Это цитата сообщения
Керпенесса Оригинальное сообщение

Спортивные страсти в развлекательном проекте «Большие гонки» на «Первом канале» в самом разгаре. Уже пятый сезон (и это нетипичное по нынешним временам постоянство) проект ведет актер Дмитрий Нагиев, известный не только числом покоренных женских сердец, но и своим крутым нравом. Что стоит за этой резкостью, сквозь его темные очки пытался разглядеть
«Собеседник».
– Дмитрий, но ведь не только вы в «Больших гонках» с первого сезона?
– Не только. Некоторые участвуют в соревнованиях с первого сезона. Это в основном спортсмены. Чтобы победила команда, играют не только медийные люди, а еще и те, кто может действительно по-настоящему бороться. Кто? Ясно – известные спортсмены. А вот среди актеров, певцов, политиков таких немного. Вот братья Запашные – здоровые спортивные парни. А еще, увы, – по пальцам пересчитать.
– Как французы, на чьей территории делается проект, относятся к русским?
– Достаточно сдержанно. Потому что российская делегация не перестает преподносить сюрпризы. Приехавшие в первый раз, надышавшись морским воздухом Ниццы, как правило, весело проводят вечера. С утра некоторым приходится тяжко. Французы этого не понимают.
– Вы на съемках ограничиваете себя ролью комментатора или выполняете и функции психолога?
– Это происходит невольно. Поскольку я единственный, кто всегда на передовой. Из всех ведущих только я комментирую происходящее, находясь на площадке – остальные объявляют конкурс и уходят. А потом они или кто-то другой озвучивают программу, сидя в студии… Я вытащил китайскую девочку, когда она упала и сломала позвоночник. Китайские врачи и спортсмены подбежали только секунд через 30. За эти 30 секунд она провалилась бы глубже между бассейном и лестницей, если бы я не успел вытащить ее в тот момент, когда она, сложившись пополам, уже сползала вниз… Эти полминуты, возможно, спасли ей жизнь. Не хвастаюсь, но в этом году она приехала и встала передо мной на колени.
Что касается других аспектов, то бывает, что тренер и капитан не могут докричаться до участника – их не подпускают близко. Мне же в силу роли и доверия со стороны организаторов удается подобраться… И я, загораживая своим тщедушным телом камеры всех стран, которые снимают проект (и они уже на это плюнули), перекрикиваю нашим спортсменам пожелания тренера и капитанов.
– Сегодня вы от многих предложений отказываетесь. А самые успешные ваши проекты – спектакль «Кыся», программы «Осторожно, модерн!» и «Большие гонки» – долгоиграющие. У вас чутье на однодневки?
– Одного голливудского актера как-то тоже спросили про чутье. Он ответил: «Это вы спрашиваете меня? Человека, отказавшегося от Индианы Джонса?» В свое время я отказался от «Турецкого гамбита» – ткнул пальцем в небо. Конечно, надо было соглашаться. Поэтому то, о чем вы говорите, – может, просто работоспособность? Я пытаюсь анализировать: может, я выдергиваю своим присутствием проект? Из семи лет существования пять лет «Кыся» является самым кассовым спектаклем в 150-миллионной стране. Такого не было нигде и никогда. Не «один из», а самый прибыльный. Успех пришел благодаря тому, что это «Кыся»? Или из-за актерского состава? Я склонен думать, что все-таки благодаря последнему.
– Почему, по-вашему, театральные премии упорно обходят «Кысю»?
– Не знаю. У меня вообще никаких отечественных премий нет: ни кинематографических, ни театральных, ни телевизионных. У народа и академиков разные кумиры. Работая на дециметровом канале, я состязался в рейтингах с новостями на федеральных кнопках. С программой «Окна» на ТНТ я давал долю под 50. Этого пока никто не повторил.
Тогда некто из академиков «ТЭФИ» (знаю, кто именно, но называть не стану) сказал, что убийство тоже может давать большие цифры, но это, мол, не значит, что за убийство надо вручать премию… Я не думаю, что это равнозначные вещи. Что касается «Гонок», программа имеет высокие рейтинги, каждый раз мы входим в номинацию, но никаких призов не берем.
Театральные же премии, как правило, получают те спектакли, о которых массовый зритель не слышит. Знаете, есть программы-посиделки: «Театр + TV», например. Они не имеют никаких цифр, но долго живут в эфире. Хотя актеры там собираются чисто для себя. Вот я не работаю для себя. Я не настолько гениален, как поэт Хлебников, который писал свои стихи и скидывал их в корзину или клал в стол. Мне интересно, чтобы меня видели люди. Жаль, конечно, что пока нет наград… Но я думаю, что мои премии еще впереди.
– Однако ваш дебют в кино в 1998-м в роли чеченского боевика у Невзорова в «Чистилище» не прошел незамеченным…
– Ну да, после того как я за эту работу получил приз в Каннах, как лучший актер в разделе «Особый взгляд», и стал почетным гражданином Чечни, ударил кризис. Два года я не имел работы. Потом все как-то нормализовалось,
Читать далее...