• Авторизация


О ядовитой игле пропаганды не гнушающейся ничем. 28-07-2016 19:13


Пару месяцев назад мне уже доводилось обращать своё внимание на продукт топорной пропаганды, которым кормят в России читателей. Тогда прочтение одной статейки в КП сподвигло меня на написание небольшой пародии. Что меня тогда потрясло эта та лёгкость, с которой журналист одной из центральных газет врёт. Поймите меня правильно - я считаю, что у журналиста есть право на его личную позицию. Он может быть сторонником власти, славянофилом и убеждённым приверженцем идеи скорого загнивания Запада. Есть газеты правые, есть газеты левые. Публикуйся сколько влезет. Бороться за умы читателей не только не возбраняется, но и категорически приветствуется - на то она и пресса. Есть, однако, и некий журналистский кодекс. Он прост. Не распространять осознанно заведомую ложь, хотя бы формально озвучить другие точки зрения (пускай даже лишь для того, чтобы их потом победоносно опровергнуть). Мои претензии к КП заключаются не в том, что они придерживаются взглядов, которые мне далеки, а в том, что они регулярно и разгульно публикуют ложь в таких масштабах, что "Фёлкишер Беобахтер" предстаёт на их фоне образчиком честного пера.

Вот, например, свежий не побоюсь этого слова высер этой газеты.
Прошу вас при прочтении статьи обратить внимание на две вещи.
Читать далее...
комментарии: 1 понравилось! вверх^ к полной версии
О Латыниной 27-07-2016 19:13


Ну и, конечно, самая жуткая история произошла в Мюнхене, где 18-летний иранец расстрелял детей в торговом центре. Сначала он созвал туда через Фейсбук, потом пошел стрелять всех желающих, крича «Аллаху Акбар».
Код доступа на "Эхо Москвы" 23 июля 2016.

Я, конечно, понимаю, что у Латыниной стиль такой - максимально вольная трактовка любой информации. Если что её, эту информацию, можно подстрогать, чтобы она подошла под нужную концепцию. Вот случилась в Мюнхене стрельба: очередной малолетний дрочер, наигравшись в шутеры, решил самоутвердиться, расстреляв дюжину человек. Стрелок - выходец из Ирана. Но на этом годнота для Латыниной заканчивается. Уже через считанные часы после атаки выяснилось, что Али Давид кричал в перепалке с кидавшимся в него пивными бутылками зевакой, что он-де немец и вышел на тропу войны, потому что его травили в течение семи лет в школе. Сейчас вот стало ясно, что болезный ещё и восхищался Гитлером и люто ненавидел арабов и турок, а подавляющее большинство его жертв были иностранцы.

Но у Латыниной Юли свои источники информации - по ним стрелявший кричал "Аллаху акбар!". При этом журналистка, которая любит козырнуть своими глубокими знаниями реалий Востока даже не обратила внимания на то, что Али - по происхождению иранец, т.е. шиит и должен был питать как минимум смешаные чувства в отношении радикальных суннитских исламистов. Главное наплести в три короба для поднятия рейтинга передачи.

В непростой обстановке, которая сложилась в последнее время миру нужны профессиональные и объективные журналисты, а не кликуши, которые ещё и подгоняют факты под свои убеждения. И ладно бы в мелочах, которые сложно проверить - Латынина врёт по-крупному, поэтому слушать её я больше не буду.
комментарии: 4 понравилось! вверх^ к полной версии

