Анри Пиебалгс состоял внештатником в газете и подрабатывал учителем, обучая школьников на дому - они были с умственными отклонениями, а от таких, вы знаете, всего можно ожидать. Очень сложные ученики, прикреплённые к адаптивной школе. При первом же посещении одного из них Анри ударило током перед квартирой, потому что звонок болтался на соплях. В другом случае его встречала на пороге так похабно накрашенная ученица, что Анри становилось в течение урока страшно - не от мысли, что он бессознательно может с ней что-то сделать, а от мысли, что вообще с ней можно сделать при её очевидной глумливой готовности к попустительству.

Тем временем так совпало, что он сам занялся своим здоровьем - коллеги на основной работе это не стали бы отрицать, и если какая-то странная эмоция проскакивала у него, то ей не придавали особого значения. Например, увидит Анри в газетной статье слова: сахар-сырец, или: швейцарский кантон, и как-то странно усмехнётся - "Что за чушь!"

Но Анри больше удручало то, что несмотря на то что он начал заниматься своим здоровьем, тут же оказалось, что оно стало ему отказывать. Раньше при потеплении погоды у него немел мизинец левой руки, а теперь, когда он начал заниматься своим здоровьем, у него стал неметь вместе с мизинцем и соседний средний палец. При таком ходе дела у меня скоро рука отнимется, думал Анри Пиебалгс, а в курилке говорили, почему-то понизив голос: "Сердце", и смотрели на него после этого, как смотрят что-то знающие, но пока придерживающие в тайне люди.

Однажды во время урока с той самой смазливой девицей, когда Анри рассказывал ей о творческом пути Карамзина, у него случился приступ диареи, и он отправился в туалет, которым из-за того, что в квартире все выключатели были убраны под потолок, а спускающиеся от них шнурки невозможно было нащупать, он воспользовался в совершенной темноте. В квартире было тихо. Только слышно было, как шебуршит черепаха в гостиной в сухом аквариуме, которую он приметил уже давно. Анри вышел в коридор, держась за мизинец и по уже устоявшейся привычке растирая его, и потянул на себя дверь ванной. "Что за чушь!" - воскликнул он, когда за дверью увидел собершенно голую ученицу, ... и т.д.