"То, по-видимому, неблагоприятное обстоятельство, что в детстве он свободней владел французским языком, чем родным, ему принесло только пользу: начав писать по-русски, он тем с большим вниманием прислушивался к правильной русской речи, с более строгой критикой относился к каждой своей фразе, часто к каждому слову, и стремился овладеть русским языком всесторонне - а при его способностях, уменье взяться за дело и энергии хотеть значило достигнуть."

Кирпичников А.И.: "Пушкин" (словарь Брокгауза и Ефрона - 1890-1907)

"Друг мой, я буду говорить с вами на языке Европы, - писал Пушкин в своём французском письме Чаадаеву в июле 1831-го. И добавил: "...он мне привычнее нашего".

Mon portrait Vous me demandez шоп portrait, Mais peint d’apres nature; Mon clier, il sera bientot fait, Quoique en miniature, Je suis un jeune polisson, Encore dans les classes; Point sot, je le dis sans fagon Et sans fades grimaces. One il ne fut de babillard, Ni docteur en Sorbonne — Plus ennuyeux et plus braillard, Que moi-meme en personne. Ma taille a celles des plus longs Ne peut etre egalee; J’ai le teint frais, les chcveiix blond Et la tete bouclee. J’aime et lo monde et son fracas, Je hais la solitude; J’abhorre et noises, et debats, Et tant soit peu l’etude. Spectacles, bals me plaisent fort, Et d’apres ma pensee, Je dirais ce que j’aime encor… Si n’etais au Lycee. Apres cela, mon cher ami, L’on peut me reconnaitre; Oui! tel que le bon Dieu me fit, Je veux toujours paraitre. Vrai demon pour l’espieglerie, Vrai singe par sa mine, Beaucoup et trop d’etourderie, Ma foi, voila Pouchkine.

МОЙ ПОРТРЕТ Вы просите у меня мой портрет, Но написанный с натуры; Мой милый, он быстро будет готов, Хотя и в миниатюре. Я молодой повеса, Еще на школьной скамье; Не глуп, говорю не стесняясь, И без жеманного кривлянья. Никогда не было болтуна, Ни доктора Сорбонны — Надоедливее и крикливее, Чем собственная моя особа. Мой рост с ростом самых долговязых Не может равняться; У меня свежий цвет лица, русые волосы И кудрявая голова. Я люблю свет и его шум, Уединение я ненавижу; Мне претят ссоры и препирательства, А отчасти и учение. Спектакли, балы мне очень нравятся, И если быть откровенным, Я сказал бы, что я еще люблю… Если бы не был в Лицее. По всему этому, мой милый друг, Меня можно узнать. Да, таким, как бог меня создав Я и хочу всегда казаться. Сущий бес в проказах, Сущая обезьяна лицом, Много, слишком много ветрености — Да, таков Пушкин (фр.). 1814 г.

Да, таков Пушкин! Сущий бес в проказах, сущая обезьяна лицом, много, слишком много ветрености... Стихи юноши 14-ти лет, и писались первые стихи только на французском!
(перевод почти подстрочный...)

На русском поэзия появилась в 16 лет. А в 20 был уже известен! и стихами, и своей дерзостью.
Карамзин, поглядывая на Пушкина, говорит, "Но имя русское имеет для нас особенную прелесть…". - Вот бы и написали поэмку, в старом роде, шутливую, пристойную и изящную. Пушкин внял, написал "поэмку" на русском языке "Евгений Онегин", чем поразил отечество и мир рождением российской словесности.
А Жуковский говорил Вяземскому, вогнав того в многолетнюю зависть к дарованию юного Пушкина…
"Это надежда нашей словесности… будущий гигант…, который нас всех перерастёт".

Известно, что 6 мая 1820 года по высочайшему велению Александр Сергеевич Пушкин был отослан из Петербурга в Кишинев царем Александром-I за вольнодумство, за то, что "наводнил Россию возмутительными стихами".

А конкретно: поводом для ссылки послужили эпиграммы Пушкина на влиятельных людей – на архимандрита Фотия, Аракчеева и даже самого императора Александра.
Сначала Пушкина хотели сослать в Сибирь, что грозило бы ужасными условиями жизни и полной изоляцией от общества и литературы. Но поэт сам пришел к властям и добровольно выдал запрещенные стихотворения. Также помогли хлопоты Карамзина.

