Великий князь Николай Николаевич, сын императора, генерал-фельдмаршал, командующий гвардией, человек двухметрового роста и зверской силы, сидел в театральной ложе и скучал.
Балет его, в общем-то, не интересовал. Он любил другое — лошадей, войну, карты, женщин. Но театр в Красном Селе был его театром. Он сам его построил.
— Ваше высочество, — шепнул адъютант. — Смотрите. Та, что слева. В мазурке.
На сцене кружилась девушка. Невысокая, ладная, с живыми глазами и дерзкой улыбкой.
— Кто это?
— Екатерина Числова. Дочь повара.
Великий князь велел пригласить её в ложу. Она вошла с раскрасневшимся лицом.
— Вы хорошо танцуете.
— Я знаю.
Он рассмеялся.
— Дерзкая, — сказал он.
— А вы — большой, — ответила она. — Я таких ещё не видела.
Он смотрел на неё. Маленькая, живая, с искрами в глазах.
Совсем не похожа на его жену — тихую, религиозную, больную, вечно возившуюся с сёстрами милосердия.
— Приходите завтра, — сказал он. — Я пришлю за вами экипаж.
«Корова»
Александра Петровна, законная жена, была полной противоположностью Числовой. В 1856 году, когда ей было восемнадцать, её сосватали за двадцатичетырехлетнего Николая. В первые годы брак казался счастливым. Муж дарил ей цветы, писал нежные письма. В 1857 году родился первенец — Николай Николаевич Младший. В 1864-м — второй сын, Пётр. Дом на Николаевской улице был полон гостей, гремела музыка, кружились пары. Но после рождения Петра случилась беда. Экипаж, в котором ехала Александра Петровна, перевернулся. Сильнейший ушиб позвоночника — врачи сказали, что она никогда не будет ходить нормально. Она спала сидя — любое движение отзывалось прострелом. И муж отдалился. Сначала он приходил в её спальню, сидел рядом, гладил по руке. Потом — реже. Потом — перестал вовсе.
Всю себя она отдала благотворительности. Основала Покровскую общину сестёр милосердия — больницу, амбулаторию, приют для девочек-сирот, фельдшерское училище. Под её опекой находилось пять тысяч детей. На их воспитание она собрала два миллиона рублей.
Но для мужа это было смешно.
— Ты возишься с коровами и сёстрами, — говорил он, брезгливо морщась. — Грязная, в шерстяных чулках.
Он называл её «корова». При чужих. Открыто.
Пожар
Числова быстро поняла, что значит быть женщиной великого князя. Деньги, бриллианты, экипажи, прислуга. Она поселилась в доме напротив дворца. Когда хотела его видеть — зажигала две свечи на подоконнике. Преданный лакей смотрел из окна и докладывал великому князю:
— Ваше высочество, в городе пожар.
Николай Николаевич обожал пожары. Он вскакивал, хватал шинель и мчался в дом напротив. Числова родила ему пятерых детей. Великий князь был счастлив. У него давно не было маленьких детей — законные сыновья выросли и стали чужими. Он хотел жениться. Но Числова сказала: «У твоего брата самогО любовница, развода не даст». Она оказалась права.
Изгнание
Александра Петровна узнала обо всём быстро. Весь Петербург знал о второй семье великого князя. Сплетни ползли по гостиным, перешёптывались на балах, обсуждали в будуарах. Княгиня терпела, пока могла. А потом пошла к императору. Александр II выслушал её, покачал головой и сказал: «Вы сами виноваты. Зачем вы запустили себя? Кормите этих ваших сестёр милосердия, возитесь с коровами... Мужчине нужна красивая женщина рядом». Она вышла от императора белая как мел.
Николай Николаевич обвинил жену в связи с духовником. Священника допросили. Тот всё отрицал. Александр II не стал разбираться. Он подписал приказ: великой княгине надлежит немедленно выехать за границу на лечение. Без права возвращения. Чиновник пришёл к ней во дворец.
— Ваше высочество, — сказал он — Драгоценности... это подарки великого князя. Он забирает их обратно.
— Передайте мужу, — сказала она. — Я помолюсь за него.
В 1879 году она уехала. Она поселилась во Флоренции, потом в Неаполе. Денег было в обрез — император выделил скромное содержание, а муж отобрал всё, что можно. Болезнь не отступала. Спать — только сидя, на высоких подушках. Ходить — опираясь на костыли, каждый шаг — пытка. Врачи разводили руками: позвоночник не восстановить, нервные окончания повреждены. Она знала: до конца дней останется калекой. Но она не жаловалась. Она молилась. Писала письма сыновьям. Николай и Пётр, законные дети, переписывались с матерью тайно, боясь гнева отца.
Власть и туфли
Числова поселилась в Николаевском дворце и получила для детей дворянство и фамилию Николаевы. Она била великого князя туфлями по лицу, швыряла подсвечники, устраивала обыски.
Он ходил с синяками. Отвечая на вопросы любопытных, он говорил: «Упал». Он терпел. Потому что боялся её и любил. Его долги достигли 900 тысяч рублей. Император арестовал его имения. В 1889 году Екатерина Числова умерла от рака пищевода. Ей было 43 года. В шкатулке нашли векселя на миллион рублей — для детей. Великий князь пережил её на два года. У него нашли рак, а затем — старческое слабоумие. Он приставал к служанкам, хватал за руки молодых фрейлин, говорил непристойности. Его заперли в комнате и приставили охрану. Родной брат сказал: «Как человек такой непомерной глупости мог сойти с ума?» Умер в 1891 году в одиночестве. Александр III написал: «Эта смерть была желательна, последнее время-почти полный идиотизм».
Чудо
В 1881 году Александра Петровна вернулась в Россию. Не в Петербург — в Киев. Она поселилась в маленьком доме при женском монастыре, который сама основала. Купила участок земли, построила больницу, амбулаторию, рентгеновский кабинет — первый в Киеве. Она по-прежнему не могла ходить без костылей. Спала сидя. Боли не отпускали.
Но каждое утро она вставала и шла в церковь. Шла к иконе Почаевской Божией Матери. Александра Петровна молилась перед иконой часами. Просила об одном: дать сил служить другим. И случилось то, что врачи назвали невозможным. Однажды утром она проснулась и почувствовала: ноги не болят. Она села на кровати — не застонала от боли. Опустила ступни на пол — и встала. Без костылей. Без палки. Сама. Никто не видел этого чуда. Она никому о нём не рассказывала. Только записала в своём дневнике, который потом сожгут: «По вере вашей да будет вам. Я поверила — и Он исцелил меня». Сыновья умоляли её вернуться в Петербург, занять своё место во дворце. Она отказалась.
— Мой дворец здесь, — сказала она — Моя семья — эти сёстры. Моё богатство — больные, которых я лечу.
Она прожила ещё девятнадцать лет. Приняла тайный постриг под именем Анастасия — «воскресшая». Умерла в 1900 году. Похоронили её в монастыре. На могиле — белый крест и имя: Анастасия.