Название: Притяжение или совпадение?

Пара: Какаши/Ирука, немного Наруто/Саске

Жанр: романс, АУ

Дисклеймер: все права на персонажей принадлежат Масаси Кисимото

    Какаши, затаив дыхание, наблюдал за жертвой. Он сжимал в руке кунай, неотрывно глядя на полноватого мужчину.

   «Атору Коону. Глава одного из влиятельнейших домов страны Земли. Проводит политику, способствующую охлаждению и без того натянутых отношений между нашими странами».

   В который раз вспоминая слова Хокаге, шиноби приготовился нанести удар.

 - Отпусти меня! Отец четвертует тебя, если ты посмеешь меня тронуть, - в комнату втащили полуголого юношу. Светлые волосы топорщились в разные стороны, на скуле растекался огромный синяк. Скользнув взглядом по его телу, Какаши заметил следы веревок, еще недавно связывающих пленника.

 - Заткнись, щенок! Ты ему не сын, - Атору грубо схватил юношу за подбородок.

 - Ты – подкидыш, выродок. Но он… - мужчина осекся и выхватил кинжал. Он заметил, как расширились от удивления глаза мальчишки, словно тот что-то увидел. Резко развернувшись, похититель вскинул руку и замер, встретившись взглядом с холодным черным глазом шиноби. Это было последнее, что увидел в своей жизни Коону. Кунай скользнул по шее, лишая человека жизни, и мертвое тело с глухим звуком упало на пол. Вокруг него мгновенно побежали кровавые дорожки. Какаши быстро наклонился и вытер оружие - медлительность могла стоить ему жизни.

 - Шиноби, - прошептал пленник, заставив Хатаке вскинуть голову. Юноша переступил через труп и умоляюще посмотрел на наемного убийцу.

 - Помоги. Мой отец озолотит тебя, - попросил он. Какаши спрятал оружие и невольно поморщился. Падая, Атору задел его кинжалом. Царапина, не более того, но рука все-таки болела, притупляя идеальные движения.

 - Выбирайся сам, - бросил Хатаке через плечо и выпрыгнул в окно. Скрываясь в тени деревьев, шиноби пробирался к главным воротам. Чуткое ухо уловило шорох сзади, и Какаши в прыжке обернулся, готовый отразить атаку.

 - Там охрана. Они сменят посты. Надо переждать, - прошептал светловолосый пленник. Хатаке удивленно хмыкнул.

 - Отец учился у шиноби. Так что я много чего умею, - усмехнулся бывший юноша.

 - Шиноби, - только и ответил Какаши. Он перевел взгляд на стражу у ворот. Один пост неспешно сменял другой, не подозревая о присутствии чужаков. Дождавшись удобного момента, Хатаке скользнул через стену. Он не сомневался, что мальчишка последует за ним. Ниндзя направил поток чакры в ноги и рванул сквозь лес, не заботясь о судьбе нечаянного попутчика. Миссия выполнена. Теперь следовало вернуться в Коноху.

 - А ты быстрый, - донесся до Какаши запыхавшийся голос. Шиноби обернулся, с изумлением увидев позади мальчишку. Только сейчас мужчина заметил потоки чакры, окутывающие тело бывшего пленника.

«Не знаю, кто его отец, но я был бы не против пообщаться с ним», - подумал Хатаке, - не прерывая движения.

 - Спасибо за помощь, шиноби. Надеюсь, я смогу когда-нибудь отблагодарить тебя, - прошептал пленник и, махнув рукой на прощание, скрылся среди деревьев, слева от воина.

   «Ребенок», - фыркнул в маску Какаши и усилил поток чакры. Тело странно вело себя, и это беспокоило шиноби. Он чувствовал тонкие иглы боли, впивающиеся в позвоночник, и пытался найти их источник.

   «Царапина!» - озарило Какаши. Закатав рукав, он увидел, что рана воспалилась.

   «Яд. Кинжал был отравлен», - мелькнуло в сознании. Хатаке вытащил из нагрудного кармана своего жилета противоядие и одним махом проглотил его. Лекарство готовила сама Тцунанде, но оно не помогло. Иглы только усилились.

   «Проклятие», - прошипел Какаши, спиной чувствуя погоню.

   «Поздравляю тебя, гений», - сам себе сказал Хатаке, сливаясь с тенями. Он бросил все свои силы на то, чтобы уйти не пойманным. Сознание медленно заволакивал туман. Каждое движение приходилось отвоевывать у слабеющего тела с удвоенным усилием.

   «Я не могу так умереть. Не так», - подумал Какаши и рухнул в прелую хвою. С трудом двигая руками, он стянул с себя хитай и зарыл в землю. Его смерть ничто по сравнению с выдачей Конохи.

   «Как глупо», - билось в мозгу Хатаке, пока он медленно отползал от тайника.

   Острая игла боли впилась в позвоночник, заставляя шиноби прикусить губы до крови.

   В глазах Хатаке потемнело. Окружающий мир превратился в боль, сжигающую его тело.