О фильме "Easy rider" 27-07-2016 16:07


Фильм Денниса Хоппера верно относят к эху французской "новой волны". Действительно, как и проповедовал Годар, создатели объединили ипостаси режиссёра, автора сценария, актёра... Да и небольшой бюджет, чего также требовал Годар, обеспечил создателям Easy Rider большую творческую свободу от тисков индустрии Голливуда. В главных героях несложно угадать типаж годаровского героя молодого бунтаря, обречённого на гибель как в A bout de souffle. Интересно, что и культовый фильм "новой волны" и "Easy Rider" стартуют одинаково — с преступления. Хоппер и Фонда продают наркотики мексиканским барыгам, а Пуаккар — убивает. Однако, если у Годара в финале гибнет герой-одиночка, чья индивидуальная свобода вступает в противоречие с законами общества, то у Хоппера и Фонды на поражение обречено уже целое поколение. Удивительно, что своё пессимистическое пророчество авторы картины возвестили на пике эйфории, когда казалось, что "детям цветов" подвластно практически всё — и войну во Вьетнаме остановить, и решительно отмежеваться от костного поколения родителей. Только отгремела четвёртая французская революция — май 68-го. Вудстока ещё даже в проекте не было, но царство любви, мира и рок-н-ролла уже взвешено и найдено лёгким. Показательна метафора с погибшим урожаем в коммуне хиппи, куда заносит главных героев вскоре после начала путешествия по Югу. Весь быт поколения будущего показан с симпатией, но трезво, без иллюзий. Их стремление к построению Божьего града сведено до лицедейства — не зря вся жизнь общины похожа на театральное или скорее ярмарочное представление. Делать вид, а не быть на самом деле — и кажется виной тому отупляющее влияние масс. В описании общины границы между религиозным и хипарским будто намеренно стёрты. Руссоистская мораль опрощения сочетается у членов общины с экстатической религиозностью, как, например, в сцене молитвы за урожай.
Краски в фильме начинают сгущаться сразу после бесшабашного начала, в котором они — успешные хозяева жизни, как и положено молодым, объезжают свои владения. Когда у них спускает колесо, они заезжают на ранчо, где их принимает гостеприимная католическая семья. Это последнее общение с доброжелательными людьми — в дальнейшем капитана Америку и его спутников будет ждать лишь травля. Страна-то, при ближайшем рассмотрении, оказывается не их. Символична в этом отношении неудачная попытка кочующих мотоциклистов пристроиться за торжественным парадом, закончившаяся для них тюрьмой. Только благодаря встрече с сдебоширившим и поэтому оказавшимся с ними в одной камере адвокатом Джорджем Хэнсоном избавила их от расправы уже в заключении. Далее повествование принимает евангельский ход: на привале Хэнсон проповедует двум попутчикам, согласившимся подкинуть его до Нового Орлеана, мир без насилия и лжи, политики и неволи, который якобы уже существует на других планетах. Вот только люди принять его ещё не готовы, поэтому посланцы этого мира остаются незамеченными среди нас. Кажется, что Джордж такой посланец. Путешествие троицы в Новый Орлеан напоминает крестный путь. Сначала людская злоба выливается на них в закусочной, затем на привале банда громил, ведущая охоту на хиппи, забивает до смерти Джорджа, который незадолго до гибели объясняет попутчикам причину ненависти к ним общества: "Они вас ненавидят, потому что вы свободны." На долгожданном Марди Гра только проститутки соглашаются за плату разделить их радость от сбывшейся мечты. Моменты счастья оборачиваются бэд трипом одной из девушек, принявшей таинственный наркотик, который путешественникам дал их первый попутчик-хипарь из общины. Этот бэд трип стал как бы провозвестником трагической гибели главных героев — жестокой расплаты за попытку быть свободными в несвободном обществе.
Путешествующая по Америке парочка, не ведающая никакого закона, кроме зова собственной воли, неумолимая расправа общества над бунтарями — подобная канва уже была использована за два года до хопперовского фильма в картине Пенна "Бонни и Клайд", однако разрыв разбойничьей парочки с социумом был куда радикальнее. Уайатт и Билли, конечно, тоже не ангелы, но быть так безжалостно и подло расстрелянными из кабины проезжающего грузовика они точно не заслуживали.
Показанное в Easy Rider южное общество кому-то может показаться злой карикатурой. Мне же южане своей слепой, немедленно реагирующей на чужое ненавистью напомнили зомби. При просмотре фильма в голове всё время вертелся слоган президентской кампании Трампа "Make America great again!". В Easy Rider это again показано во всей красе. Расизм, гомофобия, ненависть к любому инакомыслию, потеря всяческого морального чувства. Накушавшись этого досыта, с привкусом несправедливой и бессмысленной расправы над непутёвыми и, в общем-то, безобидными, хоть и немного наивными главными героями зритель волей-неволей, как уже было у Годара и у Пенна, ловит себя на чувстве
Читать далее...
комментарии: 0 понравилось! вверх^ к полной версии
День в Бреславле. 25-07-2016 11:46


Семь лет тому назад довелось мне по пути в Дрезден проезжать польский город Вроцлав, чьё название мне говорило немного. После небольшой остановки мы двинулись дальше на запад; городское освещение с полчаса как включили, на улицах толкались, скрежеща, пузатые трамваи, молодые люди собирались на перекрёстках, отправляясь в полную томным досугом ночь, выступали из сумерек старинными, но обжитыми фасадами здания, образовывавшие стройный, непрерываемый никаким троеточием ряд, а невдалеке виднелся скромно подсвеченный, но оттого впечатляющий готический собор как с картины Шинкеля "Средневековый город". Уезжал я из Вроцлава с твёрдым намерением когда-нибудь вернуться туда и посетить город так впечатливший меня после беглого знакомства из окна автобуса основательно.
Перебравшись в Дрезден я погрузился в изучение Саксонии и её окрестностей, побывал в затоптанной туристами Праге, в некогда величавом, а сегодня запустевшем Теплице, в красивом, но холодном Гёрлице, однако дальше Згоржелеца, польской части, Гёрлица, на восток, за исключением новогодних поездок в Москву и отпуска в Израиле и в Украине не забирался. И это несмотря на прямой поезд из Дрездена во Вроцлав, курсирующий между саксонской и силезской столицами ежедневно! Наконец моя давняя мечта осуществилась. Приехать во Вроцлав (или Бреславль, как на старый набоковский манер мне нравится называть этот город) на все выходные, к величайшему моему сожалению не удалось, так что пришлось ограничиться изнурительной вылазкой на день, но несмотря на ранний подъём и в общей сложности восемь часов проведённые в пути, я остался чрезвычайно доволен вчерашним путешествием.
Уже на вокзале погружаешься в шуршание мелодичной польской речи, просторная привокзальная площадь умеренно чиста, бродяги, хоть и на ступень оборванистее немецких, сранья ещё бодры. Само здание вокзала не лишено диснейлендовости, тоже такой замок Микки-Мауса, но его башенки и бойницы скорее напоминают о дальних странах и путешествиях, а не настраивают прибывшего на вокзал на волну города. Улица ведущая в исторический центр полна более или менее неудачных примеров архитектуры советского периода — особенно уродливым показался растянутый метров на 60 многоквартирный дом с глазницами балконов, с микробалконом-зрачком в углу. Уровень обшарпанности и аварийности сих построек балансировал на грани уместности, ничего не предвещало встречу с прекрасным, разве что откровенные по сравнению с Германией наряды прогуливающихся дам. Лишь перейдя Одер попадаешь в искусно восстановленный центр Вроцлава — магнетическая сила влечёт к пышной ратуше, превосходящей лионскую, парижскую и ганноверскую в древности и великолепии. Россыпь готических башенок на центральном фасаде, элегантный конусовидный эркер, удивительное смешение камня и кирпича, светлых и тёмных тонов в том числе и в блеске глазурной нарядной черепицы. С каждой стороны бреславльская ратуша своеобразна, но откуда ни смотри, возвышается над богатым ансамблем башня напоминающая Hausmannsturm дрезденского замка. Солнечные часы и скульптуры довершают внешнее убранство ратуши, одного из чудес архитектурной Европы. Далее на протяжении всей прогулки соборы, соборы, соборы, которые впоследствии сливаются в одно дивное действо — больше церквей наверное только в Риме. Главный собор, тот, что господствует в панораме города — собор св. Иоанна Крестителя впечатляет не менее готических собратьев Франции: амьенского, реймсского и уступает разве что исполненному мрачного величия храму в Страсбурге. Особенно великолепны две небольшие, но очаровательные барочные капеллы, пристроенные к готическому великану. Также запомнился и впечатлил романский портал на церкви св. Марии Магдалины, а внутри — множество картин и икон, посвящённых этой самой человечной святой Евангелия. За тяжкий подъём по винтовой лестнице на смотровую площадку церкви св. Елизаветы путник с лихвой вознаграждён завораживающим видом на город и окрестности.
Так совпало, что в этот же день в городе проходил слёт католической молодёжи со всего мира. Пёстрая и весёлая толпа! Оказывается религиозный экстаз не всегда заставляет поворотить от стыда вчуже взгляд. Всё напоминало карнавал и первомайскую демонстрацию одновременно: эквадорцы пели под гитару, французы шумно гоготали, канадцы патриотично потрясали знаменем с клиновый листом. И оказался кафедральный собор полон молодых людей и служба шла на языке Сервантеса, и я в душе смирился с тем, что из-за них нам не удалось отыскать ночлега и приходилось возвращаться уставшими, но счастливыми на вечернем поезде домой.