И Пушкин отправился в увлекательное путешествие на юг, которое нельзя было называть ссылкой... Назначение - пребыть в Кишинев, столицу Бессарабии, как тогда называли Молдавию под начальство (присмотр) генерала Ивана Никитича Инзова.

По дороге на новое место службы в Екатеринославле он встречается с генералом Раевским и его детьми. Младший сын генерала Николай Раевский был лицейским другом Пушкина, и опальному поэту было позволено совершить путешествие вместе с этим семейством к Кавказским водам. Далее следует Крым, пребывание в гурзуфском имении Раевских.
Тогда Пушкин побывал в Феодосии, Гурзуфе и в Бахчисарае.
На место назначения Пушкин прибыл только через полгода... :)
Знакомство с дочерьми генерала Раевского – 15-летней Марией, 22-летней Екатериной и 16-летней Еленой – оставило глубокий след в душе поэта. Многие полагали, что особенно теплые чувства Александр Сергеевич питал к Марии, будущей супруге декабриста Волконского. Ей посвящены трогательные строки:

"Как я завидовал волнам
Бегущим бурною чредою
С любовью лечь к ее ногам
Как я желал тогда с волнами
Коснуться милых ног устами!".

И.К._Айвазовский. А. С. Пушкин и Раевская в Гурзуфе
Впервые поэт увидел Одессу осенью 1820 года, направляясь из Крыма в Бессарабию. В марте 1821 года он остановился в Одессе на несколько дней. Более двух недель прожил Пушкин в Одессе в мае 1823 года.
Но появлению экстравагантного молодого человека в Одессе предшествовало пребывание его в Кишиневе, где мятежная душа поэта маялась и толкала его на экстравагантные поступки. Впрочем, экстравагантность была тогда в моде среди золотой молодежи, к которой относил себя и Александр Сергеевич. На службе, при местном департаменте иностранных дел, он появился всего лишь раз, по приезду. Дальнейшее пребывание его в столице Бессарабии, как тогда называли Молдавию, проходило под знаком Диониса и Венеры. Сразу несколько модных великосветских салонов были осчастливлены его присутствием. Но столичная знаменитость порой производил впечатление безумца. Шокируя уездных барышень, статский подпоручик в изрядном подпитии вальсировал под мазурку, навязчиво ухаживал за чужими женами и громко декламировал оскорбительные эпиграммы. Вызывающее поведение поэта провоцировало окружающих на конфликт.
Генерал Иван Никитич Инзов понимая, какого таланта человек живет под его надзором, снисходил к шалостям поэта, всякий раз рапортуя в столицу "Пушкин ведет себя хорошо и живет в моем доме". И лишь в случае очередной эскапады – бития надутого молдавского боярина, прибегал к "суровым мерам" - отнимал у шалуна сапоги, подвергая его домашнему аресту.
И…приходил к нему (арестованному) побеседовать об испанской революции и премудростях мистических философий. Пушкин любил Инзова, с улыбкой вспоминая доброго и мудрого чудака, "нашего Инзушку" - с его увлечениями ботаникой и нумизматикой, домашним зверинцем и коллекциями.
От скольких дуэлей спас его Иван Никитич, сколько путешествий и в Одессу, и в Крым да на Кавказ смог осуществить ссыльный при добром Инзове!
Рапорта о "неподобающем" поведении Александра Пушкина поступали наместнику Бессарабии генерал -лейтенанту Ивану Инзову каждодневно. Но несмотря на жалобы своих подчиненных, генерал-лейтенант Инзов явно покровительствовал поэту. Даже тогда, когда тот совратил жену кишиневского богатея Инглези цыганку Людмилу-Шекору и был вызван на дуэль, Инзов посадил его на 10 суток на гауптвахту, где навещал его, принося с собой шампанское и мадеру.

И наконец, 3 июля 1823 года А.С. Пушкин приезжает в Одессу, чтобы прожить здесь до 31 июля 1824 года, знаменитые тринадцать месяцев, благодаря которым Одесса навеки вошла в историю мировой культуры.
Вот как Пушкин в письме к брату от 25 августа 1823 года описывает свое переселение:
"Здоровье мое давно требовало морских ванн; я насилу уломал Инзова, чтобы он отпустил меня в Одессу. Я оставил мою Молдавию и явился в Европу (в первых числах июня); ресторации и итальянская опера напомнили мне старину и, ей-Богу, обновили мне душу. Между тем приезжает Воронцов, принимает меня очень ласково, объявляет мне, что я перехожу под его начальство, что остаюсь в Одессе".
Этот перевод устроил А. И. Тургенев.
("Пушкин". А.И. Кирпичников из "Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона" (1890 –1907))
Таким образом, в начале июля 1823 года по предписанию царского правительства опальный поэт переезжает в Одессу. Пушкину - 23 года, Одессе - всего 29 лет, она чуть старше поэта.