   «Идиот», - в который раз обругал себя Хатаке. Он с трудом открыл глаз и вздохнул. Его все-таки поймали. Но не охранники поместья, а работорговцы. Их не смутила ни одежда мужчины, не оружие. Они просто забрали его и сделали товаром, за который можно было получить деньги. Теперь признанный гений Конохи был выставлен на продажу как корова. С него успели снять всю одежду, оставив только клочок ткани на бедрах, чтобы покупатели могли по достоинству оценить товар. То, что шиноби почти не мог двигаться, торговцев не особо заботило. Маску ему никто оставлять не собирался. Впервые за почти двадцать лет его лицо было открыто посторонним людям.

 - Покажите вот этого, - чей-то голос вывел Хатаке из размышлений. Торговец подошел к нему сзади и резко заставил встать. Шиноби пронзила острая боль, и он рухнул на колени, судорожно ловя ртом воздух.

   «Я не могу двигаться. Яд что-то сделал с моим позвоночником», - с ужасом подумал Какаши.

 - Он что, больной? – тот же голос звучал откуда-то слева. Хатаке силился рассмотреть возможного покупателя, но в глазах растекались радужные круги.

 - У него почти парализован позвоночник, но, посмотрите, какое тело! Молодое и сильное, вы можете делать с ним все, что угодно, а он не будет сопротивляться, - торговец схватил шиноби за волосы и дернул вниз, чтобы покупателя было лучше видно изможденное лицо пленника.

 - Он красивый…будет хорошей игрушкой на один раз, - услышал Какаши женский голос.

 «Лучше бы я умер», - отрешенно подумал мужчина.

 - Добе, зачем мы сюда пришли? – раздался неподалеку новый голос.

 - Не называй меня так! Сколько раз тебе говорить, - к нему присоединился еще один.

 - Я тебя ненавижу, Саске, - выкрикнул второй голос.

 - Эй, подожди, - обладатель второго голоса приблизился вплотную к Хатаке. Зрение пленника медленно возвращалось, и он с трудом смог разглядеть знакомые светлые топорщащиеся в разные стороны волосы.

 - Саске, это он! – светловолосый юноша потянулся к Какаши и коснулся его щеки.

 - Шиноби, - прошептал Наруто, глядя в уставший серый глаз.

 - Эй, парень. Отойди от него. Я его уже выбрал, - юношу попытались оттащить от мужчины, но перед разъяренным покупателем встал спутник Наруто.

 - На колени, или я убью любого, кто посмеет коснуться Его Высочества, - холодно произнес он, вытаскивая из ножен на поясе катану.

 - Высочество… - промямлил несостоявшийся хозяин Хатаке. Шиноби с трудом поднял голову и взглянул на Наруто. Он открыл, было, рот, чтобы попросить о помощи, но не смог выдавить из себя ни звука.

   «Неужели я онемел?! Нет!» - Хатаке захотелось истерически рассмеяться. Видимо, в эту миссию ему суждено было получить самые неприятные повреждения.

 -Я беру его, - тем временем сказал принц и попытался поднять Какаши. Шиноби вновь пронзили иглы боли, и он скривился, пытаясь сдержать слезы.

 - Он парализован, милорд, - угодливо сообщил торговец, склоняясь в низком поклоне.

 - Саске, помоги мне, - окликнул спутника Наруто. В поле зрения Хатаке появился темноволосый юноша, выглядевший едва ли старше своего господина. Он быстро убрал оружие в ножны и осторожно взял на руки раненного воина.

 - Он тяжелый, - недовольно проворчал юноша и посмотрел на шиноби. У Какаши перехватило дыхание. На него смотрели Шаринганы. Настоящие Шаринганы!

   «Он – Учиха! Я думал их клан был полностью вырезан».

   Мужчина мысленно похвалил себя за то, что все это время держал свой второй глаз закрытым. Мало ли как отреагировали бы его «спасители» на его Шаринган.

   Саске обречено вздохнул и сделал шаг вперед. От этого движения тело шиноби вновь запылало огнем. Сквозь жар, пожирающий его сознание, Какаши услышал, как Наруто произнес:

   Это было первое, что услышал Какаши., вынырнув из бессознательного состояния. Он лежал на приятно твердой кровати, абсолютно голый, но укрытый до самого подбородка теплым одеялом. Шиноби не двигался, чтобы не выдать того, что он проснулся.

 - Он хочет затащить твоего отца в постель. По-моему, это все знают, - ответил голос Саске.

 - Пусть только попробует! Я его кастрирую, - воскликнул Наруто.

 - Да-да. Хотел бы я на это посмотреть, - в голосе Саске слышалась нескрываемая насмешка.

 - Могу показать на тебе, - прошипел Наруто. Какаши мысленно улыбнулся. Он приготовился отрыть глаз, но его остановил звук открывающейся двери.

 - Пап! – воскликнул Наруто. Хатаке услышал звук быстрых легких шагов, скорее всего принадлежащих женщине.

 - Я осмотрела его. В крови действительно присутствует яд. Он поразил большую часть нервной системы этого мужчины, но его организм сопротивляется. Я думаю, я смогу создать противоядие. Ах, да! Вот еще что, - обладательница приятного голоса подошла ближе к постели.

