Все три женщины семьи Россетти сначала преданные последователи евангелистской ветви англиканской церкви, с начала 40-х склоняются к тракторианству. Однако продолжают относиться к евангелизму серьёзно. Мэри, старшая сестра Кристины, в конечном счёте, становится монашенкой.

   Религиозные угрызения совести Кристины напоминают метания Доротеи Брук в романе Жоржа Элиота Middlemarch. Героиня Элиота стремилась отказаться от верховой езды, так она доставляла ей удовольствие, Кристина отказалась от шахмат, так как любила выигрывать. Она наклеивала бумажки на антирелигиозные части любимых литературных произведений, возражала против ню (особенно женского) в живописи и отказывалась даже посмотреть Парсифаль Вагнера из-за того, что там воспевается языческая мифология.

     С подросткового возраста Кристина Россетти страдала от различных заболеваний: её преследовали постоянный кашель, невралгические боли, периодически возникали абсцессы и опухоли.

В 1872 году у Кристины Россетти диагностировали болезнь Грейвса (болезнь щитовидной железы), прогрессируя, заболевание сильно сказалось на внешности поэтессы, сделав фигуру и лицо грузными и отёчными. К 80-м годам повторные приступы болезни Грейвса сделали её инвалидом. Болезнь ограничила её социальную жизнь, но Кристина продолжала писать сонеты и баллады. Она особенно интересовалась апокалиптическими книгами, такими авторами, как Августин и Томас Кемпис. Она восхищалась Георгом Хербертом и Джоном Донном. Среди её поздних работ книги на религиозные темы: A PAGEANT AND OTHER POEMS (1881), и THE FACE OF THE DEEP (1892). Кристину считали возможным кандидатом на звание поэта лауреата, после Альфреда Теннисона, приняв вызов она написала королевскую элегию, однако в 1896 году поэтом-лауреатом стал Альфред Остин. 

Кристина Россетти умерла от рака в 1894 году.

 

ПОЭТИЧЕСКОЕ  ТВОРЧЕСТВО

    Кристина Россетти - одна из наиболее значительных поэтесс, творивших в  Англии 19 века в "Викторианскую эпоху"                             

 

    С 1842 года Россетти начала записывать и датировать свои стихи, в этих ранних произведениях прослеживается сильное влияние её любимых поэтов. С 1847-го она начала экспериментировать со стихотворными формами — сонетами, гимнами, балладами, черпая сюжеты как из Библии, так и народных сказок. Ранние работы Россетти относят к романтизму, в них часто звучат размышления о смерти и утратах. Помощь и советы по первым публикациям Кристине давал Скотт, Уильям Белл [2].

   Началом публичной  карьеры Россетти-поэтессы стали публикации в литературном журнале прерафаэлитов "Росток" (The Germ) (1850) под псевдонимом Ellen Alleyn и публикации в «Атенее» (1848). [4].

    Самый известный сборник — «Рынок гоблинов и другие стихи» — вышел в 1862 г. и вызвал похвалу критиков. Поэма-сказка Goblin Market (1862), христианская аллегория греха и искупления, переданная в характерных для поэтики прерафаэлитов чувственных, осязаемых образах; была опубликована в The Germ и получила широкий резонанс.

 

    Другая поэма, The Prince's Progress(1866), о долгом пути Принца к умершей Возлюбленной, также носит аллегорический характер. Основной лейтмотив творчества К. Россетти — неприятие манящего блеска материального мира, утверждение вечных ценностей в постоянном противостоянии чувственного и духовного начал. В отличие от других прерафаэлитов, образная система поэтессы отмечена простотой и отсутствием изощренной декоративности.

ИЗБРАННЫЕ  ПРОИЗВЕДЕНИЯ

 

 

• GOBLIN MARKET AND OTHER POEMS, 1862
• PRINCE'S PROGRESS AND OTHER POEMS, 1866
• COMMONPLACE AND OTHER SHORT STORIES, 1870
• SING-SONG: A NURSERY RHYME BOOK, 1872  was illustrated by Arthur Hughes in 1872
• SEEK AND FIND, 1879
• A PAGEANT AND OTHER POEMS, 1881
• CALLED TO BE SAINTS: THE MINOR FESTIVALS, 1881
• TIME FLIES, 1888
• THE FACE OF THE DEEP, 1892
• VERSES, 1893
• NEW POEMS, 1896
• POETICAL WORKS, 1904 (ed. by W.M. Rossetti)
• FAMILY LETTERS, 1908.
•     Поэтесса отдала большую дань жанру сонета. Некоторые из них написаны на так называемые "bout rimes" - заранее заданные рифмы, - игра, в которой принимали участие все члены семьи Россетти. Известно более 60 сонетов, среди которых выделяются два цикла: 14 сонетов Моппа Innominata. A Sonnet on Sonnets и28 сонетовLater Life: A Double Sonnet ofSonnets. Oба цикла опубликованы в собрании сочинений А Pageant and Other Pоеmsв 1881г.