“В Одессе Пушкин жил сначала в Hôtel du Nord, на Итальянской улице, в доме Сикара.
Тут, по свидетельству П.С. Пущина, писал он своего Онегина на лоскутках бумаги, полураздетый, лежа в постели. Здесь он прожил более месяца (здесь же теперь музей).
Потом поэт жил на Ришельевской улице, на углу ее с Дерибасовскою, в верхнем этаже дома, принадлежавшего сначала барону Рено, а потом его дочери княгине Кантакузеной. Окна дома выходят на обе улицы, и угловой балкон принадлежал поэту, который налево с него мог видеть и море. Почти в глазах у него был театр – тогда тот же, что и ныне – и одноэтажный дом, в котором лет за 8 до того жил герцог Ришелье (теперь здание Ришельевской гостиницы). Далее, к театру, на другом углу того же квартала, и против дома Ришелье, помещалось казино, в котором он частенько проигрывал...
В то время, при графе Воронцове, служили многие молодые люди, достигшие впоследствии важных государственных должностей. Пушкин особенно близок был с Александром Ираклиевичем Левшиным; с Александром Николаевичем Раевским, который жил тогда в Одессе и имел на нашего поэта какое-то господствующее влияние; с братом его Николаем, который приезжал иногда в Одессу; с Туманским, поэтом, о котором упоминается при описании Одессы, и с некоторыми другими молодыми людьми.
В многонациональном городе, каким изначально, с момента создания была Одесса, Пушкин, естественно, общался и дружил с "детьми разных народов". Но из всех одесситов именно французы оставили едва ли не наибольший след в его творчестве. Что неудивительно, как минимум, по двум причинам.
Во-первых, именно французы - со времен Ришелье и Ланжерона - представляли наиболее образованную часть тогдашнего одесского общества.
Во-вторых, французский язык для молодого поэта был фактически "вторым родным", если не первым, ибо по-французски Саша Пушкин заговорил раньше, чем по-русски, и владел им до такой степени, что в Царскосельском лицее получил кличку "француз". И первые свои стихотворные опыты написаны им на французском. Что, впрочем, неудивительно, исходя из тогдашних предпочтений русского дворянства...

В Одессе Пушкин написал около трех глав романа в стихах “Евгений Онегин”, завершил поэму “Бахчисарайский фонтан”, написал значительную часть поэмы “Цыганы”, создал более 30 лирических стихотворений. Поэт описал Одессу в “Евгении Онегине”, чем выдал городу, по образному выражению поэта В.И. Туманского, “грамоту на бессмертие”. Пушкинское описание Одессы (отрывок из “Путешествия Онегина”) было опубликовано в газете “Одесский вестник” (1827 г., № 30) и явилось первым стихотворением, помещенным в одесской газете.

увлечение Байроном
Внимательно присматривается ко всему окружающему, следит за ходом греческого восстания, знакомится с русскими интеллигентами и иностранцами.
С творчеством лорда Байрона Пушкин знакомится в 1820 году, когда отдыхал в Гурзуфе. И романтические поэмы английского поэта в сочетании с природой черноморского побережья Кавказа оказали сильное влияние на Александра Сергеевича.
Произведения Байрона Пушкину читали Елена Раевская и ее брат Николай, которые хорошо владели английским языком. А уже позднее в Одессе Пушкин раздобыл французский перевод нескольких поэм "восточного цикла" и "Чайльд Гарольда" - наиболее известного произведения Байрона. Александр Сергеевич был в восторге от них, о чем неоднократно писал своим друзьям и, по его собственному признанию, "буквально с ума сходил" от творчества англичанина. И стихи столь восторженно принимаемого поэта не могли не оказать влияния на произведения Пушкина.
"Кавказский пленник" (1820—1821) — первая из цикла южных байронических поэм Пушкина, начатая в Гурзуфе.
Когда лорд Байрон погиб в 1924 году, Пушкин отреагировал на известие о смерти стихотворением "К морю":

портрет Байрона (музей Пушкина в Одессе)

… Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.
Исчез, оплаканный свободой,
Оставя миру свой венец.
Шуми, взволнуйся непогодой:
Он был, о море, твой певец.