   Шиноби поморщился, когда требовательные пальцы открыли его второй глаз с Шаринганом. Много лет назад его пересадили раненному Какаши от умирающего паренька из клана Учихи. Как тот оказался в Конохе, никто не знал.

   Какаши открыл второй глаз и осмотрелся. У его постели стояла красивая молодая женщина в одежде медика. Она приветливо улыбнулась ему и произнесла:

 - Не пытайся двигаться. Твое тело пока не способно на это. Яд, проникший в твою кровь, парализовал тебя, причем почему-то пострадали голосовые связки. Так что и говорить ты тоже не можешь.

 - Но он ведь поправиться, Сакура? – спросил Наруто, привлекая к себе всеобщее внимание. Он стоял по другую сторону кровати шиноби и обеспокоено смотрел на неподвижного мужчину.

 - Будем надеяться. Ему нужен тщательный уход. Если Князь оставит его, то… - осторожно ответила девушка.

 - Пап! Пожалуйста. Я купил его специально для тебя. Я подумал, что это будет хорошим подарком на твой день рождения, - Наруто повернулся к стоящему рядом с ним мужчине. Взгляд Какаши переместился на отца бывшего пленника.

   «О! Боги! Проклятие! Лучше бы я умер», - обречено взвыл про себя Хатаке. Рядом с Наруто стоял никто иной, как Умино Ирука, Князь страны Земли.

   Именно этот человек полгода назад превратил жизнь Какаши в ад. За союзное соглашение между их странами Ирука потребовал его, Какаши, себе! Конечно, это было не официальным заявлением. Шиноби содрогнулся. Естественно, Хатаке отказался, чем вызвал гнев Тцунанде. Она полчаса орала на него, требуя смириться. В конце концов, он не делал различий между мужчинами и женщинами. Но шиноби был непреклонен. Потакать желаниям этого извращенца он не собирался. И что же получилось? Парализованный Хатаке (голый!) лежал теперь перед этим человеком.

 - Нару, спасибо конечно, но… - Ирука незаинтересованно скользнул взглядом по Какаши.

 - Сакура, оставь нас, - вдруг произнес юноша. Девушка поспешно поклонилась и вышла.

 - Добе, я же тебе говорил… - начал было Саске, но Наруто и слушать его не стал.

 - Он спас меня! – выпалил принц, глядя на отца. - Если бы не этот шиноби, Атору….

 - Почему ты сразу мне не сказал? – Умино теперь внимательно рассматривал Какаши.

 - Я не хотел, чтобы Генма знал. Он бы что-нибудь сделал… - признался Наруто.

 - Не говори глупостей. Генма – мой телохранитель. Он в первую очередь должен знать о тех, кто будет находиться рядом со мной, - Ирука с улыбкой посмотрел на сына.

 - Он не позволил бы мне показать тебе шиноби, - упрямо настаивал юноша.

 - Потому что, Генма не хочет, чтобы кто-то вставал у него на дороге. Ты и сам знаешь, что он хочет, чтобы ты…

 - Нару… это тебя не должно волновать. Если ты так просишь, я прикажу, чтобы за этим мужчиной ухаживали…

 - Ты слишком много внимания уделяешь слухам. А это не должно тебя волновать, - повторил Ирука, готовый развернуться и уйти.

 - Никто другой не сможет позаботиться о нем так, как ты! – Наруто схватил отца за руку. - Посмотри. Он – красивый мужчина, тебе ведь нравятся светловолосые.

   «Спасибо малыш», - со злостью подумал Какаши. Такой благодарности ему не надо. Мальчишка собирается уговорить своего папу сделать Какаши своим…..

 - Посмотри, - не унимался Наруто. - Он ведь так похож на того Какаши. Он тоже шиноби и волосы…. – выдал юноша свой последний козырь.

 - Действительно, похож, - протянул Ирука, задумчиво изучая лицо неподвижного мужчины.

 - Я не знаю. Там было темно. Я не разглядел знак на хитае, - понурив голову, сказал принц.

 - Пап, оставь его себе, - снова попросил юноша. Ирука притворно вздохнул и с улыбкой взъерошил волосы сына.

 - Хорошо-хорошо. Я его оставлю. Теперь ты счастлив?

 - Главное, чтобы ты был счастлив. Я уверен, что он намного лучше Мизуки и Генмы, - добавил Наруто, уткнувшись в грудь отца.

 - Я хочу, чтобы ты был счастлив. В последнее время ты был таким грустным из-за этого дурака Какаши. Он и сам не знает, от чего отказался.

   Ирука с грустью посмотрел на сына и мягко отстранил его.

 - Я не хочу, чтобы ты расстраивался из-за этого. Тем более что я не надеялся на положительный ответ, - Умино подмигнул юноше и пошел к двери.

 - Найду Сакуру, может быть, у нее есть новости о противоядии, - махнул рукой на прощание мужчина и вышел из комнаты.

 - Невероятно, добе. Кто бы мог подумать, что ты его уговоришь, - хмыкнул Саске, скучающе глядя на Какаши.

 - Потому что это – Хатаке Какаши, - выдал Наруто, заставив глаза Хатаке удивленно расшириться.

   «Значит, он знал! Чертов мальчишка! Он сделал это специально! Надо было оставить его Атору», - с негодованием подумал шиноби.

