УЛЫБКА БУДДЫ
Действие нашего замечательного повествования относится к тому многославному пышущему жаром лету 194... года, когда арестанты в количестве, значительно превышающем легендарные сорок бочек, изнывали в набедренных повязках от неподвижной духоты за тускло-рыбьими намордниками всемирно-известной Бутырской тюрьмы.
Что сказать об этом полезном налаженном учреждении? Родословную свою оно вело от екатерининских казарм. В жестокий век императрицы не пожалели кирпича на его крепостные стены и сводчатые арки.
Почтенный замок был построен
Как замки строиться должны.
После смерти просвещенной корреспондентки Вольтера эти гулкие помещения, где раздавался грубый топот карабинерских сапог, на долгие годы пришли в запустение. Но по мере того, как на отчизну нашу надвигался всеми желаемый прогресс, царственные потомки упомянутой властной дамы почли за благо испомещать там равно: еретиков, колебавших православный престол, и мракобесов, сопротивлявшихся прогрессу.
Мастерок каменщика и терка штукатура помогли разделить эти анфилады на сотни просторных и уютных камер, а непревзойденное искусство отечественных кузнецов выковало несгибаемые решетки на окна и трубчатые дуги кроватей, опускаемых на ночь и поднимаемых днем. Лучшие умельцы из числа наших талантливых крепостных внесли свой драгоценный вклад в бессмертную славу Бутырского замка: ткачи ткали холщевые мешки на дуги коек; водопроводчики прокладывали мудрую систему стока нечистот; жестянщики клепали вместительные четырех-и шестиведерные параши с ручками и даже крышками; плотники прорезали в дверях кормушки; стекольщики вставляли глазки; слесари навешивали замки; а особые мастера стекло-арматурщики в сверхновое время наркома Ежова залили мутно-стекольный раствор по проволочной арматуре и воздвигли уникальные в своем роде намордники, закрывшие от зловредных арестантов последний видимый ими уголок тюремного двора, здание острожной церкви, тоже пригодившейся под тюрьму, и клочок синего неба.
Соображения удобства - иметь надзирателей большей частью без законченного высшего образования, подвигнули опекунов Бутырского санатория к тому, чтобы в стены камер вмуровывать ровно по двадцать пять коечных дуг, создавая основы простого арифметического расчета: четыре камеры - сто голов, один коридор - двести.
И так долгие десятилетия процветало это целительное заведение, не вызывая ни нареканий общественности, ни жалоб арестантов. (Что не было нареканий и жалоб, мы судим по редкости их на страницах "Биржевых ведомостей" и полному отсутствию в "Известиях рабочих и крестьянских депутатов".) Но время работало не в пользу генерал-майора, начальника Бутырской тюрьмы. Уже в первые дни Великой Отечественной войны пришлось нарушить узаконенную норму двадцать пять голов в камере, помещая туда и излишних жителей, которым не доставалось койки. Когда избыток принял грозные размеры, койки были раз и навсегда опущены, парусиновые мешки с них сняты, поверх застланы деревянные щиты, и торжествующий генерал-майор со товарищи вталкивал в камеру сперва по пятьдесят человек, а после всемирно-исторической победы над гитлеризмом и по семьдесят пять, что опять-таки не затрудняло надзирателей, знавших, что в коридоре теперь шестьсот голов, за что им выплачивалась премиальная надбавка.
В такую густоту уже не имело смысла давать книг, шахмат и домино, ибо их все равно не хватало. Со временем уменьшалась врагам народа хлебная пайка, рыбу заменили мясом амфибий и перепончатокрылых, а капусту и крапиву - кормовым силосом. И страшная Пугачевская башня, где императрица держала на цепи народного героя, теперь получила мирное назначение башни силосной.
А люди текли, приходили все новые, бледнела и искажалась изустная арестантская традиция, люди не помнили и не знали, что их предшественники нежились на парусиновых мешках и читали запрещенные книги (только из тюремных библиотек их и забыли изъять). Вносился в камеру в дымящемся бачке бульон из ихтиозавра или силосная окрошка - арестанты забирались с ногами на щиты, из-за тесноты поджимали колени к груди и, опершись еще передними лапами около задних, в этих собачьих телоположениях с оскаленными зубами зорко, как дворняжки, следили за справедливостью разливки хлебова по мискам.
Миски разыгрывали, отвернувшись, - "от параши к окну" и "от окна к радиатору", после чего жители нар и поднарных конур, едва не опрокидывая хвостами и лапами мисок друг другу, в семьдесят пять пастей жвакали живительною баландою - и только один этот звук нарушал философское молчание камеры.
И все были довольны. И в профсоюзной газете "Труд" и в "Вестнике московской патриархии" - жалоб не было.
Среди прочих камер была и ничем не примечательная 72-я камера. Она была уже обречена, но мирно дремавшие под ее нарами и матюгавшиеся на ее нарах арестанты ничего не знали об ожидавших их ужасах. Накануне роко-вого дня они, как обычно, долго укладывались на цементном полу близ параши, лежали в набедренных повязках на Читать далее...

