Посмотрел несколько фильмов по Кафке. В частности, Орсона Уэллса (1962) и Дэвида Джонса (1993). Конечно, второй великолепнее! Смотрел также какое-то из "Превращений" и сериал смотрю, которым очень наслаждаюсь.

Меня недавно спросили: скажи, мол, как знаток Кафки, правда ли, что его отец был таким... Мм... Такой грозной фигурой и т.д.

Честно? Да разве можно о Кафке что-то знать? Он же гений. И какой я там знаток? Я просто имел к нему неизменный восхищённый интерес. А когда пережил его (не интерес, а Кафку по возрасту), сделался ему необъявленным другом. Поймите меня, теперь ему можно сделаться кем угодно. Он ведь всё уже.

Мой юный друг Кафка. Это такая нестяжательная и необременительная дружба. 

Поэтому я часто пишу о нём. И даже ему самому писал, представляя его котом. 

Но я становлюсь всё старше, и мои сочувственные интенции постепенно дрейфуют в сторону Германа Кафки, то есть его отца. Потому что досталось ему от такого сына! Недавно перечитал знаменитое "Письмо отцу". Чёрт возьми, мы забываем источники. Воздержусь здесь от оценок. И так всё понятно. Нам, обывателям, а не литературоведам и фрейдистам, понятно. Что Франц вцепился в того, кто его вскормил. Кто ругал за крошки на столе, но ронял их больше всех. Кто ковырялся зубочисткой в ухе. Кто тянулся к ремню (правда, только тянулся), а однажды выставил бедного Франца на балкон. И вот этот Франц впился ему жвалами в горло. Просто отец всегда был рядом. Да, отец был сам не свой, когда Франц болел. Слабой рукой подавал ему знак с порога: "Лежи, лежи..." Да, отец сотрясался в беззвучных рыданиях, когда болела мать.

И вроде теперь и не скажешь, что Франц паразит и вампир, если привёл характеристику папы не так однобоко. Всё запутано. 

Но сейчас я задумал небольшое эссе об искусственном интеллекте у Кафки. У него же, скажем в скобках, не было души. А интеллект без души и есть ИИ. Очень подходит.

Мне эту идею Орсон Уэллс подбросил. О его фильме я много слышал. Что там музыка Альбинони. Что Йозефа "Ка" (в фильме Джонса он уже Йозеф "Кей") убивают тротиловой шашкой. Но всё как-то не удавалось посмотреть.

Посмотрел. Ну что, хорошо. Конечно, уйма вопросов, которые вынесу за рамки. Уэллс сам по себе уникальная личность. Антипод Кафки. Впрочем, сейчас не об этом. Случился там в двух сценах примечательный разговор между дядей Максом и Йозефом К.

Дядя Макс прибыл к Йозефу на работу прямо с вокзала. Йозеф ещё не освоился в новой роли арестованного. Его дядя по-селянски фамильярен, но искренне (хотя искренность у Кафки всегда под вопросом) хочет помочь племяннику. Буквально на словах "уголовное дело", слишком громко произнесённых, Йозеф берёт дядю за локоть и выводит из конторы. Не забываем, что Йозеф что-то там начальник отдела. Они проходят мимо огромных, высотой в три человеческих роста, футуристического вида машин, вытянувшихся в длинный ряд, с мигающими индикаторами. ЭВМ циклопического масштаба. Фильм, напоминаю, 1962 года. [Мы имеем либо две сцены, либо эпизод, разрываемый сценой с пыточной камерой. Потому что] Йозеф на какое-то время отлучается в комнату, где пытают его конвоиров, а возвращаясь, продолжает мягко, но настойчиво толкать дядю к выходу. Режиссёр явно хочет окупить вниманием зрителя строительство такой громоздкой декорации. Или он что-то хотел этим сказать? Ведь ЭВМ, понятно, в романе Кафки не было. Процитирую диалог дяди и Йозефа[, а потом завтра над всем этим поразмышляю].

- Что там?

- Компьютер.

- Это новомодная штука? (…) Знает все ответы? (…) Спроси компьютер про своё дело.

- Не позволено.

- Это ведь всегда можно устроить.

- И что я спрошу? Я даже не знаю, в чём меня обвиняют.

- Вот пусть машина и разберётся.

- Ей нужны данные. Экономические, социальные, психологические. Впрочем, она проводит личностные тесты. Но сначала ей нужно много данных.

- Ей? Это она?

- Так к ней обращаются эксперты.

- Прямо как к любимой лодке или авто.

- Даже больше.

- С любовью? Страхом?

- Не знаю.

- Раз это она, я был бы поаккуратнее.

…- Йозеф, этот господин отвечает за электронные мозги. (…) В общем, эксперт. Вы опираетесь на цифры и факты. Преступление – это факт, не так ли? Допустим, я совершил преступление…

- Дядя Макс, они очень заняты.

- Они работают посменно. У ночной смены меньше работы. Они могут вам всё показать.

- Пойдём, дядя.

- Я согласен, Йозеф, от всей этой модной электроники нет никакой практической пользы.

- Дядя Макс, тихо.

- Ты же не думаешь, что какой-то арифмометр поможет тебе с уголовным делом?..