•     Сонет появляется в творчестве поэтессы с 1848 г. К. Россетти использует английский сонет, так называемую "wave form", когда эмоция и мелодия стиха как бы нарастают к концу октавы и антифонически отступают в секстете; как и в мильтоновском сонете, нет разделения октавы и секстета. Брат Кристины Вильям Майкл редактировал полное собрание её сочинений  в 1904 году. Однажды он сказал: "Кристина привыкла творить спонтанно. Однажды я поинтересовался, случалось ли ей хотя бы однажды обдумать то, что она собирается написать и затем, приступив к сюжету, работая регулярно, исполнить задуманное. Вместо этого что-то влияло на её чувства или "приходило в голову" и её рука подчинялась диктовке. Я подозреваю, что она царапала строки достаточно быстро, а затем прилагала то количество усилий, которое считала необходимым для того, чтобы привести написанное в  правильную форму". Работа Кристины страдала от сокращений и урезанной интерпретации, но в настоящее время она всё более приобретает признание, как большой Викторианский поэт. Для её поэзии характерны "песенное" использование слов и короткие, нерегулярно рифмованные строки. В ее произведениях, демонстрирующих безупречное владение самыми разными поэтическими формами, нередки темы искушения и спасения, религиозные размышления, раздумья о роли женщины в обществе, мотивы чувственной страсти, страдания и искупления, расплаты за минутный порыв. Поэтессу всегда занимала мысль о том, как достойно встретить смерть, утешить близких, облегчить расставание («В гору», «Помни», «Песня», «Когда я умру»). Стихи для детей — еще одна грань ее таланта. Опыт, приобретенный Кристиной Россетти в юности, когда она преподавала в частной школе, пригодился ей впоследствии: она написала множество детских стихов, а в 1872 году был опубликован сборник «Динь-дон» (Sing-Song), вошедший в золотой фонд английской литературы для детей.

• СОНЕТЫ

      Среди сонетов Кристины Россетти (числом более 60), которые она стала писать с 1848 г., можно выделить два цикла: сонеты «Monna Innominata» и 28 сонетов цикла «Later Life» (1881).

  https://readeralexey.narod.ru/Library/ChRossetti_1990.pdf

   

        Monna Innominata: A Sonnet on Sonnets Циклписалсямежду1866-1881 гг. В предисловии к циклу поэтесса ссылается на знаменитых героинь прежней поэзии: Беатриче Данте и Лауру Петрарки, которым предшествовало много «безымянных мадонн» менее известных поэтов, чья любовь (счастливая или несчастная) могла бы занять достойное место рядом с ними. Сонеты насыщены автобиографическими мотивами; доминирующая тональность — безысходность и меланхолия.

   

  From "MONNA INNOMINATA” 

                                      "Con miglior corso e con migliore stella."—DANTE.

                                      "La vita fugge e non s'arresta un' ora."-PETRARCА.

   

   

   

  Time flies, hope flags, life plies a wearied wing:

            Death following hard on life gains ground apace;

            Faith runs with each and rears an eager face,

  Outruns the rest, makes light of everything,

  Spurns earth, and stiil finds breath to pray and sing;

       While love ahead of all uplifts his praise,

       Still asks for grace and still gives thanks for grace,

  Content with all day brings and night will bring.

  Life wanes; and when love folds his wings above

     Tired hope, and less we feel his conscious pulse,

            Let us go fall asleep, dear friend, in peace:

               A little while, and age and sorrow cease;

               A little while, and life reborn annuls

  Loss and decay and death, and all is love. 

   

                               "Con miglior corso e con migliore stella."—DANTEЕ.

                                "La vita fugge e non s'arresta un' ora."- PETRARCA.

  Летят года. Жизнь замедляет ход.

  Смерть гонится за ней, косою косит.

  Над ними вера страстный лик проносит,

  Небесный свет на всю округу льет,

  И молится усердно, и поет.

  А надо всем - любовь. Все переносит,

  Все покрывает и хвалу возносит

  За то, что день принес и ночь несет.

• Жизнь убывает. Так что в час, когда

  Любовь укроет слабую надежду,

  Давай, мой друг, сомкнем навеки вежды...

  Еще немного, и уйдет беда,

  Еще немного, и за смертью вновь

  Возникнет жизнь, ее родит любовь.

