Во время очередного путешествия по Египту я задумался над тем, ради чего мы живём и работаем? Жизнь для работы или работа для жизни?
Мы работаем, чтобы иногда отдыхать, или отдыхаем, чтобы работать?
Отдых для работы или работа для отдыха?
Не всякий, кто хорошо работает, умеет хорошо отдыхать.

В древнем Египте трудились не намного больше, чем мы сейчас. Да и рабства как такового не было – работали на фараона! А когда фараон не предоставлял пива и обещанной краски для грима, работники бастовали. Пиво было тем, что мечтал встретить египтянин в загробной жизни. Наверное, поэтому так много сохранилось сосудов в погребальных камерах.

Если судить по Библии, труд это проклятие. Адама выгнали из Рая, чтобы он в поте лица добывал хлеб свой. А в Раю он жил припеваючи, и не знал что такое трудиться.
В нашей культуре труд также не является ценностью. Показательно, что любимый герой русских народных сказок Иванушка-дурачок всё время лежит на печи, и ленится сойти с неё даже ради царевны. Ему бы скатерть-самобранку, да сапоги-скороходы, да щуку-волшебницу, – чтобы, значит, не работать.

Мы живём не для того, чтобы работать. Мы не рабы!
Для советского человека главным в жизни была работа ... по строительству коммунизма. Праздники и отпуск существовали лишь для того, чтобы человек мог восстановить силы опять же для работы.

Раньше слова карьера и карьерист были ругательными. Сейчас наоборот, делающий карьеру достоин всяческой похвалы.
Всё дело в системе ценностей. Что для вас важнее: работа, семья, здоровье, любовь?..
Уверен, лишь очень немногие работают ради самореализации, остальные из-за нужды!

Известно, что американцы трудоголики. В своей последней лекции американец Энди Рауш так ответил на вопрос о причинах своего успеха: «В пятницу в одиннадцать вечером я ещё работаю в своём офисе».
Кто у нас способен на такое?!

У нас труд никогда не был самоценностью. «Трудом праведным не наживёшь палат каменных», – гласит известная русская пословица.
Сколько не работай, всё равно накопленное отберут; не через дефолт, так через инфляцию.
У нас много не заработаешь, а что вернее – урежут зарплату.
И так заставляют работать сверхурочно за благорасположение начальства в нарушение норм Трудового Кодекса. А попробуй откажи начальнику… – уволят без объяснений.

Благополучие американского общества добыто протестантской трудовой этикой, в которой труд является главной ценностью и мерилом оценки человеческой личности. Поэтому именно степенью материального благополучия оценивается благодать. Если человек достиг богатства, значит на нём благодать Божия.
У нас всё прямо наоборот. Самыми святыми почитались юродивые и старцы, не имеющие ничего и не пекущиеся никогда о материальном достатке. Взять хотя бы Серафима Саровского, жившего как нищий одиноко в лесу.

Русскому мировоззрению было характерно сомнение относительно богатства, основательного устройства жизни и быта, а земная жизнь представлялась как путь странничества и бегства от мира.
Нужно ли копить блага земные, отдавая все силы души и тела участию в обществе потребления, или ограничиться в материальном потреблении, чтобы посвятить все свои силы совершенствованию души? Если жизнь после смерти есть, то следует выбирать путь совершенствования души. Если же не верить в бессмертие души, то и заботиться о ней нечего.
Общество материального потребления неизбежно формирует бездуховность как следствие. Таким образом, налицо противоречие между обществом потребления и духовностью общества.

Философия рыночной экономики требует роста потребления, а значит производства, а значит мобилизации всех человеческих сил на зарабатывание денег для удовлетворения всё возрастающих материальных потребностей.
Тот же, кто сосредотачивается на духовном совершенствовании, как правило, ведёт весьма аскетическую в материальном отношении жизнь. Он для рыночной экономики не интересен, он даже враг ей, потому что не покупает всё новых машин, и тем самым не способствует росту производства.

Всё дело в стимулах труда. Обогащение как стимул трудиться стимулирует лишь до стадии насыщения, до обретения достатка. Далее материальные стимулы уже не действуют.
Если на западе стимулом труда является достижение всё большего богатства, то у нас человеку не нужно богатства, ему хватает достатка! Поэтому на эксцентричных капиталистов-миллионеров вроде Абрамовича смотрят как на весьма странных людей.

У нас главным стимулом труда всегда являлась нужда. Ну ещё в небольшой степени честолюбие.
Все герои русской литературы это люди, разуверившиеся в счастье материального богатства (тот же «Фома Гордеев»). Наш идеал – раздать всё имение людям и вести жизнь старца (к чему стремился Лев Толстой всю свою жизнь).

Когда смыслом жизни является не труд, у человека формируются совершенно иное мировоззрение и иная жизненная философия.
Труд не цель, а всего лишь средство. Многие люди, получившие материальный достаток, перестают работать. Да и мечты многих людей связаны именно с тем, чтобы не работать, а путешествовать по миру.
Но, судя по тому, что у нас большинство людей проводят отдых на даче, у них просто нет средств на отдых (хотя количество путешествующих за рубежом и растёт, но исключительно любознательности русского человека).

Лично я считаю, что самым большим достижением перестройки является возможность не работать (когда не хочешь), и возможность свободно путешествовать по миру.

Двадцать лет назад я занимался исследованием системы ценностных ориентаций молодёжи, и могу сказать, что ныне эта система ценностей сильно изменилась.
В нашем современном обществе нет общепринятых идеалов. Изменились представления о смысле жизни. Поменялись ценностные ориентации людей, их идеалы и цели в жизни. А именно система ценностных ориентацией является показателем благополучия общества.

Ради чего мы живём? Что для нас цель, а что средство?
Что лично для Вас на 1 месте, на 2-ом и на 3-ем? Работа, любовь, семья, деньги, отдых, карьера, здоровье, дружба, дети, уважение окружающих…?

Произошло смешение ценностей-целей и ценностей-средств. Мы часто жертвуем личным временем и интересами любимых ради работы, денег, карьеры, забывая, что если не будет любви, и работать будет незачем. Любовь нельзя купить. Любовь превыше всего!

Всё, что даётся — это благость. Мы сами выбираем зло. Во мне живёт лишь благодарность, всем бедам и смертям назло. И благодать, что нам даётся, навряд ли можно искупить. Нам лишь работать остаётся, работать, верить и любить. Нас чудо водит по планете, счастье везде всегда даря. А мы, наивные как дети, лишаем праздника себя. Не видим иль не замечаем заботу и любовь небес. Себя мы сами обделяем любовью, коей в нас не счесть. Лишь приглядись — и ты увидишь, насколько неслучайно всё, и чудо вдруг во всём заметишь, и счастьем станет бытиё». (из моего романа-быль «Странник»(мистерия) на сайте Новая Русская Литература http://www.newruslit.nm.ru

ЛЮБОВЬ ТВОРИТЬ НЕОБХОДИМОСТЬ!

© Николай Кофырин – Новая Русская Литература