 - Что? Ты уверен? Почему ты не сказал ничего?

 - Уверен. Тогда он был в маске и хитае с символом Конохи. Это точно. И как я мог сказать про это папе? Он заслужил немного счастья.

 - Ты – идиот! – выдал Саске и отвесил ему подзатыльник. - Как только Какаши поправиться, то уйдет отсюда. В чем тут счастье?

 - Нет, - Наруто улыбнулся неподвижному мужчине. - Ты поймешь, какой замечательный мой папа и не захочешь уходить.

   «Размечтался», - подумал Хатаке и закрыл глаза.

   За окном властвовали сумерки. Какаши прибывал в состоянии полудремы, невеселые мысли мало-помалу ввергали шиноби в состояние апатии. Ему было все равно, что с ним сделает Ирука. Естественно, князь не упустит своего, особенно когда Хатаке не может даже пальцем пошевелить.

   «Я так и знал. Не терпится ему», - отрешенно подумал Какаши и приоткрыл глаза. Шаринган позволил ему без труда рассмотреть ночного гостя. Но это был не Ирука. Незнакомец был выше князя. Его походка, движения выдавали в нем опытного воина.

   Незваный гость держал во рту стальную иглу – сенбон. Он с пренебрежением осмотрел Какаши.

 - Извини, но я не позволю тебе встать у меня на пути, - прошептал незнакомец и вытащил из держателя на ноге кунай.

  «Генма?» - припомнил Хатаке имя несостоявшегося фаворита Ируки. Шиноби не оставалось ничего иного, как просто наблюдать за действиями чужака. Генма, а это был именно он, склонился к кровати и одним движением сорвал с Какаши одеяло. Тело, лишившись тепла, мигом покрылось мурашками.

 - Ты действительно красивый. Но я три года ждал, когда Мизуки уберется с моей дороги. И теперь не собираюсь отступать, - криво улыбнулся Генма, замахиваясь оружием.

   Мозг Какаши отточенными за долгими годы тренировками мгновенно определил траекторию движения куная и цель поражения.

   «Чем же я так провинился перед вами, Боги?» - подумал Хатаке, отмечая, что удар придется далеко не в его сердце, а намного ниже.

   «Почему бы меня не убить? Зачем унижать?» - отрешенно пронеслось в сознании шиноби. Глаза парализованного мужчины следили за движением оружия, с безразличием понимая, что нет никого, кто мог бы сейчас помешать этому безумцу.

   Тишину комнаты прорезало рычание, и кунай выпал из ослабевших пальцев Генмы. Какаши проводил взглядом оружие, мигом позже почувствовав, как оно упало на бедра, оцарапав кожу.

   Слева от кровати раздались ругательства. Хатаке скосил глаза и, наконец-то, увидел своего спасителя. Это был небольшой пес, с остервенением пытавшийся откусить руку не состоявшему медику.

 - Отцепись! – взвыл Генма, тщетно пытаясь стряхнуть животное.

 - Паккун, отпусти его, - раздался спокойный голос, и в комнату вошел Умино в сопровождении еще четверых псов, куда более массивных, чем спаситель Какаши. Паккун разжал челюсти и спрыгнул на кровать, усевшись на ногу шиноби.

 - Ирука, - только и сказал Генма, умолкнув на полуслове. Хатаке перевел взгляд на князя и понял, отчего ночной гость онемел. Глаза Ируки пылали золотым огнем. Какаши мог поклясться, что они точно были желто-золотистыми сейчас. Весь облик правителя говорил о том, что сейчас кому-то не поздоровиться. Какаши мысленно злорадствовал, глядя на сконфуженное лицо неудачника.

 - Я не разрешил тебе приближаться к нему, - тихим, шипящим голосом произнес Умино.

 - Ирука, я… - промямлил Генма, пытаясь подойти поближе, но ему преградили дорогу два огромных пса, не подпуская к хозяину.

 - Ты слишком много берешь на себя. Возвращайся к себе, я поговорю с тобой позже, - князь сделал жест рукой, указывая на дверь. Сам он подошел кровати, давая незадачливому влюбленному выйти.

 - Ирука, я…я хотел, - Генма попытался приблизиться к Умино, но тот вновь указал ему на дверь.

 - Ты смеешь ослушаться моего приказа? – ледяным тоном поинтересовался князь. Генма, не проронив больше ни слова, покинул комнату, прижимая к груди раненную руку.

 - А ведь Наруто был прав, - пробормотал Ирука и повернулся к Какаши. Бегло оглядев его, он поднял с постели кунай и отшвырнул в сторону.

 - Слава Богам, ты не пострадал, - вздохнул князь и коснулся бедра Хатаке там, где оружие оставило свою отметину. По телу шиноби побежали мурашки.

   «Нет-нет!!! Нет! Я не хочу!» - взвыл он, прекрасно понимая, что Умино его не услышит.

 - Паккун, слезь с него, - скомандовал князь. Дождавшись пока собака спрыгнет на пол, он укутал Какаши в одеяло и взял на руки.

 - Примем ванну и ляжем спать, - сообщил Ирука и понес свою добычу из комнаты.