***
Второстепенности
комментарии: 0 понравилось! вверх^ к полной версии
O Le feu follet и La dolce vita 19-07-2016 11:46


Le feu follet - фильм будоражащий! Хроника объявленного самоубийства. Падение длиною в полтора часа. Несмотря на всё нарастающую скорость его, надеешься как зритель, что Алэн зацепится в последний момент за выступ скалы и не ухнет в пропасть...
Поймал себя на мысли, что малев фильм - некая реплика на La dolce vita Феллини. Текстуальная стыковка даже есть, когда врач в клинике говорит Алэну, что "la vie est bonne". Как и Марчелло, Алэн проходит ещё раз круговерть жизненной тщеты, заглядывает в глаза неспособных к любви красавиц, томится неистребимым и свойственным человеку стремлением к чему-то большему. Тут ещё требовательность к окружающим людям, которая присуща натурам с богатым воображением. Ещё общее - оба ровня друг другу в эскападах и, конечно, страх перед упорядоченностью. Как того приятеля Марчелло, который играл фуги Баха, отличного семьянина, затем убившего себя и детей, Алэна томит бодрая буржуазная размеренность - он высмеивает в этом духе одного из гостей ужина, на который он был приглашён. Последние двадцать лет одно и тоже расписание! Огромная же разница - у Маля, в отличие от Феллини, никакого проблеск надежды нет. Огонёк обречён погаснуть... У Феллини есть эти потрясающие глаза ангела с полотен Боттичелли.
Ещё кажется, что потребность Алэна в любви изначально больше, но возможно это связано с опытом неудачного брака в Нью-Йорке.
Возможно Алэн - скорое будущее Марчелло. Возможно очень скорое.
комментарии: 0 понравилось! вверх^ к полной версии
Прыжок с переворотом 17-07-2016 15:34