Впрочем, как показало время, прощался Пушкин не только с Байроном, но и романтизмом в целом: со временем отношение русского поэта к творчеству английского коллеги стало критическим, ему было чуждо байроновское любование своими героями и отождествление с ними.

из "Евгения Онегина":

Цветы, любовь, деревня, праздность,
Поля! я предан вам душой.
Всегда я рад заметить разность
Между Онегиным и мной,
Чтобы насмешливый читатель
Или какой-нибудь издатель
Замысловатой клеветы,
Сличая здесь мои черты,
Не повторял потом безбожно,
Что намарал я свой портрет,
Как Байрон, гордости поэт,
Как будто нам уж невозможно
Писать поэмы о другом,
Как только о себе самом.
"гнездо заговорщиков"
Пушкин полюбил город. Его часто видели с железной палкой в руке то в книжной лавке, то на причале порта. Он любил бродить по одесскому базару, по отдаленным хуторам, посещал казино, бывал в театре. Молодой, подвижный, остроумный, он приобрел много друзей. Среди друзей поэта много представителей декабристского движения. Это братья А. В. и И. В. Поджио, А. О. Корнилович. Приезжал в Одессу для налаживания связей с обществом "Объединенных славян" и встречался с Пушкиным Г. Олизар. По делам "Южного общества" приезжали П. И. Пестель, М. Ф. Орлов, А. П. Юшневский.
Летом 1824 года в Одессе служит и часто видится с Пушкиным П. П. Трубецкой - член "Союза благоденствия". В доме С. Г. Волконского составлялись важные исторические документы, здесь побывали очень многие декабристы: В. Ф. Раевский, М. П. Бестужев-Рюмин, братья Муравьевы-Апостолы, И. Сухинов и многие другие. Некоторое время в доме С. Г. Волконского проживали Н. Муравьев и М. Лунин.
Одесса в начале XIX века стала одним из признанных центров свободомыслия. Известно высказывание Николая I, называвшего Одессу "гнездом заговорщиков".

"грамотой на бессмертие"
В IX главе, в "Путешествии Онегина", поэт прославил город. В. И. Туманский, приятель А. С. Пушкина, одесский поэт, способствовал тому, что в 1827 году в газете "Одесский вестник" были напечатаны стихи А. С. Пушкина об Одессе. Туманский назвал эти стихи "грамотой на бессмертие для нашего города".


Кузьмин. Онегин в Одессе, 1930. Бумага, акварель
"Итак, я жил тогда в Одессе…"[27]

"Я жил тогда в Одессе пыльной...
Там долго ясны небеса,
Там хлопотливо торг обильный
Свои подъемлет паруса;
Там все Европой дышит, веет,
Все блещет югом и пестреет
Разнообразностью живой.
Язык Италии златой
Звучит по улице веселой,
Где ходит гордый славянин,
Француз, испанец, армянин.
И грек, и молдаван тяжелый,
И сын египетской земли,
Корсар в отставке, Морали".

и снова слово А.С.Пушкину:

"Я б мог сказать: в Одессе грязной,
И тут бы, право, не солгал.
В году недель пять-шесть Одесса,
По воле бурного Зевеса,
Потоплена, запружена,
Все домы на аршин завязнут,
Лишь на ходулях пешеход
По улице дерзает вброд....
...Однако в сей Одессе влажной
Еще есть недостаток важный;
Чего б вы думали? – воды".


Такова пушкинская Одесса. Пушкин в шутку летом называл ее песочницей, а зимой - чернильницей. Действительно, песчаные бури бывали часто, берега не были основательно защищены, улицы только-только стали выстилаться брусчаткой. Воду привозили в бочках из реки - Днепра. Бочка воды стоила рубль.
Жемчужина русского юга, Одесса, морской ветер, южное ласковое солнце и барышни...
Тогда в этом городе блистали красавицы Амалия Ризнич, графиня Потоцкая, "Одесская Клеопатра", сестра Ризнич, Каролина Собаньская, графиня Воронцова...
Елизавета Ксаверьевна Воронцова, жена генерал-губернатора Новоросийского края и наместника Бессарабии, генерал-фельдмаршала, участника войны 1812 года, появилась в Одессе через два месяца после Пушкина. Хороша, моложава, утонченна...
Позднее они виделись довольно часто, на приемах, которые устраивала у себя Елизавета Ксаверьевна, в театре, на балах у Ланжерона.

