит более "зашоренно". Если сама студентка конкретизирует свои претензии к мужу как "не ревнует". То есть для нее не так даже обидно, что его дома нет, а что он "разрешает" (сик-сик-сик!) ей гулять по клубам. А ее подруги готовы осесть дома и сидеть как миленькие и быть надежным тылом.

То есть это разные аспекты одного и того же. Этой стране нечего ловить в модерне.