Без малого 230 лет назад монархи Европы, враждуя с Францией Бурбонов по всей тогдашней ойкумене, брезгливо поворотили нос от цареубийственной республики Дантона и Марата — нельзя-де свергать помазанников божьих, а тем паче судить гражданина Капета как простого сапожника. Лично я вижу в этом примере аналогию с тем, как сегодня лидеры прогрессивного Запада поздравляют Эрдогана с подавлением военного мятежа. Танки на улице — это не комильфо, заявила г-жа Меркель. Вспоминается старый анекдот. "- Танки в городе, бегите! - Куда? За цветами или в ближайший подвал?" Эксперты пытаются объяснить столь странную позицию глав цивилизованных стран страхом перед дестабилизацией очередной страны Востока — в конце концов громкая радость ни от побед народных движений, свергнувших в 2011-2012 гг. коррумпированных автократов, ни от вмешательства армии, отстранившей от власти исламистов, на волне этих движений к ней пришедших, не принесла ничего кроме ещё большего хаоса и усиления в сотрясённых странах террористических групп. Турции, лежащей хоть и малой своей частью в Европе такой участи никто не желает. Вот, мол, и поддержали сукина сына, но который хотя бы ходит в костюмчике, а не салафитской тоге. Определённая логика в таких действиях безусловно есть. Худо-бедно, но Эрдоган выполняет условия анти-мигрантского соглашения и восточный фланг ЕС наслаждается затишьем после прошлогоднего беженского аврала. Турция продолжает оставаться важным опорным пунктом в операции против запрещённой в РФ ИГ, проводимой международной коалицией. Гражданская война в этой уже достаточно дестабилизированной террористическими атаками ПКК и исламистов стране, элементы которой мы увидели 15 июля, пришлась бы европейским политикам весьма некстати.
И всё же явная поддержка, выраженная Эрдогану удивляет. Да, его и его партию поддерживают определённые круги турецкого общества; националисты, консерваторы, поборники скреп, имперцы и просто малообразованные жители турецкой глубинки и её анклавов в некоторых европейских странах, но одна эта поддержка не делает его демократическим лидером. Чтобы называться таковым недостаточно выиграть выборы. Какой тиран в мировой истории не выиграл бы любые даже кристально честные выборы? Выборы выигрывал Сталин. Выборы выигрывал Роберт Мугабе.
Правитель, бросающий неугодных блогеров и журналистов в тюрьму, насылающий полицейские своры на оппозиционные газеты, вышвыривающий из парламента несогласных депутатов, вольготно тасующий судей — не демократ. Кроме того именно Эрдоган несёт немалую долю ответственности за все те проблемы - от исламистской вольницы в Сирии и Ираке до мигрантского кризиса - под решение которых он с таким успехом выклянчивает у Запада деньги. Конфликт России и Турции вокруг сбитого бомбардировщика показал насколько Эрдоган ненадёжен в качестве партнёра по НАТО. Очевидно, что сегодняшняя Турция не разделяет и не желает разделять ценности ни этой, ни какой-либо другой организации Западного мира, а декларируемая на словах верность кемализму не более, чем дань исторической традиции. Всё время пребывания у власти Эрдоган только и делал что топтал наследие Ататюрка, а теперь - ирония истории - объявляет о победе над ним на фоне его же портрета.
В такой ситуации у лидеров ЕС и США была отличная возможность если не смолчать, то по крайней мере выступить с обычными заявлениями в духе we are deeply concerned. Их поспешная поддержка действующей власти в момент, когда ещё не до конца ясны цели и мотивы заговорщиков один из тех случаев, когда вполне осознанно можно говорить о двойных стандартах, гнилой полу-морали, банальной трусости отстаивать то, что характеризует Западную цивилизацию уже более двухсот лет с оглашения декларации прав человека и гражданина во Франции.
Во всей этой ситуации мне больше всего жаль своих молодых, современных, активных друзей-турок, у которых в очередной раз украли надежду на свободу. С удвоенной силой им теперь будут пытаться навязать представления о мире их провинциальных соотечественников. На них сейчас начнётся охота. Что ж, воровать у молодёжи будущее — основное занятие параноидальных консервативных диктаторов.

UPD (20.07.2016):
Теперь уже понятно, что это вовсе не путч был, а самый обыкновенный "поджёг Рейхстага"...
комментарии: 0 понравилось! вверх^ к полной версии
"Евгений Онегин" П. И. Чайковский Semperoper Dresden, 9.07.2016 11-07-2016 12:31


Русская опера — редкая гостья на мировых сценах, но "Онегин" благодря своей феноменальной популярности у западного слушателя образует тому исключение. Жаль только, что радость от встречи с добрым приятелем всякого российского любителя музыки принимает подчас у наших соотечественников странные формы. Вчера, к примеру, три барышни по соседству со мной, судя по их небрежным замечаниям и сопроводительной болтовне, имеющие весьма отдалённое представление и о Чайковском, и об опере в целом, горячо обсуждали лишь одно: у кого из исполнителей акцент сильнее. Украинскому басу была даже устроена небольшая овация в конце за видимо единственное его "достижение" — нашесть. Было даже экзальтированно выражено сожаление, что бас не играл Онегина. Эта поразительная фетишизация языка — откуда она? Не думаю, что здесь есть нечто специфически русское и могу легко представить на месте этих мамзелей итальянок или француженок. Скорее дело тут в невозможности оценить слышимое по каким-то другим критериям: музыка не трогает, действо кажется хрестоматийно-поеденномольным, гордость оттого, что басурмане слушают нашего ПИЧа бьёт в мозжечок и щекочет нервы... Как будто посетитель галереи перед картиной Пуссена "Царство флоры" вдруг начал рассуждать о достоинствах или недостатках обрамляющей картину рамы. Что до певших в субботу певцов, то, пожалуй, только русский Романа Пайера и Тичины Воэн, исполнявших Ленского и Филипьевну соответственно, можно было бы охарактеризовать, как весьма посредственный. Их пение действительно казалось временами злой карикатурой на акцент иностранца. У остальных же исполнителей разобрать можно было каждое слово и только действительно сложные фонетически моменты выдавали в них неносителей русского языка.
Что сказать о постановке? Великой её не назовёшь. Копошение в сундуке постмодернизма и выуживание оттуда давно набившего оскомину инструментария. Всё, как всегда, мимо музыки Чайковского, со своими глубокими и далеко идущими-загребущими концепциями, покоящимися на фундаменте почившего первоисточника. Чайковский не зря назвал свою оперу "лирическими сценами". А тут какой лиризм! Вместо сада в усадьбе Лариной в первой картине огромная ампирная зала с аршинными потолками-мечтой любого нового русского. Из убранства завёрнутое на американский манир в рулоны сено, символизирующее видимо селянский уклад, да трактор в глубине сцены. В сцене письма — пожалуй, удачно большущий книжный шкаф, в нише которого Татьяна свернулась клубочком, чтобы написать письмо. Ссора в той же ампирной зале, дуэль тоже, только из декораций появились канализационные трубы. В подвал спустились стреляться? В подвале этом почему-то идёт снег. Может это не подвал, а руина заброшенного особняка? А если идёт снег, то почему все так по курортному одеты? Вопросы, которые все режоперные умельцы специально сеют в умах зрителей и радуются как дети тому, что сумели их озадачить. Конечно, Маркус Боте тормошил бесчувственного и потерявшего доступ к устаревшему произведению зрителя, всякими экспрессионистскими фокусами: аффекты оголены, нет просто радости или горя — должно искрить и доходить до современного человека — кодекс поведения людей XIX века же ему непонятен. К чёрту этот кодекс — и Онегин смачным хуком отправляет Ленского в нокаут, а сам кудрявый поэт отвешивает Ольге такую затрещину, после которой удивляешься, что его за этот афронт не пристрелили на именинах, не дожидаясь дуэльных формальностей. Не обошлось и без неминуемой темы однополой любви — месьё Трике пел свои куплеты и раздевался, вылезая из огромного розового торта, и вертел обтянутой узкими штанами попкой. Гости на балу у Греминых — пёстрое сборище... Какие-то бравые швейки с певичками на коленях, но при этом кавалеры при смокинге и с бабочкой. Обычно современные спектакли либо серы и скучны, в них ничего не происходит, от концертного исполнения их отделяет одна только мимика и жестикуляция певцов да раз и навсегда избранные декорации на заднем фоне, либо перегружены пост-модернистской чепухой, неумелыми попытками приспособить первоисточник к вкусу современного туриста или бизнесмена, выбирающегося в статусное место раз в год. "Онегин" Боте как-то соединил в себе все минусы двух систем: временами он был до зевоты скучен и статичен, блёкл и беспомощен, а временами, наоборот, режиссёрская фантазия устраивала фейерверк, но салюты летели всё не туда, всё в зрителя. В целом, у меня сложилось впечатление, что Боте не справился с постановкой и "Онегин" дошёл до дрезденского зрителя изувеченным в сражениях с режиссёром.
Если бы не достаточно высокий музыкальный уровень спектакля, то такого ЕО можно было бы сразу сдавать на свалку отшумевших и погребённых навеки под рутиной Богем и Цирюльников оперных премьер.
Звёздами вечера были безусловно Кристоф Поль и Камилла Ниланд. Они образовали некое магнетическое поле, которое несмотря на потуги режиссёра обалаганить разворачивающуюся на сцене драму, держало зрителя в напряжении весь
Читать далее...
комментарии: 4 понравилось! вверх^ к полной версии
О фильмах "Три цвета: Синий. Белый. Красный." 09-07-2016 14:11


