Легенда о магистре Гануше не умирает в веках, она тонко остерегает врождённое желание доверять и помогать живущим рядом человеческим персоналиям, внешне похожим на тебя. Совершив что-то полезное, не удержавшись внутри себя, лучше исчезнуть в тень, чтобы твоя слабость быстрее стёрлась из памяти свидетелей..

Староместские куранты
(Легенды Старой Праги)

К советникам Старого города (Старого Места) пришел в то время неизвестный человек с большим количеством чертежей и эскизов. Никто не знал, как он попал в Прагу, но он, без сомнения, был чехом, потому что говорил, как магистр, звали его Гануш, и представился он как знаток разных часовых механизмов, которые изучал много лет в Европе. Без долгих вступлений он предложил украсить староместскую ратушу такими курантами, каких еще никто не видел на свете.

Советники сначала выразили недоверие, но мастер Гануш разложил чертежи и так долго объяснял им устройство предлагаемого часового механизма, что наконец убедил. Советники заключили с ним договор, и он приступил к работе.



Новость о его механизме быстро разлетелась по Праге, и в день запуска курантов на площади перед ратушей собралось много народу. И было на что посмотреть: в установленный час раздался звук колокола, над курантами открылись два окошка, и перед изумленными зрителями прошли двенадцать апостолов со своим пастырем, смерть дергала колокольчик, старик поворачивал голову, будто ему еще не хотелось уходить с этого света, скупой покачивал мешком, а Турок хмурился с высоты на любопытсвующих. Большой циферблат сиял золотыми кругами и линиями, а люди в священном изумлении смотрели на эти удивительные знаки, линии, числа, на круглый циферблат и изображения двенадцати небесных знаков и многие другие вещи

Мастер Гануш объяснял и показывал, для чего знаки и циферблаты: объяснял движение Луны, Земли, Солнца, где последняя четверть, а где первая, что показывает круглый календарь с 365 зубцами, с двенадцатью обычными месяцами и золотыми цифрами. Долго еще все стояли и смотрели, а когда приближался час, сбегались к курантам пражане и люди из деревень. Особенно поражались пражские часовщики.

Однако мастер Гануш не возгордился; продолжал сидеть в своей маленькой комнате до поздней ночи, чертил, а его помощник всем рассказывал, что его господин готовит новое произведение, которое будет еще лучше староместских курантов. О прилежной работе мастера Гануша, о его славе за пределами Чехии, о том, что к нему за советами приезжают знатоки точных механизмов со всего света, узнали и советники.

Это их обеспокоило, они подумали, что мастер Гануш готовит новые куранты для другого города и слава пражских часов быстро угаснет, если в другом городе будут такие же или еще лучшие куранты. Долго раздумывали, как этому помешать. Одни предлагали, чтобы мастер Гануш подписал письменное обязательство больше не изготовлять подобных часов, другие хотели, чтобы он пообещал перед всеми, но все им казалось недостаточно надежным, пока один из них не высказал решительное предложение:

"Почему мы должны требовать обещания, на которые все-равно нельзя надеяться? Хотим иметь самые лучшие куранты на свете? Тогда не надо ни с чем считаться, а воспользоваться единственной возможностью помешать мастеру Ганушу в его дальнейшей работе. Ничего плохого мы ему не сделаем. Хоть и не будет больше работать, город о нем позаботится". Все испугались, им такое предложение показалось жестоким, но он их уговорил.

Мастер Гануш не чувствовал приближения опасности. Сидел в своем доме, делал расчеты, чертил, пока не стемнело, потом зажег лампу, и свет лился из его окна до самого рассвета. Однажды ночью он сидел один и работал, помощник уже давно спал, а пожилая женщина, которая вела хозяйство, ушла еще вечером. Внезапно кто-то постучал в дверь. Мастер испугался, потому что резкие удары не предвещали ничего хорошего. Поднялся от чертежей и старческими шагами поспешил к двери закрыть засов перед ночными посетителями, но не успел. Двери распахнулись, в комнату ворвались два человека в капюшонах и сбили мастера Гануша с ног. Он ударился головой о стол и потерял сознание.

Что было дальше, никто не знает. Запоздалые прохожие слышали стоны и крик, но они испуганно ускоряли шаг, чтобы не быть вовлеченными в чужое несчастье. Потом крики затихли, свет в окне погас.

Пришедший утром помощник нашел своего мастера лежащим в горячке на кровати, глаза у старика были завязаны, он метался, как рыба в сети, и просил зажечь свет. Испуганный подмастерье спросил соседей, но никто не знал, что произошло. Больной без устали просил свет. Осторожно сняли его повязку и пришли в ужас: тогда только поняли, что ночные посетители лишили мастера зрения раскаленным железом.

Известие о страшном деянии разлетелось по Праге с быстротой молнии и все требовали наказать злодеев, но тех уже было не найти. Старик долго находился между жизнью и смертью, его чертежи покрывались пылью. Помощник сидел в углу и ожидал, когда он с ним заговорит, а старик размышлял, кто и за что мог так жестоко изувечить его. Начал думать, что живые люди не могли так поступить, что это темные силы наказали его, и не мог с этим смириться, ночью ему стали сниться кошмары, кричал во сне и начинал бредить. Помощник уже не мог видеть, как мучается его господин, и рассказал, что поговаривают в городе. Говорили тайно и шепотом, что виновника злодеяния никто не найдет, хоть это и несложно, и что он где-то рядом.

Мастер Гануш наконец понял. Несколько дней сидел печальный, иногда вставал, брал пилу или готовальню, потом снова клал на место, но однажды приободрился, позвал помощника и попросил проводить его к курантам. Подмастерье обрадовался, потому что думал, что к старику вернулось вдохновение и желание работать. Пока они шли по площади, люди останавливались и с уважением приветствовали мастера. Но он не отвечал, шел походкой слепого, и люди замечали, как сильно он одряхлел за короткое время: похудел, поседел, лицо его пожелтело, как пергамент, на который он наносил свои удивительные чертежи.

Из ратуши как раз выходили несколько советников, но все они отвернулись и делали вид, что не видят мастера. Помощник молчал, чтобы его не расстраивать еще больше. Мастер Гануш попросил подмастерье, чтобы привел его к четвертой, самой сложной части курантов. С трудом поднялся по узкой лестнице, оперся о балку и долго пытался отдышаться. Когда отдохнул, стоял молча и слушал тихий голос точного механизма, лицо его порозовело и помощнику показалось, что он еле заметно улыбнулся. Потом внезапно нахмурился, и позже помощник вспоминал, что как раз в ту минуту в курантах прозвучал колокол, когда за него потянула смерть.

Мастер Гануш задрожал, наклонился вперед, вытянул перед собой руку, в какой-то момент засомневался. Потом схватил рычаг, его движение было уверенное и точное, как-будто на мгновение он снова прозрел, немного выждал и потом со всей силы потянул. В механизме что-то заскрипело, колеса начали грохотать, все закрутилось в дикой неразберихе, и смерть начала беспрестанно звонить.

Внезапно, как по команде, все затихло, и только снаружи, перед курантами раздавались крики людей. Потом на деревянной лестнице зазвучали быстро приближающиеся шаги. Но об этом уже мастер Гануш не знал. Он медленно сползал на пол, и было видно, что он мертв
[300x400]