Ну, каждый, конечно, видит в песнях то, что хочет. И выдающиеся произведения в том числе этим и выделяются, что позволяют видеть в них разное. А Высоцкого вполне можно назвать выдающимся, ибо такого колоссального количества магнитофонных записей его песен при почти полной блокировке со стороны властей весьма мало у кого было. Высоцкий был по-настоящему народным артистом. А потому, хотя у него и много песен посвященных любви и конкретно Марине Влади, мне больше думается, что песня «Москва — Одесса», скорее о том как пытались замолчать, заблокировать его творчество, вообще избавиться от него самого. Заметьте, ведь, «Париж открыт». Высоцкий без особых усилий мог ездить за границу, и властям даже хотелось, чтобы он стал невозвращенцем: Кто-то вякнул в трамвае на Пресне: "Нет его, умотал, наконец! Вот и пусть свои чуждые песни Пишет там про Версальский дворец!" Но не это интересовало артиста, поэта и певца. Главное, что ему хотелось, так это раскрыться во всю ширь своей души, во всех своих ипостасях. Высоцкому то и дело запрещали выступать во многих местах, публиковаться во многих изданиях, сниматься во многих фильмах, издаваться на многих пластинках, выступать по радио, по телевидению. И неспроста. Ведь, многое о чем писал, говорил, пел Владимир Семенович было под цензурой. И он публиковал эту правду, это свое творчество, везде, куда только мог попасть, даже на полуподпольных мероприятиях. «И я лечу туда, где принимают».