В трилогии Кесьлевского кино мотивов обрело свой безусловный шедевр. Мотивами полнится кинематограф с зари своего существования — нарративная техника, унаследованная у старшей сестры-фотографии, матери-живописи и праматери-литературы, ибо в начале было слово. Мотивы — волнорезы сюжета — у Кесьлевского образуют целую сеть, обволакивающую как все фильмы трилогии вместе, так и каждый фильм в отдельности: сквозной мотив старушки, пытающейся засунуть бутылку в специальный контейнер на улице — своего рода экзамен на человечность, который сдают три главных героя трилогии. Такой же сквозной мотив — паром на Альбион, на котором, как на мосту святого Людовика у Уайльдера, собираются все главные герои трилогии в самом её конце. Только в романе американского писателя рассказываются истории погибших, а у Кесьлевского — выживших.
Мотивы цвета — самое, пожалуй, доступное в фильме. Цвета танцуют свой особый вальс то приближаясь, то удаляясь от зрителя. Богатство в диалоге с ним выразительных средств — от прямых до весьма зашифрованных — одно из главных достоинств всей трилогии.
Кроме сети общих мотивов и программного характера высказывания, а также общей в целом эстетики, все три фильма объеденяющей, "Синий", "Белый" и "Красный" настолько разные, что не будь некоего намеченного выше инструментария, то можно было бы утверждать, что сняты они разными режиссёрами. "Синий" — фильм-шок, в котором человек нокаутированный горем мечется в клетке времени. Никакого отношения, никакой эмпа- или симпатии к главной героине — только слепое заражение горем. Когда Жюли смотрит в больнице запись похорон мужа и дочери это предвосхищает весь фильм, который даже в своей деятельной части, долженствовавшей вроде обозначить возвращение Жюли к жизни, вертится вокруг бывшего, возвращая действие к моменту до катастрофы. Дописанная музыка, прерванная смертью автора, дочувствованная страсть к его любовнице, которую теперь на свой лад перенимает Жюли, поселяя её в их бывшем доме. Жюли зачищает прошлое, избавляясь от его видимых примет, но всё её существование подчинено его невидимому, неслучившемуся течению. Возможно избавление от груза прошлого и случится в начатом путешествии и слёзы в конце фильма пролог к освобождению, но говорить о том, что с возвращением к работе над незаконченным произведением мужа, она исцелена мне кажется преждевременным. Слёзы в конце фильма — такой же важный этап в битве чувствующего человека, как и сцена с таблетками, которыми Жюли было наглоталась в самом его начале, но точно не точка в его развитии. Точка, а может и точка с запятой будет поставлена на пароме в Англию.
"Белый" — если смотреть его в стык с "Синим" — производит эффект контраста. Конечно, это не комедия в привычном гэговом понимании жанра, но смешное в нём имманентно жизни. Даже сцена со стрельбой в друга в ночном метро (тут стоить отменить потрясающее чувство места у Кесьлевского, важность которого он подчёркивал и в своих интервью) и грустна, и смешна, словом, глубоко трагикомична — неслучайная рифма с "Синим" — только оказавшись на пороге или за порогом смерти человек, отталкиваясь ото дна взмывает к жизни. После первого, холостого выстрела, Кароль (Чарли, Шарло) спрашивает у Миколая ещё раз хочет ли тот, чтобы тот его убивал. Следует отрицательный ответ. Но чирканье о смерть вновь зазвучит главной темой в финале "Красного", когда все главные герои фильма окажутся единственными спасёнными кораблекрушения. В "Белом" много данелиевского: бодание с жизнью с улыбкой на устах, болтание в рессорах бюрократического аппарата, законов, стран. Стремление идти в ногу со временем, несмотря на хроническую хромоту. Кароль похож одновременно на всех данелиевских героев 90-ых: Мераба из "Паспорта" (интересно, что Каролу удалось вернуться на родину в чемодане — способ, который не прокатил у Мераба и Гамлета, но есть и другие сближения двух фильмов: звонки на последние деньги из автоматов, навязанные нуждой друзья, мотив неприкаянности), Настю, Олега Чагина (особенно в том, что касается опыта приспособления к новым экономическим условиям). Многое оказывается было в то время неразберихи, дезориентации и ценностного вакуума в России и Польше похоже. Нерушимый блок бандюков и бизнесменов, оборотистость которых выходила боком застрявшим в архаичном укладе. И для планируемого магазина "Икея" , вырывают у крестьян из под ног землю дорогой водкой и задушевным подкопом под сокровенное. На такую ли родину желал вернуться Кароль? В итоге все действия Карола, которые на первый взгляд казались хаотичными и подчинёнными единственной логике выживания, привели его к обретению мужской силы (в начале картины он — импотент) и возвращению жены. Если это жизнеутверждающее торжество победа, то, разумеется, пиррова.
"Красный" представляется мне наиболее удачным фильмом из трёх. Не только потому, что в нём скрещиваются судьбы всех героев серии, но ещё и потому, что он — трилогия в миниатюре. Сразу несколько повествовательных линий в прошлом и настоящем преследует режиссёр
Читать далее...
комментарии: 0 понравилось! вверх^ к полной версии
О путешествии в Везенштайн 04-07-2016 18:50