))Угроза выпадения говна на дорогу или ОСТОРОЖНО! Рядом Англицкий клуб.
[700x525]

В колонках играет - Frank Sinatra "New York, New York"

В общественном биосортире на Дворцовой площади играет Тальков. Зашёл я туда, снял штаны и вдруг узнал мелодию, раздающуюся из динамиков внутри раковины: это была песня Игоря Талькова "Чистые пруды"... От смеха я едва не записал всё вокруг... Вот непонятно, зачем это? Видимо Тальков своей лирикой и голосом стимулирует кишечник и обеспечивает здоровое калоизвержение.

И вот такое на Гороховой улице...
[700x525]

Неделю не был дома.

В колонках играет - Night and day by Cole Porter

Night and day, you are the one
Only you beneath the moon or under the sun
Whether near to me, or far
It's no matter darling where you are
I think of you
Day and night, night and day, why is it so

That this longing for you follows wherever I go
In the roaring traffic's boom
In the silence of my lonely room
I think of you
Day and night, night and day

Вновь открываю для себя прозу замечательного русского писателя Александра Исаевича Солженицына.

В колонках играет - Helen Merrill "You Don't Know What Love Is"

В такой холод остаётся только сидеть дома и смотреть Конана варвара со Шварцем в главной роли. Правда сюжёт уже не так захватывает, как лет десять назад. Но Бамбата безусловно лучший из лучших.)
Слушаю всё, что у меня есть... пересматриваю Том и Джерри.
Сдам в пятницу экзамен и поеду в Петербург... и даже, если не сдам поеду, так как билеты уже купил.
[700x525]

"В воскресенье воздух прогреется до -17..."

С утра мужчина в серой куртке
На Белорусской-радиальной
По пьяни может, по укурке
Шагнул под поезд с криком "Майна!",

.
[430x500]

В колонках играет - Astrud Gilberto "I Will Wait For You"

Astrud Gilberto (1976) NY
[649x864]

В колонках играет - Bob Dylan "Tangled Up in Blues"

Bob Dylan (1965)
[699x551]

В колонках играет - Astrud Gilberto "A Certain Sadness"

Вот так вот.
[297x222]

тыц
Мнения в комменты.

В колонках играет - МАЗА ДЛЯ НЕМНОГИХ



Григорий Кружков "На берегах реки Увы"


СОН,


записанный на обороте


перевода У.Б.Йейтса




Снится мне:


лезу я к Ёйцу в гнездо,


Ёйцовы яйца


хочу своровати,


Черной букашкой


на скальном раскате


Лезу,


стремясь докарабкаться до


Башни -


уступа -


расселины -


где


Ейц баснословный


крылом помавает,


В небо взмывает


и в тучах ширяет,


Яйца беспечно


оставя в гнезде.


- Накося-выкуси! -


яростным ртом


Кличет, клекочет он:


- Накося-выкуси! -


И канарейка


икает на фикусе,


И соловей


на суку золотом.


. . . . . . . . . . . . . . . .


Жутко мне, ох!


окаянному лезть.


Пепел на голову


сыплет скала мне,


Щебни и кремни


и крупные камни.


Что же, безмозглый,


я делаю здесь?


Кто же я -


выродок или урод,


Змей или гад,


ввинтовую ползущий?


Или кукушка я


наоборот -


Чадолюбивая -


иль, того пуще,


Тот бедолага,


кого серафим


На перепутии


утром не встретил?


Разве же яйца


мне высидеть эти


Теплым,


усидчивым задом своим?


. . . . . . . . . . . . . . . . . . .


Снится мне:


фалды кругом подоткнув,


Я на корзине


сижу по-турецки...


Клюнуло!


О, этот остренький клюв!


Вот наконец-таки


вывелись ейцки!

Пошёл обедать... Наносить белковый удар по печени.

Как бы я хотел, чтоб мой дневник посещали только и все мои знакомые: а то бывает так, что хочешь чего-нибудь написать, а понимаешь, что никто не просечёт поляну что к чему. Да и нечего мне здесь писать уже. Удалять тоже маразм. Истерично как-то. Пусть будет на сервере и мой кусок.

В колонках играет - Bob Dylan "Pledging My Time"

Друзья! Москвичи! Студенты! Какой самый коррумпированный ВУЗ столицы? Где всё продаётся и всё покупается, где учиться легко и просто - на случай, если меня отчислят из моей помойки мгоушной за фальсификацию зачёта по физре, хочу учиться в ВУЗе, где жизнь приятна и удивительна и можно спойкойно заготовлять рога и копыта.

Для зачёта по информатике.

В колонках играет - Bob Dylan "Peggy Day"

Получен зачёт по французскому, хотя за всё полугодие я не сдал ни одного (!) текста. Теперь вот завтра информатику сдам и историю России и останется три экзамена. Это отлично!

Великовозрастный мужик читает книгу
[320x240]
называется "чудесная земля".)))