   «Примем ванную? Вдвоем?! Нет!! Генма вернись!!!» - заскулил про себя Какаши.

   «Ммм… Приятно», - блаженно прищурился шиноби, нежась в горячей воде. Оказывается, ванна с Ирукой была весьма приятным времяпрепровождением. Какаши забавляло, с каким трепетом и лаской к нему прикасался князь. Осторожно скользя руками по телу шиноби, он мыл его, краснея все больше и больше.

   «Эй-эф!! Неужели ты такой стеснительный?» - хмыкнул про себя Какаши. Ирука стал просто томатным, когда намыленная губка опустилась к бедрам Хатаке.

   «Он сейчас умрет от кровоизлияния в мозг», - хихикнул Какаши.

   Закончив с мытьем, Умино закутал шиноби в полотенце и отнес в спальню. Край полотенца закрывал Какаши здоровый глаз, и теперь Шаринган сканировал комнату.

   Она была огромной, куда больше той, что была дома у Какаши. С правой стороны во всю стену тянулось окно. На низком подоконнике лежали подушки и раскрытая книга. Словно кто-то отошел на минуту и вот-вот вернется. Взгляд переместился на кровать.

   «Она… огромная!» - судорожно вздохнул Хатаке, рассматривая искусно вышитое покрывало. Теперь он не сомневался, что Ирука все-таки воспользуется им. Ведь здесь было куда удобней, чем в той комнате.

   Какаши почувствовал, что его посадили на кровать, и Ирука прижался к его спине.

 - Будет не очень удобно. Потерпи немного, - прошептал князь.

   «Как будто я могу тебе возразить», - со злостью подумал Хатаке.

   Полотенце соскользнуло с головы и упало на плечи.

   «Только не тяни. Сделай это быстро», - взмолился шиноби.

 - Это полотенце мягче, и лучше впитывает влагу, - произнес Ирука, методично высушивая волосы Какаши.

 - А ты и вправду похож на него. Хотя, я не знаю, как он выглядит…Какаши. Он носит маску и натягивает хитай на левый глаз… - тихо произнес Умино, нежно касаясь серебристых волос.

   Хатаке безмолвствовал. Ему с одной стороны было интересно, что о нем думает этот человек, но с другой… Какаши смущала его откровенность.

 - Я благодарен тебе за спасение моего сына, но ты убил очень влиятельного человека,…мне следовало бы казнить тебя, но…. Когда я смотрю на тебя, мне кажется, что я вижу того, недоступного для меня человека. Поэтому я буду тебя называть… Каши!

   «Замечательно», - невесело похвалил его Хатаке.

 - Я видел его всего пару раз, но не могу забыть с тех пор. Я настолько одержим им, что просил Какаши в обмен на соглашение с Конохой… Ты можешь это себе это представить? – со смешком произнес Ирука и поцеловал шиноби в затылок.

   Умино стянул с шиноби полотенце и аккуратно уложил на кровать.

 - Красивый, - прошептал он, склонясь к самому лицу Хатаке. Какаши хмуро смотрел на него, надеясь, что его взгляд охладит пыл князя. На этот раз его спас стук в дверь.

    Ирука поднялся, укрыл Хатаке одеялом и впустил гостя в комнату. Это оказался молодой мужчина в одежде медика.

 - Госпожа Сакура велела Вам передать, милорд, - с поклоном сказал мужчина и протянул Умино пузатую баночку.

 - Мазь необходимо втирать в позвоночник, - поспешно добавил он и едва дождался кивка правителя, чтобы исчезнуть в коридоре. Умино развернулся и с улыбкой подошел кровати:

 - Какая удача, мой Каши. Мы можем начать лечение прямо сейчас, - засмеялся он и плотоядно облизнулся.

   «О Боги! Он точно извращенец!» - пронеслось в сознании Какаши, пока его бережно переворачивали на живот.

    Если бы он мог, Какаши сейчас бы взвыл от отчаяния. Пальцы Ируки касались кожи, старательно втирая мазь. Умино неторопливо спускался вниз по позвоночнику, пока позади не осталась поясница. На мгновение пальцы князя замерли, но лишь для того, чтобы вновь возобновить свой путь.

   Глаза Какаши распахнулись от ужаса, когда осторожные пальцы коснулись копчика.

   «Лучше бы я умер от яда, чем вот так…. Кто бы мог подумать, что его, парализованного, изнасилуют!!!»

 - Я не сделаю ничего, что будет тебе неприятно. Тебе нечего опасаться, - произнес Ирука, словно знал, отчего сердце Какаши бьется как бешенное. Он перевернул шиноби и укутал в одеяло. Хатаке не мог поверить, что князь так ничего и не сделал. Умино поцеловал его в лоб и пожелал спокойной ночи.

   Больше в ту ночь Ирука не коснулся шиноби. Хатаке краем глаза следил за князем, который уже с час безмятежно спал на другой стороне кровати.

   Дни проходили за днями. Мало-помалу возвращалась к Какаши способность двигаться. В тот день, когда шиноби впервые пошевелить пальцами, Ирука устроил маленький праздник. Он так и не касался Хатаке, чем безмерно его удивлял.