Чтобы добраться до замка Везенштайн из Дрездена своим ходом, придётся пересесть из классической дойчебановской электрички, курсирующей между столицей Саксонии и городом Бад-Шандау на чешской границе, в предместье Хайденау, печально знаменитом своими волнениями ксенофобской черни, на едва превосходящий по размерам трамвай дизельный поезд по направлению в Альтенберг — центр зимнего туризма в Рудных горах. Недолгий путь его лежит через живописную долину Мюглица, одну из берущих своё начало на вершинах Эрцгебирге многочисленных речушек, так дивно настраивающих путешественника на меланхолический лад своим мерным течением, однако во время наводнений не раз сметавших этим же, но разбухшим в разы течением целые деревни под напором сплошного неудержимого потока воды, грязи, деревьев и мусора. Когда поезд через четверть часа нырнёт в первый на пути туннель — примета близких гор следует подать нажатием кнопки сигнал остановки, после чего выйти на пустынном, но ухоженного вида полустанке, обращая внимание при этом на непривычно большое для немецких станций расстояние между платформой и нижней ступенькой поезда. В крытом и застеклённом закутке, где пассажиры могут скрыться от непогоды — единственном, кроме витрины с расписанием и картой, а также автоматом для компостирования билетов, привлекающем внимание объекте — на удивление не пахнет мочой, что для таких подспудно манящих к справлению нужды мест даже в Германии не свойственно. Лесная тропа ведёт от станции прямиком к автомобильной дороге, вдоль которой можно пройти вплоть до места, где пешеходная дорожка берёт подъём, а автомобильная — юлит дальше, следуя за течением Мюглица. Этот подъём ведёт к замку, открывающемуся путнику во всей своей импозантной стати с его будто льнущими друг другу постройками-наростами веков и башней напоминающей маяк, незадолго до расхождения двух путей. Башня и лоскутность всего архитектурного ансамбля, создающего, тем не менее, единое и своеобразное впечатление, первое, что бросается в глаза. Рядом с замком расположен ухоженный парк, в котором можно полюбоваться различными видами роз и отдохнуть под негромкое журчание Мюглица. Спуск в парк по весьма отвесной парковой дорожке стоит предпринять до посещения самого замка особенно в пору переменчивой погоды - когда светит солнце, а в дождь как раз замечательно побродить по столь величавому замку. Семь веков насыщенных историями с трудом сводимы к музейному состоянию, но попытку такую в Везенштайне предприняли. Первая часть экспозиции посвящена самому знаменитому владельцу замка — саксонскому королю Йохану, знаменитому прежде всего своими возвышенными увлечениями и учёностью. Именно в этом доставшемся ему от отца владении один из немногих королей, отвечающих прекраснодушным представлениям о просвещённом монархе, перевёл на немецкий дантову "Божественную комедию". Кроме сохранившегося местами убранства покоев короля, любопытны многочисленные виды Везенштайна, украшающие стены зал — замок вдохновил дюжину художников от классицистов до романтиков. Вторая же часть посвящена средневековой истории крепости. То, что это не пустое слово посетитель убеждается оценив толщину замковый стен. От подземелья до надстроенного чердака — как путь от древности, истоков Везенштайна до позднейших его модификаций в начале ХХ века. Козни и казни, суды и распри владевших замком в течение многих столетий феодалов Фон Бюнау, их участие в борьбе за влияние между королём Богемии и мейсенским маркграфом, баталии и разорения Тридцати- и Семилетней войн, которые не обошли стороной Везенштайн, артефакты, предметы быта и древние хартии на едва различимом старо-немецком — всё это проходит калейдоскопом перед гостями замка, заставляя заглянуть в толщу веков и из глубины подземелья, где сохранился остов изначальной крепости XIV века, чью сырость едва достигает скудный солнечный свет и холодная промозглость вынуждает посетителя поёживаться, и из "золотого века Барокко" представленного на верхних этажах с его потайными комнатами и тромплейными окнами. А как очаровательна крошечная, но роскошная лютеранская капелла, а католическая — напротив, скромна и навевает светлую задумчивость! Их соседство не должно удивлять — оно ещё одна черта к портрету благородного Йохана.
Уставшему путнику, полному впечатлений, сложно будет устоять перед соблазном отведать местного золотисто-пенистого напитка в прилегающем к замку пивной прежде чем отправиться в обратную дорогу.