  В. Лунина 

   

  "LATER LIFE: A DOUBLE SONNET OF SONNETS” 

      Later Life: A Double Sonnet of Sonnets Циклписалсядо1881 г, опубликованв1881 г. всборникеA Pageant and Other Poems. Из28 сонетовцикла24 обращеныкдрузьям, сонеты3, 4, 5, 8- кбогу.

   

  So tired am I, so weary of to-day,

  So unrefreshed from foregone weariness,

  A So overburdened by foreseen distress.

  So lagging and so stumbling on my way,

  I scarce can rouse myself to watch or pray,

  To hope, or aim, or toil for more or less,

  Ah always less and less, even while I press

  Forward and toil and aim as best I may.

  Half-starved of soul and heartsick utterly,

  Yet lift I up my heart and soul and eyes

  (Which fail in looking upward) toward the prize:

  Me, Lord, Thou seest though I see not Thee;

  Me now, as once the Thief in Paradise,

  Even me, O Lord my Lord, remember me.

   

  Я так устала, так изнемогла я,

  Поблекла так от маяты былой,

  Так мучусь ожидаемой бедой,

  Так медленно, так тяжело шагаю.

  Себя я все труднее подвигаю

  На жизнь, молитву, встречу с суетой.

  Все менее справляюсь с маетой,

  Хоть двигаюсь, себя превозмогая.

  Я пала духом, в сердце — нет огня,

  Но сердце, и душа моя, и взгляд

  Найти награду все еще хотят

  Незримый Бог, ты зришь все лики дня.

  Я, как разбойник тот, что в рай был взят,

  Прошу, Господь мой, помяни меня. 

  Перевод В. Лунина

•  

   

  Кристина много писала о смерти, о мимолётности жизни, о тщетности надежд.

AFTER  DEATH

 

 

Sonnet

The curtains were half drawn, the floor was swept
       And strewn with rushes, rosemary and may
       Lay thick upon the bed on which I lay,
Where through the lattice ivy-shadows crept.
He leaned above me, thinking that I slept
       And could not hear him; but I heard him say:
       'Poor child, poor child:' and as he turned away
Came a deep silence, and I knew he wept.
He did not touch the shroud, or raise the fold
       That hid my face, or take my hand in his,
       Or ruffle the smooth pillows for my head:
       He did not love me living; but once dead
       He pitied me; and very sweet it is
To know he still is warm though I am cold.

После смерти - сонет

  В стихотворении "После смерти", написанном в 1849 году, поэтесса, от имени которой ведётся повествование лежит в гробу. Гробовой покров закрывает ей лицо, но тем не менее, она наблюдает за тем, что происходит вокруг перед погребением. 

 

" Меня живую не любил он, а теперь,

 Когда я померла - жалеет.

Приятно всё таки узнать, что он  теплее стал ко мне,

Хотя сама я несколько остыла."

 

 

Портьеры спущены, пол чисто подметен,

Устелен лапником, и розмарина цвет

Скрывает ложе; в ложе я и смерть.

Сочится свет в окно, увитое плющом.

Склонившись надо мной, он думал, что мой сон

Не потревожить боле, но ему я внемлю,

"Ах, бедное дитя", и отвернулся в стену,

И в мертвой тишине раздался тихий стон.

Скрывающих лицо не поднял покрывал,

Не тронул савана  и за руку не взял,

Не взбил подушку под моею головой –

Как мило, что меня он не любил живой,

Но мёртвой пожалел; смотрите, небеса:

 

Как только я остыла - тепла его слеза.

 

НЕ ПОЗАБУДЬ

Не позабудь меня, не позабудь,

Когда уйду одна во тьме беззвездной,

И ни тебе, ни мне мольбою слезной

Ухода моего не оттянуть;

Когда придется руки разомкнуть

И день, и год грядущий встретить розно,

- Не позабудь! — прошу, пока не поздно

Еще условиться о чем-нибудь.

Но только не грусти! Пусть на мгновенье

Меня забудешь — это не беда:

Я предпочту, исчезнув навсегда

Там, за порогом тлена и забвенья,

Чтоб ты меня с улыбкой забывал -

Чем, вечно помня, вечно горевал.

                                                                       Перевод М. Бородицкой

     От нас при жизни отдалился друг,

Но может смерть его приблизить снова,

Чтоб слышал он любое наше слово,

Чтоб лица близких увидал вокруг.

Вот только не сумеет даже вдруг

Заговорить он голосом живого

И показать опять себя былого,

И солнцем брызнуть в сумрачный наш круг.

Быть может, наши мертвые друзья

Сейчас, средь нас летая в тишине,

Глядят на нас бессонными очами,

Полны всем тем, что нам узнать нельзя,

Полны для нас неслышными словами,

Полны и к вам любовью, и ко мне.