   Хатаке порой задумчиво разглядывал князя. Почти все время выздоравливающий шиноби находился рядом с Умино. Он видел, как хмуриться и улыбается правитель, его счастливую улыбку, когда рядом появлялся Наруто. Собаки князя полюбили Какаши и постоянно крутились около него. Ирука, заметив это, с веселыми искорками в глазах только и сказал на это:

   Хатаке постепенно привык к присутствию Ируки. Иногда он ловил себя на мысли, что ждет, когда откроется дверь и в комнату войдет уставший князь.

   Вечерами Умино читал Какаши книги, заметив интерес шиноби к одному из томов «Ичи, Ичи…», забытому на столе кем-то из домашних. Роман был эротическим, и Хатаке откровенно забавлялся, видя, как краснеет князь.

   Была и еще одна причина, по которой сердце Хатаке билось быстрей. Даже себе шиноби не смел признаться в этом. Но…он ничего не мог с собой поделать, когда видел красивое лицо Ируки, обрамленное распущенными длинными волосами. Даже шрам, тянувшийся через переносицу, не портил очарование этого мужчины.

   «Нет! Он мне не нравиться. И никогда не понравиться. Меня не купишь на лучезарные шоколадные глаза», - говорил себе Какаши, но снова и снова ловил этот взгляд.

   Через месяц мазь Сакуры полностью излечила Какаши. Он даже начал тренировки, пытаясь вернуть былую силу телу. Заметив его попытки, Умино отвел его на специальную площадку и познакомил с седым воином, который когда-то тренировал самого Ируку. Иногда и сам князь был противником набиравшего силу Какаши.

   Вот только голос не возвращался к Хатаке. В конце концов, Умино не требовал от него даже написать свое имя, так и назвал его «Каши». Наруто косился на Какаши и загадочно улыбался, стоило ему застать их наедине.

   «Нужно закончить это, пока все не зашло слишком далеко», - подумал как-то Хатаке, прислушиваясь к дыханию спящего князя. Похоже, все поданные этого человека смирились с тем, что странный незнакомец постоянно находится рядом с их правителем. Даже Генма перестал зло смотреть на Какаши. А Ирука… Его глаза лучились радостью, стоило ему взглянуть на своего «Каши».

   «Мне пора уходить», - подумал Какаши и с грустью посмотрел на спящего рядом князя.

 - Каши, вставай! Хватит спать, - князь стянул с шиноби одеяло, но тот спрятал голову под подушку и притворился, что ничего не слышит.

 - Сегодня будет праздник. Вставай. Ко мне приехала делегация из Конохи, я хочу, чтобы ты сопровождал меня.

    При упоминании родной деревни Какаши показался из своего укрытия.

   «Это была плохая идея», - в который раз отругал себя Хатаке. Он стоял, справа от кресла Умино и внимательно следил за всем, что происходит в зале для приемов. Какаши старался не смотреть на Ируку, так как тот восхитительно выглядел в парадном облачении.

 - Господин Эбису – посланник Конохи, - громко объявил кто-то из придворных.

   Шиноби замер. Он молил всех Богов, чтобы его старый друг не выдал его. Эбису в сопровождении знатных жителей Конохи подошел к возвышению, на котором сидел Ирука.

 - Коноха приветствует высокочтимого князя, - произнес посланник, склонившись в поклоне.

 - Для меня честь приветствовать Коноху, - ответил Умино. Эбису поднял голову и взглянул на правителя.

 - Моя госпожа Тцунанде просила передать Вам пожелания здоровья и процветания. Она выразила надежду, что переговоры о союзном соглашении, наконец, увенчаются…

   Эбису осекся на полуслове, обратив внимание на стоящего рядом с князем мужчину. Какаши выразительно посмотрел на него, глазами умоляя не выдавать его.

 - Я тоже надеюсь на это. Господин Эбису, я слышал, что племянник вашей Хокаге погиб в бою… правда ли это? – спросил Ирука, внимательно глядя на гостя.

 - Какаши… да, мы так считаем. Однако тело до сих пор не найдено, - ответил Эбису, более не глядя на того самого «умершего» Хатаке.

 - Если вы не возражаете, мы продолжим беседу в саду. Сегодня прекрасная погода, - сказал Ирука и повернулся к своему шиноби.

 - Каши, проводи гостя в Северную беседку, - велел ему князь и добавил, обращаясь к Эбису:

 - Какаши, что происходит? Почему ты здесь, - прошептал Эбису, когда они остались вдвоем.

   Хатаке вытащил из кармана листок бумаги и грифель. Он быстро написал несколько слов и показал лист другу:

   «Я был ранен. Не выдавай меня. Он не знает кто я».

   «Он не видел меня без маски», - написал Какаши и быстро огляделся.

 - Завтра на рассвете. Тцунанде просила вернуться как можно быстрее.

 - А Ирука? Он вряд ли отпустит тебя,…тем более ходят слухи, что ты – его новый фаворит, - осторожно сказал посланник. Хатаке только отрицательно покачал головой.

   «Я еду с вами. Не волнуйся об этом. Я все-таки шиноби».