[700x393]
Читать далее...
комментарии: 6 понравилось! вверх^ к полной версии
О впечатлившем 23-06-2016 18:24


То, что он говорит между 2:03 и 2:52 настолько глубоко, настолько отвечает моим сегодняшним ощущениям... J'en suis frappe´...



Интервью по-английски с французскими субтитрами.
комментарии: 0 понравилось! вверх^ к полной версии
О футболе (в предпоследний раз) 21-06-2016 18:44


Каждый раз настоящее уже видел. От сборной России ждут каких-то невероятных успехов на всех крупных турнирах начиная с ЧМ 94. И всегда эти завышенные ожидания тем стремительнее, чем они выше выливаются в поток нечистот, льющихся на сборную после поражений и невыходов из группы. У этого всегда были разные причины, и было бы неправильно мешать здесь всё в одну кучу. В середине 90-х у нас было поколение - как было оно у болгар со Стоичковым, у румын - с Хаджи и проч. Карпин, Канчельскис. Тогда же начинал Виктор Онопко, у которого в его лучше годы близко не творилось того бардака в обороне как вчера в матче с Уэльсом. Почему то поколение ничего не выиграло? Две причины, в целом, равнозначные. Попадали в очень сильные группы - 1994 - вместе с Бразилией (1-е место) и Швецией (3-е место) В 1996 - в группе Германия (1-е место), Чехия (2-е место) и Италия (2-е место ЧМ 94). И играли, хочу вам сказать, с этими командами вовсе не так позорно, как вчера играли с Уэльсом. Помню как в последнем матче ЧЕ 96 на равных бились с будущими вице-чемпионами чехами - любо-дорого было смотреть! А вторая причина - постоянные склоки и конфликты в команде, коллективные письма против Садырина, против Романцева. Какая уж тут игра может быть... К началу 2000-ых поколение выдохлось, а потом остатки похоронил Филимонов, кто не знает, тот поймёт. В 2002 году всё же от России, как сейчас помню, ожидали выхода в четверть-финал мундиаля и поражения там от Аргентины... А вышло? Помню воинственный клич Бесчастных прямо в мохнатый микрофон за кромкой поля после неудачного навеса - размашистое русское блядь! на стонущем японском стадионе. 2008 год был счастливым исключением, бо все команды Хиддинка играют примерно одинаково. Он даёт им некий бонус в 60% их исходных возможностей - и они начинают разбегаться, как тараканы ночью на кухне когда включаешь свет, по половине соперника. Так играли Нидерланды в 1998, так играли корейцы в 2002.
Что же случилось сейчас? Да ничего. Надо просто ждать поколения. Как болгары. Как датчане. И готовить его.
Тут вот Акунин написал, мол, в России холодно и зима полгода, поэтому плохо в футбол играют. Не согласен. В России есть очень тёплые регионы. Кубань, Краснодарский край, юг одним словом, где живут миллионы людей. Зимы там не суровей, чем в Германии, где кроме побережья, снег зимой - нормальное дело. Тут другое.
Я как-то уже рассказывал здесь, как гостя вместе с женой у её подруги в саксонской деревне вышел прогуляться. Тишина, нарушаемая только стрёкотом насекомых, зной, уютные деревенские домики с садом, рядом раскинулся жёлтым ковром рапс. Вдалеке видны брюхатые бурёнки. И внезапно, посреди этого аркадического ландшафта футбольное поле! Да какое! Газон идеально пострижен, как будто только что проехала газонокосилка. Не единой кочки, ослепительно белая буква ф центра поля, ворота с сеткой, что в России я видел только по телевизору. На мой удивлённый вопрос на какое это уэмбли я попал, мне сказали, что здесь наверное играет местная команда. Деревенская команда, мать её за ногу! Спустя пару лет я видел нечто подобное во Франции. Всё просто. Талантливой голожопой детворы, гоняющей босиком по пустырю консервную банку недостаточно для выхода из группы на крупных турнирах. Это суровая правда. Дело тут вовсе не в климате. В Африке лето круглый год, а толку?
комментарии: 0 понравилось! вверх^ к полной версии
О некоторых реакциях на вчерашний матч 21-06-2016 10:53


МОЛНИЯ! Депутат Госдумы от КПРФ Мудаков предложил СК возбудить уголовное дело по факту поражения сборной России по футболу и вылета с ЧЕ.

Депутат Госдумы от ЕР Мудилин потребовал отстранить всех футболистов, бывших в составе сборной, от участия в чемпионате России.

Депутат Госдумы от СР Мудазвонов внёс законопроект об обязательном изучении основ футбольной культуры в школе и введении общероссийского ЕГЭ по футболу.

Депутат Госдумы от ЛДПР Мудищев настоял на отправке к берегам Уэльса ракетного крейсера "Цусима" и объявлении посла этой страны персоной нон-грата.

