Сначала был кот. Просто кот Нафаня, который любил соленые огурцы.

      Потом Костик завел себе еще одну животинку. Симпатишного двортерьера, добродушную собачку размером чуть поменьше слоненка. И прозвал эту собачку - Иркин. Ну, это в честь той которая его и притащила, то есть чей он - Иркин.

     Иркин представлял собой смесь уличной дворняги (не хилой такой дворняги) с сенбернаром. Глаза наивной девушки и пасть размером примерно с небольшой чемодан. 

     Поскольку Нафаня также был уличным найденышем, то почуяв  друг в друге родственную душу, они быстренько подружились и сколотили квартирную банду. Я такой дружбы и взаимовыручки между котом и собакой в жизни не видел. 

     А так как у Костика была своя отдельная однокомнатная квартира и пока что наблюдалось наличие отсутствия благоверной, то все праздники, театральные посиделки и прочие гулянки устраивались у него. Времена тогда были постперестроечные (после перестроечные), Союз благополучно развалили, но особых деликатесов не было. Собирались в складчину, в общем, кто чего купит, то и готовили и употребляли...

     Самые распространенные на том момент блюда были салатик типа “оливье”, селедка под шубой и жареные куриные окорочка (окорочка импортные, которые потом признали ядовитыми и перестали привозить из-за океана) и вареная картоха.

     Так, вот... Эта наглая хвостатая четырех лапая шайка-банда поступала так. Иркин забирался под стол, занимая почти все подстольное пространство, и мирно посапывала там стараясь случайно не отдавить гостям ноги, и ЖДАЛ! Его же лучший друг, с обаятельным урчанием из встроенного мурчальника, ходил по коленям у сидящих гостей, терся своими шерстяными ушами и периодически выглядывал из под скатерти, дабы получить маленький кусочек чего-нибудь вкусненького или просто, разведать обстановку.

      Нафанино чутье не подводило ни разу. Когда чутье Нафани понимало, что клиент уже созрел, расслабился, употребив достаточную дозу разбавленного спирта "Рояль" (выбора фактически не было) и получив ударную химическую дозу грушевого или персикового "Zukko" или хуже того - жуткого черносмородинового "уppi", оно, это чутьё, подавало команду к действию. И Нафаня останавливался у "клиента" на коленях, высовывал морду из под скатерти и разведывал обстановку. Если обстановка оказывалась благоприятная, то Нафаня, четко поставленным движением лапы, смахивал вожделенный кусок гуманитарного окорочка из тарелки непосредственно, и в заблаговременно подставленную, чемоданную пасть Иркина.

    После чего довольная банда с грохотом, шумом и гамом, кавалькадой устремлялась на кухню, где и осуществлялось их совместное пиршество.

       Если же вечер был особо удачным и гостей было много, то Иркин загонял курятину под газовую плиту и банда шла на второе "дело", настаивая на продолжении банкета. А ближе к вечеру с кухни раздавалось сытное и радостное чавканье честных добытчиков.

Вот так вот осуществляется “дружба народов” ну или видов…