   Какаши быстро спрятал записку в карман и пошел вперед. Эбису удивленно проводил его взглядом, но через минуту в беседку вошел Ирука, кивком приветствуя гостя.

 - Каши, ты можешь быть свободен, - не глядя на шиноби, велел князь и начал беседу с Эбису.

   Небо окрасилось в красновато-желтые цвета. Новый залп и на черном покрывале растекались голубые и фиолетовые пятна.

   Какаши рассеянно смотрел на фейерверк, застыв на верхней террасе замка.

   «Завтра меня здесь уже не будет. Я должен радоваться,…но почему же на душе так тоскливо?»

 - А, вот ты где, - раздался рядом с Хатаке знакомый голос. Ирука подошел к шиноби и тоже поднял взгляд на небо.

 - Красиво, - протянул он, глядя на розовые и оранжевые цветы из огня.

   «Это ты красивый», - подумал Хатаке, любуясь князем.

   Умино опустил голову и вскинул руку, приветствуя кого-то на нижней террасе. Какаши проследил за его взглядом и увидел Наруто, машущего отцу. Рядом с юношей как всегда возвышался невозмутимый Саске.

   Ирука рассмеялся и повернулся к Хатаке. В золотисто-карих глазах была такая нежность, что Какаши не удержался и, сделав шаг к князю, поцеловал его.

   Умино замер. Шиноби отстранился и вопросительно посмотрел на него.

   «Я знаю, что ты хочешь этого. Сегодня наша последняя ночь вместе… позволь мне….»

 - Каши, я не думаю, что это хорошая… - покраснев, начал было говорить Ирука, но Хатаке властно привлек его к себе и впился губами в его губы. Рот князя прикрылся, позволяя Какаши проникнуть внутрь. Шиноби сжимал в объятиях Умино, понимая, что остановиться уже не сможет.

   Оторвавшись от Ируки, он пытливо посмотрел на мужчину. Тот тяжело дышал и покраснел еще больше.

   «Может быть я пожалею о этом, но сейчас…сейчас я хочу тебя. Сейчас… чтобы ты был моим. Кричал мое имя…и, наконец, заснул в моих объятиях».

Какаши подхватил на руки князя и понес в дом.

 - Каши, ты только что похитил правителя, - засмеялся Ирука, обвив шею шиноби руками. - Отпусти меня. Я не хочу, чтобы ты делал то, что тебе неприятно.

   Какаши усмехнулся и толкнул дверь их спальни.

   «Только ты и я. И никаких нельзя и противно».

 - Каши, что с тобой сегодня? - Ирука сел на кровати и уперся ногой в живот шиноби. Он надеялся, что Хатаке прекратит свои действия, иначе они зайду слишком далеко.

   «Что со мной? Грех спрашивать подобное, когда ты выглядишь так соблазнительно».

   Какаши обхватил пальцами щиколотку Ируки, пресекая любые попытки вырваться.

   «Если ты еще раз так произнесешь мое имя, я за себя больше не отвечаю».

   Хатаке спустился языком по ступне своего князя. Умино судорожно втянул воздух.

   Шиноби лизнул подушки пальцев и нежно прикусил кожу. Ирука издал тихий стон и попытался освободиться. Заметив его движение, Какаши подался вперед и взял в рот его пальцы.

   Князь сжал руки в кулаки, безжалостно сминая простыни. С его губ сорвался громкий стон, когда горячий твердый язык коснулся пальцев на ноге. Какаши легко посасывал их, доводя Ируку до исступления.

   Краем глаза шиноби наблюдал затем, как меняется лицо Умино. Князь откинулся назад, опираясь на руки. Он закрыл глаза и тяжело дышал, улыбаясь уголками губ.

 - Как хорошо…. – прошептали припухшие губы. - Никто…никогда… не останавливайся…

   «Я не могу… я не хочу останавливаться», - усмехнулся про себя Хатаке.

   Он выпустил пальцы изо рта и нежно поцеловал их. Ирука глубоко вздохнул, пытаясь справиться с собой. Краска залила его лицо, его щеки, и он нерешительно смотрел на шиноби, не зная, просить ли о продолжении или уйти.

   Какаши улыбнулся и прижался губами к щиколотке Ируки. Он целовал каждый сантиметр его кожи, поднимаясь выше и выше по ноге. Лишь на мгновение Хатаке замер, чтобы покрыть поцелуями коленку.

 - Каши…я…мы… - попытался сказать Ирука, но не смог собраться с мыслями, когда настойчивые руки начали ласкать бедра и потянули вниз белье.

   Какаши поцеловал нежную кожу желанных бедер.

 - Каши, - застонал Ирука, когда губы Хатаке коснулись напряженной плоти.

   «Да…повторяй мое имя,…я схожу с ума от твоего голоса».

   Князь выгибался навстречу горячим ласкам, постанывая все громче и громче. Какаши ускорил движения, чувствуя, что скоро Ирука достигнет пика.