Первое время жизни в Одессе поэт чувствовал только отрадные стороны жизни: опера, рестораны, море, ласковый прием Воронцовых. "Все это, ей - Богу, обновили мне душу" - пишет он брату. Свой празднично-поэтический образ жизни в этот период он описывал так:

Бывало, пушка зоревая
Лишь только грянет с корабля,
С крутого берега сбегая,
Уж к морю отправляюсь я.
Потом за трубкой раскаленной,
Волной соленой оживленный,
Как мусульман в своем раю,
С восточной гущей кофе пью.
Иду гулять. Уж благосклонный
Открыт Casino; чашек звон
Там раздается; на балкон
Маркёр выходит полусонный
С метлой в руках, и у крыльца
Уже сошлися два купца.
Пушкин увлекается "европейскими удовольствиями", и больше всего театром.
Там раз в неделю брал ложу за 25 рублей, жалование хватало как раз на 4 ложи...
Но зато имел возможно видеть "сливки" общества и всех красавиц города.


Александр Сергеевич об Одесском оперном.

"Но уж темнеет вечер синий,
Пора нам в оперу скорей:
Там упоительный Россини,
Европы баловень — Орфей…"

"…А только ль там очарований?
А разыскательный лорнет?
А закулисные свиданья?
A prima donna? а балет?…"

"Все хлопает. Онегин входит,
Идет меж кресел по ногам,
Двойной лорнет скосясь наводит
На ложи незнакомых дам;
Все ярусы окинул взором,
Всё видел: лицами, убором
Ужасно недоволен он;
С мужчинами со всех сторон
Раскланялся, потом на сцену
В большом рассеянье взглянул,
Отворотился - и зевнул..."

"…Но поздно. Тихо спит Одесса;
И бездыханна и тепла
Немая ночь. Луна взошла,
Прозрачно-лёгкая завеса
Объемлет небо. Все молчит;
Лишь море Чёрное шумит…"

На одесскую молодежь, как человек, он производил двоякое впечатление. Для одних он был образцом байронической смелости и силы духа. А другие видели в нем "бретерство и желание осмеять, уколоть других" (Записки Н.В. Басаргина).
Но как перед поэтом, перед ним преклонялись все, ценившие поэзию. Однако, медовый месяц одесской жизни был непродолжителен. Уже в ноябре 1823 года он называет Одессу прозаической, жалуется на отсутствие русских книг.
Конечно, у прозаической реальности его жизни в Одессе было совсем другое лицо. Прежде всего, Пушкина мучило безденежье, которое в Одессе ощущалось значительно сильнее, чем в Кишиневе, где к его услугам был обед то у Инзова, то у Орлова, то у Бологовского и т. д. Жизнь здесь текла патриархальнее, соблазнов было меньше. В Кишиневе бедность напоминала о поэзии, в Одессе - об неоплаченных счетах.
Он пытается получить денег от отца, но - тщетно. В те времена считалось, поэзия - это дар Бога и деньги за это брать нельзя. Но издатели литературных произведений продавали их и пользовались выручкой. Так Греч издал пушкинского "Кавказского пленника", получил за него 15 000 рублей, а Пушкину дал 2 000 руб. А Полевой за "Руслана и Людмилу" не дал автору ни копейки.
Летом 1823 года А.С.Пушкин закончил "Бахчисарайский Фонтан" и отослал его Вяземскому.
Под влиянием коммерческого духа Одессы, где честный заработок ни для кого не считался позорным, и того случайного обстоятельства, что "Бахчисарайский Фонтан", благодаря князю Вяземскому, дал поэту возможность выбраться из сети долгов, он приходит к отрадному убеждению, что литература может доставить ему материальную независимость. Вяземский в 1824 году говорил, что за стихи "Бахчисарайский Фонтан" заплачено столько, сколько ни за какие другие стихи не платили.
Через всю жизнь Пушкина проходит одно неизменное чувство - чувство собственного достоинства, оно составляет фундамент его жизненной позиции. Именно оно определяло поведение Пушкина и в кругу друзей, и перед лицом врагов, заставляло его бороться за оплату писательского труда.


