Плач по утраченной Родине
Судьбе не крикнешь: «Чур-чура!
Не мне держать ответ».
Что было Родиной вчера,
того сегодня нет.
Я плачу в мире не о той,
которую не зря
назвали, споря с немотой,
империею зла, –
но о другой, стовековой,
чей звон в душе снежист,
всегда грядущей, за кого
мы отдавали жизнь.
С мороза душу в адский жар
впихнули голышом, -
я с Родины не уезжал,
за что ее лишен?
Какой нас дьявол ввел в соблазн,
и мы-то кто при нем?
Но в мире нет ее пространств
и нет ее времен.
Исчезла вдруг с лица земли
тайком в один из дней,
а мы, как надо, не смогли
и попрощаться с ней.
Что больше нет ее, понять
живому не дано:
ведь Родина – она как мать,
она и мы – одно.
Борис Чичибабин
Максім БАГДАНОВІЧ
Санет "Паміж пяскоў Егіпецкай зямлі"
Паміж пяскоў егіпецкай зямлі,
Над хвалямі сінеючага Ніла,
Ужо колькі тысяч год стаіць магіла:
У гаршку насення жменю там знайшлі.
Хоць зернейкі засохшымі былі,
Усе ж такі жыццевая іх сіла
Збудзілася, i буйна ўскаласіла
Парой вясенняй збожжа на раллі.
Вось сімвал твой, забыты краю родны!
Зварушаны нарэшце дух народны,
Я верую, бясплодна не засне,
А ўперад рынецца, маўляў крыніца,
Каторая магутна, гучна мкне,
Здалеўшы з глебы на прастор прабіцца.
Перевод Геннадия Римского
Среди песков Египетской земли,
Над волнами синеющего Нила
Уж сколько тысяч лет стоит могила:
В горшке щепотку зерен там нашли.
Хоть пересохли зернышки в пыли,
И все-таки их жизненная сила
Проснулась и опять заколосила,
И хлеб посевы снова принесли.
Вот символ твой, забытый край свободный!
Разбуженный, я верю, дух народный
Бесплодно не уснет
И возродится снова, как криница,
Которая ключом могучим бьет
И рвется на простор пробиться.