Не делай революции, сын.

...Мы, то есть все те, кто отошел уже в вечность, – сходи сегодня ко мне на могилу и принеси цветов, только не красных, – мы всю жизнь свою ныли. Смешно сказать: пережарит ли кухарка жаркое, падут ли на 0,003 акции какого-либо банка, случайно купленные и полузабытые, немного суше, чем обычно, поздоровается она? – мы неизменно ворчали: "Ну и жизнь! Вот бы кто-нибудь перевернул ее вверх дном!" Теперь ее перевернули. Кажется, надолго.

Десятый год, мировые акробаты, стоим на голове у края черной бездны, бывшей когда-то Россией. И только теперь, только блестя налитыми кровью глазами, мы поняли наконец, что "ну и жизнь!" была настоящей жизнью, что мы сами превратили ее в скачку с препятствиями на сомнительный приз, пробили голову нашему прошлому, выкололи глаза у будущего, оклеветали самих себя. Еще в школе ты читал в учебнике истории, что вторую русскую революцию – некоторые называют ее "великой" – подготовили социальные противоречия и сделали распустившиеся в тылу солдаты петербургского гарнизона.

Не верь!

Революцию подготовили и сделали мы. Революцию сделали кавалеры ордена Анны третьей степени, мечтавшие о второй, студенты первого курса, завидовавшие третьекурсникам и наоборот: штабс-капитаны до глубины души оскорбленные тем, что Петр Петрович уже капитан, добродетельные жены, считавшие верность занятием слишком сладким и жены недобродетельные, полууверенные в том, что изменять своим мужьям – довольно горько, учителя математики, презиравшие математику и всем сердцем любившие что-нибудь другое, судебные следователи, страстно мечтавшие быть послезавтра прокурорами. Революцию сделали те, кто хныкал с пеленок до гроба, кто никогда и ничем не был доволен, кому всего было мало, кто в девяноста девяти случаях из ста жаловался, брюзжал и ругался так сказать – по инерции... А сделав революцию, мы с безмерной болью – ты не поймешь этой боли, милый мой – убедились, что у нас была не воображаемая, не мифическая, а действительная жизнь, теплая, ласковая, богатая, чудная жизнь. Теперь ничего нет, мы сами себя ограбили... Не ной, не хныкай, не брюзжи, чтобы не очутиться у разбитого корыта, как твой вздорный дед. Не опрокидывай жизни вверх дном! И не делай революции...