И если одесский год был одним из самых трудных для поэта, зато он был одним из самых полезных для его развития. Он доучился английскому языку - уроки английского он брал еще в Гурзуфе. С ним занималась Елена Раевская, знавшая этот язык превосходно.
Пушкин выучил итальянский, занимался испанским. Позднее выучил польский, чтобы читать Мицкевича в подлиннике.
Пристрастился к приобретению книг и положил начало своей, впоследствии огромной библиотеке. Он читал все новости по иностранной литературе, благо все книги там были доступны. Выработал у себя не только совершенно определенные взгляды и вкусы, но даже приобрел дар предвидения будущих судеб словесности. С этих пор он отдает предпочтение английской и даже немецкой литературе, хотя немецкий язык ему давался трудно, перед французской, на которой был воспитан.
По русской литературе он столько прочел за это время, что являлся первым знатоком ее и задумывал ряд статей о Ломоносове, Карамзине, Дмитриеве и Жуковском.

Настроение портили отсутствие денег и отношение к службе...
В Одессе Пушкин служил в канцелярии графа М.С. Воронцова, генерал-губернатора края. Отношения у них, мягко говоря, не сложились. Ф.Ф. Вигель, близкий знакомый Пушкина времен южной ссылки, вспоминал о своем разговоре с Воронцовым: “Раз сказал он (Воронцов) мне: "Вы, кажется, любите Пушкина, не можете ли вы склонить его заняться чем-нибудь путным под руководством вашим?" – "Помилуйте, такие люди могут быть только великими поэтами", – отвечал я. "Так на что же они годятся?" – сказал он”. Имя светлейшего князя, генерал-фельдмаршала Михаила Семеновича Воронцова по праву занимает одно из наиболее почетных мест в истории Одессы и южного края. Не случайно его более чем тридцатилетнее пребывание на посту Новороссийского генерал-губернатора, с 1825 по 1856 год, нередко называют "золотым веком" Одессы. Вслед за Ришелье, Воронцов прекрасно понял политическую и экономическую миссию Одессы, а потому делал все возможное для повышения роли неофициальной столицы юга. При нем Одесса стала третьим городом империи по количеству жителей, но по свободе и удобству жизни, как свидетельствовали многие современники, лучшим городом страны, включая обе столицы.
Мощение улиц брусчаткой, создание европейского архитектурного ансамбля города, устройство порта и маяка, открытие гимназий, школ, института благородных девиц, института восточных языков, первого открытого музея и второй в России публичной библиотеки, — это все заслуги Михаила Семеновича. Огромная фамильная библиотека Воронцовых, подаренная впоследствии университету, и самый большой частный архив по европейской и отечественной истории ХVIII-ХIХ вв. — и поныне предмет зависти лучших библиотек мира.
...В этих архивах Воронцовых есть стихи и записи поэта.
Многие стихотворения А.С. Пушкина одесского периода посвящены Елизавете Воронцовой и Амалии Ризнич. Амалмя Ризнич по одним сведениям была итальянка родом из Флоренции, по другим – полуитальянка-полунемка, с примесью, быть может, еврейской крови, дочь венского банкира Риппа. Муж ее был богатый одесский негоциант И. С. Ризнич.
Елизавета Ксаверьевна Воронцова (Браницкая), жена графа М.С. Воронцова, просветительница и меценат (племянница всесильного князя Г.А. Потем­кина).
Да, Елизавета Воронцова была красива, богата, образована, но открылись и не менее важные другие ее качества: доброта, ровные отношения с окружающими ее людьми – вне зависимости от социального положения – и безусловное чувство долга (как у пушкинской Татьяны). Последнее сыграло значительную роль в ее отношениях с супругом, чьим единомышленником и помощником она оставалась до последних дней. “Вот чета редкая! – написал в восхищении А.Я. Булгаков. – Какая дружба, согласие и нежная любовь между мужем и женою!..”


Мой голос для тебя и ласковый и томный
Тревожит позднее молчанье ночи темной.
Близ ложа моего печальная свеча
Горит; мои стихи, сливаясь и журча,
Текут, ручьи любви, текут, полны тобою.
Во тьме твои глаза блистают предо мною,
Мне улыбаются, и звуки слышу я:
Мой друг, мой нежный друг... люблю... твоя... твоя..