   Ирука выгнулся и выкрикнул его имя. Хатаке осторожно отстранился и легко коснулся губами плоти любовника, заставив пробежать по телу князя волну наслаждения. Не медля ни секунды, шиноби встал на колени между ног Ируки и посмотрел в лицо князя. Золотисто-карие глаза сейчас казались огромными. Взгляд князя понемногу прояснялся, возвращая мужчину в реальность. Какаши с жадностью рассматривал его. Не сдержав порыва, он наклонился вперед и осторожно распустил волосы Ируки. Темно – коричневые пряди рассыпались по подушке по душке, делая весь облик Умино еще более восхитительным.

 - Ты прекрасен, - произнес губами Хатаке, надеясь, что его поймут. Ирука покраснел еще больше и закрыл лицо руками.

   «Нет – нет. Я хочу видеть тебя…твои глаза, улыбку»

   Какаши коснулся щекой ладони Ируки и потерся об нее, прося разрешения убрать руку. Князь скользнул пальцами по шраму, пересекающему левый глаз шиноби, по носу, по губам, очерчивая их контур. Подавшись вперед, он прижался губами к губам своего «Каши», мечтая лишь о том, чтобы этот миг не кончался.

   Мягко отстранившись, Какаши раздел Ируку, наслаждаясь красотой его тела. Хатаке улыбнулся и сбросил свое кимоно на пол. Ему нравились быстрые, возбуждающие взгляды, которыми его рассматривал князь.

 - Возьми меня, - только и ответил на это Ирука, выгибаясь навстречу желанным прикосновениям. Шиноби ласкал сильное тело, сжимая его в объятиях крепче и крепче, словно боялся, что сейчас князь исчезнет. Он старался поцеловать каждый сантиметр этой восхитительной кожи, подарив ему всю нежность на которую он был способен.

   Поцелуи, объятия, жаркое дыхание обжигали тела, приближая их к желанному мгновению. И в тот миг, когда его мир взорвался тысячей красок и ощущений, Какаши видел только глаза Ируки…золотисто-карие, безумно красивые глаза.

 - Мне никогда не было так хорошо, мой Каши, - прошептал князь, положив голову на грудь шиноби.

   Какаши улыбнулся, играя шелковистыми темными прядями. Он и сам не ожидал, что это будет так восхитительно. Как жаль, что….

   «Нет! Я не могу думать об этом», одернул себя Хатаке и, теснее прижал к себе Умино.

 - Знаешь, я решил заключить союз с Конохой, - немного помолчав, сказал Ирука. Он поднял голову и посмотрел в разноцветные глаза любовника.

 - Меня больше не интересует тот, чужой Хатаке, которого я не знаю. Со мной рядом мой Каши, и больше никто мне не нужен, - Ирука потянулся и поцеловал Какаши в губы.

   Много позже, прислушиваясь к тихому дыханию спящего князя, шиноби осторожно выбрался из постели. Он несколько минут рассматривал безмятежное, улыбающееся во сне лицо Ируки.

   Рассвет встретил Какаши в дороге. Он возвращался в деревню…в родную Коноху. И никак не мог понять: осталось ли с ним его сердце, или оно теперь принадлежит красивому мужчине с золотисто-карими глазами.

   «Вот бы каждая миссия заканчивалась бы так удачно, - подумал Какаши, с радостью устремляясь к воротам Конохи. Прошло два месяца с тех пор, как он вернулся домой.

   Тцунанде кричала на него около часа, но по ее глазам Хатаке видел, что она рада его видеть. Под ее неусыпным контролем он всего за месяц восстановил былую форму. Потянулись привычные дни, которые скрашивали сны о золотисто-карих глазах Ируки.

   Переговоры между страной Земли и Конохой возобновились. Князь без лишних проволочек согласился подписать союзный договор.

   «Я хочу его увидеть, - подумал Какаши и вздохнул. Он гнал от себя это желание, но не мог уже сопротивляться чувствам.

   «Я полюбил его. Того самого Ируку, которого я так ненавидел…

   Какаши усмехнулся и вошел в деревню. Кивнув дежурившим Котетцу и Изумо, шиноби направился к Хокаге. Его задание, свиток, был надежно спрятан на груди. Проходя мимо книжного магазина, Хатаке резко остановился.

 - Ура!!! – воскликнул он, радуясь тому, что может вновь слышать свой голос.

 - Ура! – выкрикнул Хатаке и бросился в магазинчик, в витрине которого была выставлена новая книга «Ичи, Ичи…»

   Купив желанный томик, шиноби погрузился в чтение, продолжая свой путь к Тцунанде. «Сегодня день подарков!»

 - Какие люди. Посмотри, Саске, - раздался рядом с Хатаке до боли знакомый голос. Подняв глаза, Какаши увидел Наруто, нагло ухмыляясь ему.

 - Привет, Какаши, - поздоровался принц. Саске, как обычно хранивший покой юноши, кивнул, не тратя лишних слов.

 - Ты что здесь делаешь? – удивленно спросил Хатаке, поблагодарив маску за то, что сейчас не видно его ошарашенного лица.

 - Папа приехал к Хокаге, и мы с ним, - ухмыляясь, сообщил Наруто.

 - Ирука, здесь…. – прошептал Какаши, почувствовав, как у него подгибаются колени.

 - Пойдем, Саске. Я видел здесь где-то ресторан, - Наруто развернулся и, как ни в чем не бывало, пошел дальше.