Режиссёр и духовное лицо Никита Мудогон заговорил о передаче всех "бесполезных отныне" стадионов страны в своё ведение.
комментарии: 1 понравилось! вверх^ к полной версии
О фильме "The third man" 21-06-2016 00:43


Кажется не будет ошибкой окрестить "Третьего человека" анти-Касабланкой . Действительно две ключевые для кинематографа 40-ых картины связывает не только насыщенный перипетиями детективный сюжет, россыпь мотивов (война, неразделённая любовь, расстановка действующих лиц), но и переосмысление в более позднем фильме тем и сюжетов, заданных фильмом предыдущем. Первый — романтическая сказка об иллюзиях предвоенных. Второй — утрата этих самых иллюзий. Тень войны лежит на всём в фильме. Это не пышный восточный базар Касабланки, а декорации руин венских особняков и гор из кирпичей. Гарри это такой разуверившийся в том немногом во что он верил Рик, у которого даже для любимой когда-то женщины не находится ничего, кроме оскорбительной остроты. Оба — дельцы на границе опасности от чего и куш столь велик. Буря за окном для них благоприятная конъюнктура. Формальный предлог невмешательства. Невмешательство ведь хорошо тем, что оно ни в худом, ни в добром. Не зря же говорят — нейтральные страны. Ознаменовавший так торжественно вступление Америки во Вторую Мировую войну Рик — символически инсценированное вступление всей "Касабланкой" как дань материнской европейской культуре — привнёс в неё и пороки дельца. Интересная деталь — Мартинс виделся последний раз с другом до войны, а наведавшись в Вену по его приглашению после, обнаруживает своего друга в буквальном или переносном смысле подполье: сначала на кладбище, а затем в бесконечных ходах венской канализации. Гарри, гениально сыгранный Уэллсом, действительно человек из подполья. С достоевщинкой персонаж. Ставрогинской закваски. Его знаменитый монолог о Борджиа и альпийском мире, пожалуй, одна из самых ярких апологий злу в мировой культуре. Апологии фашизма. Не зря мухлевание Гарри с пенициллином так напоминает эксперименты недоброй памяти доктора Менгеле. Любовь к красавице Европе в оковах, сподвигшая Рика к измене своим шкурным интересам и вступлению в конфликт с фашизмом сведён в фильме Кэрола Рида до матросинья певички венского кафешантана, не подпольщицы, но как бы сейчас сказали экономической мигрантки, почуявшей, вероятно, чем пахнет дело в советской Чехословакии. Её тяга к Гарри, слепо-глухо-немая любовь к нему одна из самых теребящих душу тем всей картины.
Мир, в котором обитает Гарри не только буквальное подполье канализации, но и сама Вена — город-призрак, добыча, разделённая между армиями победительницами, чьи солдаты даже не удосужились выучить язык местного населения, как замечает квартирная хозяйка Анны. Сами австрийцы в этом ставшем чужим для них городе статисты или, хуже, предметы и приметы минувшей войны. Самое большое их сборище не зря показано толпою зевак, собравшихся у подъезда убитого управдома. Многовластие в городе порождает эту уникальную ситуацию, когда такие люди как Гарри или его друзья-барыги умудряются обделывать свои грязные делишки. Несмотря на близость кабинетов союзнических полицейских миссий взаимодействие их весьма посредственно. Какой контраст с показанным в "Касабланке" союзническим энтузиазмом!
Сам по себе детективный сюжет "Третьего человека" не несёт в себя чего-то принципиально нового в искусстве. Уже Конан-Дойль обожал мотив постановки собственного убийства (Нордвудский архитектор). Сильна в нём совершенно сцена травли подонка Гарри в глубинах канализации. Вот сила искусства! Кино заставляет сопереживать травимому и сопереживаешь этому не знающему никакого человеческого чувства цинику и прожженному нигилисту. Сильна, кроме того, безусловнейшим образом в этой картине привязка ко времени и месту: к этой Вене-призраку, где нет ни одного прямого угла, с её вездесущими грудами битых кирпичей и их развозящими вагонетками, в которой издевательством выглядят следы её былого имперского блеска. В сюжете ещё интересная пуанта — зритель, во всяком случае я был таковым, до последнего надеется, что всё накопанное на Гарри полицией окажется наветом. Уж слишком жив в памяти майор-эсесовец из Касабланки. Может Гарри законспирирован в советской зоне так глубоко, что какая-то мелкая полицейская ищейка не посвящена в детали его работы и покупается на дешёвый слив, сдирижированный товарищами из кабинета напротив? Так верится Мартинсу, этому полу-неудачнику на своём поприще, в литературе, не знающему что такое поток сознания и кто такой Джойс. Неуклюже признающемуся в любви, неуклюже пытающемуся попрощаться за минуты до самолёта (ещё одна отсылка к Касабланке) с любимой им женщиной. Вся эта финальная сцена на кладбище с проходящей мимо Мартинса Анной чрезвычайно глубока. Если в Касабланке от левых паспортов зависела подчас жизнь или смерть, то в послевоенной Вене — принадлежность к более сытому сектору. Интересно также, что Анна, как и муж Ильзы, Виктор Ласло из Чехословакии. Только кому преданность женщины этим "воскресшим" мужчинам? Ильза следует за борцом сопротивления, Анна — за бессовестным барыгой, калечащим детей. В этом все утраченные иллюзии пятилихолетки. Наверное,
Читать далее...
комментарии: 0 понравилось! вверх^ к полной версии