НОЧЬ. (посвящение Амалией Ризнич). Написано в Одессе 26 октября 1823 г.

"Желаю славы я, чтоб именем моим
Твой слух был поражен всечасно, чтоб ты мною
Окружена была, чтоб громкою молвою
Все, все вокруг тебя звучало обо мне,
Чтоб, гласу верному внимая в тишине,
Ты помнила мои последние моленья
В саду, во тьме ночной, в минуту разлученья."

Желанье славы, 1825 г. (посвящение Елизавете Воронцовой)
“Пушкин, долго ли, коротко ли, был влюблен в графиню Воронцову. Существование каких-нибудь интимных отношений между ними приходится решительно отвергнуть”. (историк русской литературы М.О. Гершензон, видный одесский краевед О.И. Губарь после длительных архивных исследований пришел к такому же однозначному выводу).

портрет из музея Пушкина в Одессе

Амалия Ризнич

Елизавета Воронцова

По общему мнению биографов и исследователей пушкинского творчества, Пушкин, для которого любовь и поэзия составляли смысл жизни, был в эту пору влюблен сразу в трех женщин. Об этом сообщает нам в письме к своему мужу Вера Вяземская.
15 июля 1824 года она пишет: "У меня для развлечения есть романы — итальянские спектакли и Пушкин, который скучает гораздо больше, чем я: три женщины, в которых он влюблен, уехали. <…> К счастью, одна из них на днях приезжает".
А 25 июля Вяземская констатирует: "Графиня Воронцова и Ольга Нарышкина вернулись два дня тому назад. Мы постоянно вместе и гораздо более сдружились".
(именно графиня Вера Вяземская после дуэли Пушкина с Дантесом княгиня находилась возле умирающего поэта...)

В Одессе, так же как и в Кишиневе, Пушкин по утрам читал, имея здесь порядочный запас для этого в бывшей французской книжной лавке Рубо; писал, стрелял в цель, гулял по улицам. Обедывал он то у Дмитраки, в греческой ресторации, то на Итальянской улице, в Hôtel du Nord, вместе с польскими, из соседних Киевской и Подольской губерний, помещиками, которые, как сказывали нам, умели приласкать его к себе, хотя, по словам людей, в то время близких к нему, он не любил польского языка. С товарищами своими Пушкин обедал, по большей части, у Оттона, ресторация которого помещалась в маленьком доме на Дерибасовской улице, где потом уже в большом двухэтажном доме был модный магазин medame Стод, а теперь medame Помазини. Довольно часто обедал Пушкин и у графа Воронцова, стол которого открыт был постоянно для всех служивших при нем. Тогда граф не имел еще собственного дома в Одессе, и лучшая часть города, где теперь бульвар, не существовала. Граф жил тогда на Херсонской улице, в доме Фундуклея, где помещался потом (до 1833 года) Институт благородных девиц. Канцелярия же генерал-губернатора, которую тогда и долго потом обыкновенно называли "графской" и куда Пушкин хаживал получать свое петербургское жалованье, помещалась на той же улице, в доме Ромаре.

Поэтическое уединения поэт получал бродя над морем и предавался своим заветным мечтам. Можно думать, что стихотворение "К морю" было написано в этом уединении. Поэт прощался в нем со стихией, которая одарила его многими, столь прекрасными думами”.

Прощай, свободная стихия,
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой…

Воронцов же продолжал смотреть на него как на мелкого чиновника. Пример тому - унизительная для поэта командировка на борьбу с саранчой. Пушкина не было в Одессе 6 дней - с 23 по 28 мая 1824 года. Возвратясь в Одессу, он написал Воронцову взбесивший последнего отчет, что саранча села, все съела и улетела.
Cтало известно, что Пушкин ни на какую саранчу не ездил, а 25-26 мая он провел в имении своего приятеля Л.Л. Добровольского, где отметил свое 25-летие, "распивая венгерское вино и читая первую главу "Евгения Онегина"".

