Стихийно и пока робко. Нельзя радоваться преждевременно, чтобы не спугнуть его. Но он пошёл, грамотно выбрав время: под утро, засыпая дороги. Создавая оглушительную тишину. А чего бы ему не пойти? Почва подготовлена, минусовые температуры стабилизировались. Пусть пока его дворники метут метлой: даст бог, и в ход нужно будет пустить лопату. Я согласен просыпаться под её скрежетание. Соскучился по этому утреннему аккомпанементу. Он задавил своего техногенного предшественника, вызванного работой ТЭЦ, забившегося тополиным пухом в асфальтовых трещинах, заметанного возле бордюров. Этот - скрипит под ногами.

Вчерашний день был нетревожный и бессобытийный. В редакции с удивлением узнал, что поэт Лев Рубинштейн, оказывается, поёт: ожидается его выступление в филармонии. Из последних уволенных под занавес этого года был Шрек (таковое имя я привязал к нему, и оно прижилось). Странный парень, суетливый, но хороший.

Где-то идёт "Щелкунчик": в Питере в Мариинке новогодних 18 показов, в Москве, 28-го, - в консерватории. Надо это держать в голове.