Как я люблю первое января, вы бы знали! Тихо, как в театре. Партер молчит, бельэтаж затаил дыхание и даже галёрка притихла: где-то там, на сцене Отелло душит Дездемону.

Выходишь из театрального подъезда, весь под впечатлением действа. Судорожно озираясь, глотнёшь морозного утреннего воздуха: где я? Ни души. Ни звука. Небо — синее, звенящее, без портьер и занавеса туч. Улицы пусты, как буфет после третьего звонка. Редкая кошка неспешно просеменит по утоптанному снегу, изображая дорожное движение. Труба ТЭЦ вальяжно пускает дым, словно утомившийся после бурной ночи любовник. Море спит, лениво укрывшись стылым покрывалом льда.

Хорошую давали пьесу. Жизненную. В триста шестьдесят пять действий, с прологом и эпилогом. Сюжет неизбитый, но смутно знакомый. Тут тебе и Алые Паруса, и Золотой Ключик, и Дядя Ваня. Он рядом с Дездемоной пристроился, за левым плечом. Жива, оказывается, Дездемона. Не додушили. Как страсть убить? Она вечна. И страшна своей величиной.

А ты — маленький. На крыльце. Крыльцо высокое, боязно спускаться. Самому, без бабушки. Ушла куда-то, ничего не сказав.

Пустая улица. Тишина. Морозно. Кутаешься в кашне, засунув руки в карманы. В одном из них — пригласительный билет на новую пьесу. На все триста шестьдесят пять действий.

Из любимой книги "Мои сказки" https://ridero.ru/books/moi_skazki_2/