Отношения с Воронцовым все осложнялись. Дело в том, что граф Воронцов и его чиновники смотрели на Пушкина с точки зрения его пригодности к службе и не понимали его претензий на иное, высшее значение. Он озлоблялся и противопоставлял табели о рангах то демократическую гордость ума и таланта, то даже шестисотлетнее свое дворянство и мстил едкими эпиграммами.
Воронцов еще ранее писал в Петербург письма с просьбой убрать Пушкина из Одессы под благовидным предлогом - спасти его талант ("Полу-милорд, полу-купец, полу-мудрец, полу-невежда,
полу-подлец, но есть надежда, что будет полным наконец" - эпиграмма на Воронцова).
Теперь уже настойчиво просит Нессельроде ускорить этот процесс. Первый биограф Пушкина П.В.Анненков признавал обличительные памфлеты в стихах "пятнами его литературной славы".
Это решило его судьбу, Пушкин был отрешен от службы и сослан в Михайловское.

В годы южной ссылки имя Пушкина сделалось известным всей читающей России.
Он узнал, что такое успех и слава. Гоголь сказал об Александре Сергеевиче:
"В нем русская природа, русская душа" русский язык, русский характер отразились в такой же чистоте, в такой очищенной красоте, в какой отражается ландшафт на выпуклой поверхности оптического стекла".


А на Приморском бульваре установлен бюст, средства на который собирали жители Одессы. Торжественное открытие состоялось 16 апреля 1889 года.
“По проекту Хр. Васильева лепила Ж. Полонская, отлив. А. Моран”.

* * * * *
Улица, на которой когда-то жил поэт, ранее называвшаяся Итальянской, в 1880 году была переименована в Пушкинскую. На этой же улице находится музей Пушкина (филиал Одесского литературного музея). У дома, где расположен музей, прямо на тротуаре установлена скульптура поэта работы А. Токарева. Но нужно войти во двор, направо лестница и вход в дом, на втором этаже две комнаты с коридором буквой Г.
Остальные помещения для детских кружков, что мне тоже посчастливилось наблюдать - в литературной "части" дети читают, знают стихи Пушкина и рисуют "старую Одессу"...



Одесский музей А. С. Пушкина маленький и уютный, но личных вещей поэта в нем нет. В лучшем случае экспонаты (мебель) той эпохи, взятые из запасников других музеев. В музее можно познакомиться со старинными гравюрами пушкинской Одессы, портретами современников поэта, уникальными пушкинскими автографами, рисунками, редкими прижизненными изданиями произведений Пушкина - разумеется копиями. Провела в музее долгое время, досаждала служащих вопросами, выяснила, что только чернильница (возможно) тех времен...





В музее мне удалось увидеть, попросить поставить и сфотографировать ЭТУ ТРОСТЬ!
(конечно это не оригинал, но размеры ее соблюли и сделана она для Пушкина была из сплава оружейных стволов).
Друзья Пушкина писали, что очень часто поэт, отправляясь на прогулку, брал с собой тяжелую трость. Он подбрасывал её вверх и ловил на ходу.
Он говорил, что делал это "для того, чтобы рука была тверже, если придется стрелять на дуэли...". А "тренировочная" его трость весила ни много ни мало, а 18 фунтов, что составляет более 7 кг.


!!! Почти каждое утро он пробегал 5 миль, то есть около 8 километров, прекрасно ездил верхом, весьма недурно фехтовал, отлично плавал, а из огромного, тяжелого и неточного пистолета тех времен, с десяти шагов попадал в бубновый туз!

Во времена поэта дуэль была самым распространённым и действенным способом решения разногласий, и молодой, горячий 20-летний Пушкин частенько был инициатором дуэлей, неоднократно и его вызывали на поединки.
Непостижимо - Александр был всегда готов к дуэли! - и это знали все окружающие! - Александр Сергеевич "играл" в смерть как в карты!??
Мною прочитано много историй про его 30 дуэлей и теперь понимаю, что "потерять" Поэта было возможно и на 10-15 лет раннее...

* * *скончался 10 февраля 1837 г. в 14.45 * * *



https://avdet.org/ru/2017/06/07/krymskie-tatary-i-pushkin/
http://odessa-memory.info/index.php?id=376
http://odessa-memory.info/index.php?id=159
http://sebe-podmoga.ru/tvorchestvo/literaturnyi-op...-period-iz-zhizni-a-s-pushkina
http://www.vokrugsveta.ru/vs/article/8483/
http://odessa-memory.info/index.php?id=376
http://porto-fr.odessa.ua/index.php?art_num=art019&year=2009&nnumb=21
http://porto-fr.odessa.ua/index.php?art_num=art027&year=2009&nnumb=48